Снегурочка - Лана Мур

Что же, метель тебя принесла, и она же позаботилась, чтобы ты не покинула мой дом.

Наверное, все-таки не хотел тебя смущать или же хотел иметь возможность на тебя смотреть, но я принес свечи и стал их расставлять.

Видимо, что-то сделал не так, и высшие силы решили вмешаться, отправив тебя на помощь.

Я не заметил, когда ты вскочила, услышал только шум падения и чуть не выронил свечи.

Установил уже зажженную и бросился к тебе.

– Цела?

Зацепился за что-то ногой и уже в полете услышал твое «Ой»

Приземление было мягким. Правда одной рукой угодил на пол, зато под второй оказалась мягкая и теплая грудь.

В мозгу перемкнуло, тело двигалось рефлекторно, только рефлексы оказались неправильными, и я отдернул руку раньше, чем сообразил и пожалел об этом. Но, видимо, тело все-таки лучше знало, что делает, потому что, не удержавшись, я упал и губами коснулся теплой кожи. Даже почувствовал, как быстро пульсирует венка, и виска коснулось твое дыхание.

Неожиданный переход из вертикальной плоскости в горизонтальную, не сказать, что был неприятен, вот только ты продолжала возиться подо мной, и я поспешил избавить тебя от своего веса. Судя по тому, как скользили руки, они оказались на полах распахнутого халата, а жар твоих бедер на колене, я чувствовал даже сквозь брюки. Значит, ты совсем обнажена и распластана подо мной. Неловкая ситуация, хоть и невольная, а ты еще непрестанно ерзаешь, пытаясь собрать полы халата, и я чувствую каждое движение твоего тела. Я сделал совсем не то, что хотел, но то, что требовало воспитание – попытался встать, при этом немного передвинул колено, зажатое горячими тисками. Короткий выдох и твой всхлип, а колено словно попало в раскаленную лаву. Ты вздрогнула, и свет от камина на мгновение высветил ярко-красные, напряженные соски.

– Снова холодно? – решил все-таки уточнить я, поскольку после недавнего переохлаждения, лежать голой на полу – это не совсем то, что приносит пользу.

– Э… не совсем, – не стала лукавить ты, чем совсем ошеломила.

Подобная откровенность редко встречается у девушек. Но теперь знаю – не все надо списывать на холод, и ты чувствуешь то же, что и я. А мышцы сводило все сильнее, и я уже не спешил освободить тебя от себя. Твоя откровенность будто ослабила поводок, на котором я до сих пор держал свои чувства. Мышцы нетерпеливо дернулись.

– Мне извиниться? – в крови кипел адреналин, и, предвидя твой ответ, я не смог сдержать смешок.

Ты не разочаровала и, отклонив мое предложение, завозилась сильнее.

Я не имел ничего против того, чтобы продлить нашу близость, но, кажется, тебя она не очень устраивала, и пришлось освободить зажатый халат, Извиваясь змеей и в свою очередь бормоча извинения, ты выползла из-под меня, и на мгновение мягкая грудь, а следом и плоский живот с заманчивым треугольником, едва не коснувшись губ, промелькнули перед глазами. Пришлось собрать в кулак всю волю, чтобы не удержать тебя.

Миг, и светлый силуэт скрылся под толстой темной тканью. Я тоже поднялся и, отметая твои извинения, разгладил воротник. Но больше всего хотелось провести большим пальцем по бледной полоске кожи, почувствовать подушечкой ее гладкость, но тут будто что-то стукнуло по темечку – ты же к кому-то ехала. И сейчас я не по праву наслаждаюсь твоей близостью.

– Только, тебя, наверное, потеряли, – раньше, чем успел прикусить язык, опередила меня честность.

Ты будто отстранилась, стала чужой и обвела взглядом комнату. Что-то говорила про интернет, я что-то отвечал, а сам, стараясь избавиться от наваждения, отошел к окну. Но это не очень помогло. Теперь я видел твой хрупкий силуэт на фоне оранжевых отблесков камина. Мышцы живота, скручиваясь, будто выдавливали нечто темное и вязкое, как растопленная смола. Она заполняла вены, и, чтобы ее протолкнуть, сердце стало стучать сильнее, а тьма все поднималась, и когда затопила голову, мозг отключился. Осталось только желание быть с тобой, слышать тебя и чувствовать каждой клеточкой тела.

– Потанцуем? – голос только отдаленно напоминал мой – более тихий, низкий. Казалось, что он уже сам ласкает каждый изгиб твоего тела и каждое ощущение передает мне на язык. Даже почувствовал смешанный вкус лаванды и орхидеи с пронзительной ноткой твоего желания.

– В халате? – твой голос вибрировал, и упругие волны, ударяясь в грудь, вызвали ответную дрожь.

В темноте твое лицо изменилось – тени на щеках заострили скулы, а серая прозрачность глаз скрылась за густой чернотой ресниц, губы же сложились в идеальное сердечко, словно приглашая попробовать их вкус.

Вязкая тяжесть уже наполнила каждую клеточку тела, и чем сильнее сводило живо, тем ее становилось больше. Молния на брюках уже готова была разойтись и недвусмысленно выдавала, что мое сознание полностью подчинено самым древним инстинктам. Диким и неукротимым.

– Можешь без, – сказали они.

Они же крепче прижали тебя ко мне и провели пальцами по бархатистой щеке. Подушечкой пальца тронули пухлую нижнюю губу, пока она не блеснула темным глянцем и не показалась белая полоска зубов.

– Сэкономим время, – тьма уже не помещалась во мне, она стелилась по комнате, заполняла углы, укрывая нас плотным покрывалом.

Ты почти полностью в ней растворилась, только отблески от камина окрашивали твое лицо оранжево-золотистым цветом.

Будто опасаясь, что окончательно растворишься во мраке, я осторожно коснулся твоих губ, и мир стал осязаемым. Ногами чувствовал твердость пола, руками – мягкие петельки халата, на языке малиновый вкус помады.

Твои губы были мягкими и послушными. Раздвинув их, я встретил еще одну гладкую преграду, но и она подалась под моим напором. Я услышал тихий стон, прижал тебя крепче и наконец-то смог почувствовать все великолепие вкуса – к остаткам сладости малины примешалась теплая нота корицы. Ты была как вкуснейший десерт, и я никак не мог насытиться.

Твой язык, горячий и проворный, распалял меня все сильнее, и вязкая тяжесть тяжело толкалась внизу живота.

Будто отгоняя от тебя обступившую нас темноту, я распахнул полы халата, и твоя грудь, живот, бедра зазолотились так же, как и лицо.

Я положил руки на округлые ягодицы, а ты вцепилась мне в волосы и придвинулась теснее. Свет змеями пополз по твоему телу, завораживая меняющимися очертаниями, но ты, в свою очередь проникая языком в мой рот, не позволила вдоволь полюбоваться на игру света и тени.

И меня снова затопил азарт, подталкивая захватить над тобой власть. Словно этого было мало, ты выпутала пальцы из моих волос и погладила