Любовь, страсть, интриги византийских императриц - Евгений Викторович Старшов

Олимпиодор пишет об оказанном им протекционизме другому Леонтию (что весьма маловероятно, хотя и допускается), близость отца Афинаиды к «языческой» неоплатоновской Академии несомненна, доказательством чего служит то, что Афинаида, не только достигнув брачного возраста, но и прекрасно при этом выучившись (об этом будет речь позже), была крещена только перед свадьбой с императором, получив, таким образом, языческое (лучше сказать, античное) воспитание и образование. Ранее уже не раз упоминался «неоплатонизм», теперь есть смысл хотя бы очень кратко обрисовать это философско-религиозное течение, в котором воспитывалась Афинаида.

Неоплатонизм – философская система, разработанная в III в. греко-египетским философом Плотином из Ликополя. Это своего рода «скрещение» идей великого Платона с религиозным мистицизмом, наследием иудейско-египетского мудреца Филона Александрийского и гностиков. Со временем неоплатонизм выделил из себя много разных течений и школ (Сирийская, Афинская, Александрийская, Пергамская), основное отличие которых сказывалось в «дозе» более или менее широко применяемой мистики. Наиболее известные неоплатоники – сирийцы Порфирий и Ямвлих, женщина-философ Ипатия Александрийская, растерзанная христианскими фанатиками в 415 г., и ликиец Прокл, возглавивший платонову Академию в Афинах.

Квинтэссенция неоплатонизма такова: структура бытия включает в себя три субстанции (сиречь ипостаси), находящиеся в последовательном иерархическом подчинении. Это Единое, Ум и Душа, в мифологическом плане – Уран, Кронос и Зевс, причем в аспекте любви и красоты Душа проявляется как Афродита, вполне в духе сократо-платоновского учения разделяющаяся на две части – высшую Небесную (у Платона – Афродиту Уранию) и низшую Земную (у Платона – Афродиту Вседоступную, о чем вкратце было уже упомянуто ранее). Единое – это бог, но только ни в коем случае не личностный, это – важное отличие от христианства; бог Плотина бесформенный, ничем не ограниченный, непостижимый, превыше всякого существования. Единое Плотина одновременно все – и ничто; все – потому что содержит в потенции все существующее, ничто – потому что все это содержимое еще не проявлено.

От переполнения всем этим сущим и не-сущим Единое производит Ум – это тот самый знаменитый «мир идей» Платона; это – само по себе истинно сущее, которое вдобавок мыслит все сущее и, таким образом, содержит его в себе. В силу своего совершенства Ум творит Душу, которая производит все сущее, проникая в материю и сообщая ей все благое и прекрасное, без чего этот мир – «не более как мертвый труп, земля и вода».

Душа разделяется на две части: высшей она обращена к Уму, созерцая его, низшей – вовлечена в материю, являясь питательной силой, инстинктом и т. п. Небесная Афродита – совокупность не воплотившихся еще душ, Земная – душ, уже заключенных в тела: Афродита Небесная проникает в инертную массу матери, животворя ее и в то же время «замарываясь» ею – так она становится Афродитой Земной и распадается на множество индивидуальных душ. Отсюда – сотериологическое учение Плотина (т. е. учение о спасении) о постепенном восхождении души из низшего мира в высший: сначала идет освобождение от материального тела, превращение в бестелесную душу, потом – в идею Ума и, наконец, слияние с Единым. Таким образом, смерть – великое благо, позволяющее душе начать восхождение ввысь, к Единому, завершающееся слиянием с ним. Впрочем, мудрец и при жизни периодически на это способен – как сам Плотин.

Пройдемся кратко по сути процесса бытия с точки зрения неоплатонизма: если для Единого характерно переполнение, то для Ума – то же переполнение, но еще и истечение, т. е. он испускает из себя Душу, словно семя, и так идеальное входит в материальное, земное; происходит овеществление. Возращение души к Единому по только что описанной схеме – напротив, развеществление. Процесс этот циклический: Единое опять переполняется, «не в силах терпеть», и все идет по новой. Зло для Плотина – не нечто лично сущее само по себе, как христианский дьявол (хотя и для христианства эта идея абсолютно не чужда, только вот «бытие» дьявола с ней совсем не согласуется); это все дефекты, неизбежные при смешении духовного, благого, с аморфным материальным; как в физике – положительный и отрицательный заряды вместе дают отрицательный.

Афинская школа. Фрагмент фрески Рафаэля, Ватикан

Отличие конкретно Афинской школы неоплатонизма от восточных заключалось в меньшем уклоне в мистику и религию, ее представители были склонны к систематизации, разного рода классификациям и т. п., явно уклоняясь в этом от Платона к Аристотелю. Впрочем, тот же Аристотель упал бы в тяжелый обморок, если б знал, что классифицируют неоплатоники – например, сириец Ямвлих: между Единым и Умом он помещает благое бытие – «самородного отца», который «излучил сам себя». Ум разделяется на «вечно сущий» (состоящий из «отца», «потенции» и собственно «ума», т. е. бытие, его возможность и мышление самой этой возможности; все трое – самостоятельные божества) и совокупность «родов сущего», т. е. идей. Далее Ямвлих разделяет три ипостаси «вечно сущего» Ума, потом Души, и в итоге приходит к постулированию существования пантеона сверхмировых божеств, за которыми следуют внутримировые боги трех классов – 12 небесных, разделяющихся на 36, а те – на 360; потом 72 порядка поднебесных богов, 42 творящих, 21 бог-правитель, потом идут ангелы, демоны, герои (в греческом понимании, т. е. полубоги) и т. д. Впрочем, известный историк античной эстетики и философии А.Ф. Лосев выдвигает ряд интересных тезисов в защиту неоплатонизма, в частности он пишет, что современные «философы-мещане настолько запуганы мистицизмом, что за ним уже ровно ничего не видят у Плотина и Прокла… Неоплатонизм учит, что бытие не есть ни цвет, ни звук, ни запах, ни тяжесть, что оно не есть ни материя, ни идея, ни душа, ни дух, ни природа, ни человек, ни бог, ни ощущение, ни чувство, ни мысль, ни переживание. Оно есть чистое “сверх”. Чтобы бытие было самим собою, бытием, надо, чтоб оно было “выше всякого бытия и познания”; и чтобы оно было познаваемым, надо, чтобы оно было сначала непознаваемым… Для того, чтобы бытие было именно бытием, необходимо, чтобы оно в последней своей глубине и основе было неопределимо… Отрицать учение Плотина об едином – это значит думать, что для дыхания надо знать сначала химию и метеорологию». Но поиски рационального зерна, несомненно присутствующего в неоплатонизме, выходят за рамки данной книги.

Афинская Академия в лице Прокла внесла следующий вклад в теорию неоплатонизма: сохранив плотиновскую триаду Единое-Ум-Душа, он рассматривает Единое с точки зрения диалектики единого и многого. Всякое множество причастно Единому и вторично по отношению к нему, оно делится со всем благом, которое ему присуще. Он признает цикл изменений в форме: покой (пребывание произведенного в производящем) – истечение