Привидения русских усадеб - Александр Владимирович Волков

кабинета. «Я так боялся этой комнаты, что, проходя мимо нее, всегда зажмуривал глаза. Один раз, идучи по длинным сеням, забывшись, я взглянул в окошко кабинета, вспомнил рассказ няньки, и мне почудилось, что какой-то старик в белом шлафроке сидит за столом. Я закричал и упал в обморок» («Детские годы Багрова-внука», 1858). Конечно, взрослый писатель не верил в привидений и поэтому вставил в приведенный отрывок фразу «вспомнил рассказ няньки». Не верила в них и мать Сережи – культ просвещения уже достиг Уфы, – постаравшаяся разоблачить «вздор и выдумки глупого невежества». Не дрогнувшей просветительской рукой она ввела мальчика в кабинет и указала на белье, висящее на креслах.

В наши дни аксаковского деда вторично совлекли с небес на землю в бывший родовой дом, где теперь находится музей Аксакова (улица Расулева, 4). Призрак поместили не в кабинет, а на лестницу, ведущую на второй этаж. Там беспокойного дедушку заметил музейный сторож. Мамы сторожа поблизости не оказалось, и его слова были приняты многими на веру. С тех пор дед ходит по старому дому, издавая шорохи и скрипы.

Призраков бывших владельцев усадьбы Дубровицы на окраине подмосковного Подольска наблюдали скучающие сотрудники и обслуживающий персонал многочисленных организаций, занимающих уцелевший главный дом. Строитель усадебного храма[21], князь Борис Алексеевич Голицын, пролетая мимо него в темноте, ненароком задел плащом возвращающуюся домой женщину. Та что-то крикнула в ответ, князь обратил к ней бледное лицо, сверкнул очами и растворился в воздухе. Наутро заинтригованная женщина сходила в краеведческий музей и выяснила имя незнакомца.

Церковь в усадьбе Дубровицы.

Гравюра И.Х. Набгольца (1790-е гг.).

По ночам вокруг храма витает призрак его строителя князя Б.А. Голицына

Граф Александр Матвеевич Дмитриев-Мамонов, фаворит Екатерины II, и его супруга княжна Дарья Федоровна Щербатова почтили вниманием жительницу Подольска, работавшую в усадьбе дворником. Призраки бесшумно прогуливались по усадебной территории, держась за руки, улыбаясь и подмигивая.

Граф А.М. Дмитриев-Мамонов.

Портрет работы М. Шибанова (1787).

Самый спокойный призрак усадьбы Дубровицы

В кабинет сотрудницы НИИ, занимающего часть дома, однажды вечером ворвался генерал-майор Матвей Александрович Дмитриев-Мамонов. Сначала женщина решила, что не следует так напрягаться на работе (это место ее рассказа было адресовано главе НИИ), но привидение не исчезло – оно двинулось прямиком к ней. Женщина закричала, а незваный гость прошел сквозь стену и удалился по направлению к реке[22]. Сотрудница описала призрак как «странного человека в древних одеждах» (этим ее познания о костюмах XIX в. исчерпывались), но слушатели без колебаний идентифицировали личность генерала, фигуры трагической, с 1830 г. содержавшегося в строгой изоляции и умершего от ожогов в результате несчастного случая или самоубийства. В пору своих чудачеств он носил «русский костюм», а под стражей был, естественно, обряжен в смирительную рубашку. В какой же из этих одежд Матвей Александрович приходил в Дубровицы?

Усадьба Марьино Рыльского района Курской области, бывшая резиденция князя Ивана Ивановича Барятинского, по роскоши не уступает английским загородным дворцам. С 1952 г. по сей день здесь отдыхают и лечатся трудолюбивые люди, заботящиеся о судьбах нашей родины. Когда в 1991 г. здешний санаторий Управления делами ЦК КПСС был упразднен, вся страна пришла в волнение – где теперь будут восстанавливать силы наши драгоценные сограждане? – но вскоре в Марьино открылся санаторий Управления делами Президента России. Его пациентов, и без того утомленных государственными делами, беспокоят наглые Барятинские.

Правда, сам Иван Иванович ведет себя мирно. Он тихо разгуливает по дворцу и способен напугать лишь тех лиц, что проходят интенсивный курс лечения. Но вот супруга князя Мария Федоровна Келлер явно не смирилась с волей народа и всячески пытается изгнать его верных слуг из княжеских апартаментов. В своей бывшей опочивальне (одном из люксов) она атаковала доктора, смотревшего в лечебных целях телевизор. Доктор долго не мог опомниться от ощущения тяжелой руки, опустившейся ему на плечо. Номер был пуст, и он усомнился в реальности происходящего, но через несколько дней очень важная дама пожаловалась на «нехорошую ауру» в этом люксе. Тогда доктор понял, что от княгини поблажек не будет, и переселил озабоченную даму в спальню князя, чья «энергетика» ей понравилась.

В другой раз княгиня накинула на себя простыню и в таком непотребном виде явилась молодой паре в Круглом зале дворца. Хотя молодые люди недавно поженились, они успели устать от политических трудов и потому остались недовольны поведением взбалмошного призрака. Охранники, берегущие покой отдыхающих, списывают все странности Марьина на акустические эффекты. Например, шепот человека, находящегося в Голубой комнате дворца, бывает отчетливо слышен на солидном расстоянии[23]. Вполне возможно, этим пользуются западные спецслужбы, маскирующиеся под привидений в целях раскрытия тайн победившей в России демократии.

Усадьба Герчиково под Смоленском, бывшее владение родов Лесли, Корбутовских, Полянских и Мещерских, ничем особенным не знаменита, а уж о привидениях тут точно рассказывать было некому – до 1995 г. в ней размещался, смешно сказать, детский летний оздоровительный лагерь Смоленского завода холодильников. Но затем усадьба перешла в частные руки, и в 2010 г. здесь открылся элитный отель. Тогда-то и вспомнили о призраках. Первыми таинственные шаги слышали рабочие, реставрировавшие усадебный дом, а вскоре в одном из окон возник силуэт Белой дамы, запечатлевшийся на фотоснимке. Теперь осталось выяснить ее родословную – и гоните денежки, господа!

Церкви и монастыри

Казалось бы, «намоленный» православный храм призракам чужд. Им больше по душе английские церквушки, не избалованные вниманием прихожан. Тем не менее русский народ подобно европейцам побаивался духов (вспомним того же колокольного мана), справлявших службу в ночной церкви. Древний язычник воспринимал место для богослужения как сакральное пространство, чье состояние не зависит от внутреннего настроя его посетителей. Присутствие мертвецов не может осквернить храм по той же причине, по какой присутствие живых не может его освятить (литургия вершится и без народа Божия). Духовенство, снизойдя к слабостям паствы, взялось строить христианские церкви на месте языческих капищ, и, конечно, народ об этом не забыл.

Едва ли не первый призрак Северной столицы объявился в ночь на 9 декабря 1722 г. на колокольне Троицкой церкви на одноименной площади (храм разобран в 1933 г.). Часовой и псаломщик рассказали о существе, стучащем, бегающем и перебрасывающем с места на место разные вещи. На следующий день в храме состоялся духовный совет, где были высказаны различные версии происшедшего – возня кикиморы, происки черта – и, наконец, вынесен вердикт: «Быть Петербургу пусту!» Сейчас невозможно определить, сам ли народ и священники изрекли пророчество, или его присовокупил к отчету о происшествии историк М.И. Семевский.