Осеннее танго Веры - Анела Красаф

Вера с Антоном едут в машине в городок, где она работала перед декретом в садике.

Они сидят рядом на заднем сиденье в чужой машине, за рулём всё тот же балабол Славик, а едут они в ЗАГС. Да, Антон все-таки сдержал обещание и узаконил их с Верой отношения. Чего ему это стоило, семья Веры узнает примерно через три с половиной года. От жены Антона.

А пока Вера была счастлива. Пусть это не красивая свадьба с шикарным платьем, но рядом её Антон и отец её ребенка. Она верила: снова были надеты розовые очки, которые не снимались довольно долго.

Сотрудница ЗАГСа посмотрела на странную пару с удивлением и только сказала, что для Антона это не первый брак, а вот для Веры данное торжество всё-таки особенное и ей хочется, чтобы всё было по правилам. Она произнесла торжественную речь, объявила их мужем и женой, поздравила и пожелала счастья. Они обменялись кольцами. Этот золотой атрибут был очень важен для Веры.

Был ещё один момент, не совсем приятный для неё. Так как ребенок родился до официального момента, Антону пришлось подписать документы об усыновлении собственного сына. Таков закон, как-то так.

В тот день Вера как будто повзрослела и казалась себе очень красивой в строгом костюме, состоящем из жакета и юбки, а также красивой белой блузке, которую ей купила бабушка. Антон выглядел на все сто в светло-сером брючном костюме, белой рубашке и галстуке в тон. Они ехали в гости к тёте Нонне, любовались колечками, шептались и смеялись.

Тётя встретила новоиспеченных молодых с сияющей улыбкой, она действительно радовалась за племянницу, искренне поздравляла и желала всех благ земных. На тот момент только работница Загса заметила срок разницы между печатью развода и нового брака — шесть дней.

Но в паспорт Антона никто не заглядывал и поэтому всем было относительно спокойно. Какое-то время так и было. Он приезжал почти каждый день, носил на руках Сашеньку и помогал Вере, казалось лучше мужа и отца просто невозможно представить. Всё было почти идеально примерно три с лишним года — а потом…

Какое-то время Антон жил в своем огромном доме, который сам построил для своей первой семьи. Да не один, а с первой женой и детьми. Для Веры он сочинил сказку, что проживает в доме своей матери, просто он находится рядом с тем его домом, вот и всё. И снова Вера верила.

Хотя на самом деле дом матери был давно продан…

Потом его старший сын поступил учиться куда-то на юриста, а жена с дочерью уехали в одну из европейских стран. Но уехали они где-то в 2003 году, а до этого времени они все дружно жили под одной крышей. Его первая жена не догадывалась, что он женат на той самой Вере, с которой когда-то встречался, а потом клялся, что всё позади.

В паспорт она не заглядывала и не знала о новом штампе своего формально не мужа. Но, конечно же такое шило не спрячешь ни в каком мешке, и она разведала всё, как есть, и заодно рассказала свою правду жизни и последующем разводе с Шатовым. Стоя рядом и глядя Вере в глаза.

Однажды, поздно ночью раздался стук в окно. В семье у Веры на то время была ещё жива её бабушка. В доме все спали и три женщины, а именно бабушка, Вера и её мама проснулись от стука в окно и остервенелого лая собак. Они проснулись и очень испугались. Зима, половина двенадцатого ночи. Кто бы это мог быть?

Бабушка вышла в коридор и грозно спросила:

— Кто там?

Ответа не последовало, а потом снова стук повторился.

— Кто это? Назовись!

Женский голос громко спросил:

— Вера дома? Она мне нужна!

Бабушка ответила, что дома и снова спросила

— Кто Вы? Что нужно от Веры?

Вера открыла рот, чтобы крикнуть

— Не открывай! А бабушка открыла дверь…

Женщина вошла в дом и без приглашения прошла в комнату. Подошла к застывшей Вере и спокойно спросила:

— Знаешь кто я? — Затем спросила, как давно Шатов приезжал, и ещё, можно ли пройти и осмотреть дом. Она заглянула во все комнаты в поисках своего мужа, как она сказала. Вера не просто молчала от страха, она действительно физически не могла произнести ни слова. Какой-то спазм сковал горло и мышцы, она просто стояла и смотрела. Женщина стояла напротив неё, но она не помнила, как та выглядит и во что была одета. Затем эта «всё ещё жена» рассказала, как он обманом вынудил согласиться на развод. Но после этого они продолжали жить вместе и спать в одной кровати, как семейная пара. Сказала ещё, что он всю жизнь гулял и врал ей постоянно.

А мотивировал он вопрос с разводом тем, что предприятие, где он работал было на грани банкротства, и через суд могут даже отнять дом. Поэтому нужно срочно развестись, чтобы дом был на кого-то из семьи, но к нему это имущество не имело отношения. Вот так. С женой фиктивный развод, с Верой фиктивный брак, все были живы, сыты и счастливы.

Вера слушала, и земля уходила из-под ног. Слова этой женщины стучали в висках: «Мы живём вместе, спим в одной кровати. Родила ребенка, вот и живи, а к нам не лезь!..»

Она уже ушла, под причитания бабушки, которая обещала, что он больше у них не появится и тому подобное, а Вера всё стояла не шевелясь, дыша через раз и пропуская удары сердца…

Как ни странно, но Вера не плакала. В голове была пустота и звон. Это не должно было случиться, но случилось. Почему? Почему Антон допустил такое?

Вера вернулась в спальню к сыну и в голове родились строки:

Живу, как Вера и Надежда,

Что потеряли навсегда,

Свою сестру Любовь, как прежде

Уже не будет никогда…

Продолжу жить не замечая,

Как мимо жизнь течёт рекой.

Конечно, стану я другой,

А прежней помашу рукой…

У каждой женщины в жизни имеются так называемые статусы, где она — дочь, племянница, внучка, сестра, подруга, одноклассница, студентка, одногруппница, коллега, соседка, кума, крёстная, чья-то девушка, любимая, жена, мать. Перечень Веры был длиннее на несколько пунктов, к ним добавлялись: разлучница, та девка, любовница, бывшая любовница… Затем ещё добавится — бывшая жена и уже просто — мать его ребёнка. Самый гордый, независимый и правильный статус!

Утро не принесло облегчения, наоборот, новости о том, что вчера эта ЖЕНА сначала наведалась к соседям, а