Ненужная жена генерала. Семейный штаб закрыт - Виолетта Весна

Я убрала продукты и посмотрела на часы. До моей встречи оставалось сорок минут.

— Ты готовил проект центра восемь недель? — спросила я.

Владислав не стал уточнять, откуда я знаю. В перечне файлов стояли даты создания.

— Первое поручение дал в январе.

— Почему не сказал?

— Сначала не было решения по бюджету. Я не хотел обсуждать схему, которую могли не утвердить.

— Бюджет предварительно согласовали второго февраля.

— Да.

— За месяц до открытия.

— После этого уточняли штат, помещения и функции.

— Моя роль появилась в версии от десятого февраля.

— Как возможный вариант.

— С моим именем.

Он не отвел взгляд.

— Я знал, что ты будешь против закрытия АНО.

— Поэтому решил сначала подготовить все, чтобы мне было труднее отказаться.

— Я хотел прийти с работающим предложением, а не с идеей.

— В работающем предложении у второй стороны есть выбор.

— Я собирался дать тебе выбор должности и полномочий.

— Внутри уже созданного центра. Выбора сохранить «Рядом» не было.

— Я считал его неразумным. Грант заканчивается, команда зависит от тебя, часть ресурсов держится на личных договоренностях. А область готова платить за то же самое из стабильного бюджета.

— Теперь мы пришли к настоящей причине.

— Я называл ее в первый день.

— Нет. Ты говорил, что хочешь снизить мою нагрузку. Сейчас говоришь: считал мой вариант неразумным и поэтому не стал обсуждать его как равный.

Владислав взял со стола салфетку, сложил пополам и сразу развернул. Он не любил бессмысленные действия и, заметив свое, оставил салфетку лежать.

— Да, — сказал он. — Я ожидал, что ты откажешься из упрямства и привязанности к делу. Хотел показать готовую структуру, в которой риски уже закрыты.

— И после этого я должна была поблагодарить.

— Я ожидал, что ты увидишь пользу.

— Это не ответ.

— Да. Я ожидал, что ты согласишься. И что потом поблагодаришь тоже.

Честность не делала его поступок лучше. Но впервые мне не приходилось пробиваться через объяснения о заботе, чтобы услышать, что он действительно решил.

Я хорошо помнила и случаи, когда его готовые решения облегчали мне жизнь. Пять лет назад после операции моей матери Владислав перенес поездку, договорился о доставке продуктов и две недели сам возил ее на перевязки, пока я закрывала отчет по гранту. Он ничего не требовал взамен и ни разу не напомнил об этом в споре. В тот раз я была благодарна, что мне не пришлось просить о каждом шаге. Возможно, поэтому я так долго не различала помощь и право распоряжаться. Одно и то же поведение могло поддержать меня в беде и лишить выбора там, где решение принадлежало мне.

— Теперь моя очередь, — сказала я. — Я знала о задержке гранта три недели.

— Ты уже говорила юристу.

— Я не сказала почему молчала.

Владислав ждал.

— Два года назад, когда нам не хватило денег на горячую линию, ты познакомил меня с директором банка. Он дал пожертвование. Через месяц на областном совещании меня представили как жену Карпова, которая ведет полезный проект. Не как директора АНО.

— Я тогда поправил ведущего.

— После моего выступления, в коридоре. В записи осталось первое представление.

— Ты не сказала, что это важно.

— Потому что деньги мы получили. Я решила, что требовать еще и правильных слов будет неблагодарностью.

— А сейчас?

— Сейчас грант заканчивается, но я не хотела снова просить тебя открыть нужную дверь. Я собиралась найти деньги сама или признать перед правлением, что придется сокращаться. Три недели пыталась успеть до заседания.

— То есть ты тоже решила за всех, что справишься.

— Да.

Сказать это вслух было неприятно. Я привыкла видеть разницу: Владислав командовал, я брала ответственность. Но результат оказывался похожим. Он не спрашивал меня, я не доверяла людям рядом достаточно, чтобы сообщить риск вовремя.

— Если бы ты сказала о гранте, я бы предложил центр, — заметил он.

— Именно этого я боялась.

— А если бы я сначала спросил, какую помощь ты примешь?

Я подумала.

— Возможно, попросила бы проверить, какие функции государственная служба действительно готова оплачивать по договору. Или познакомить с человеком, который объяснит требования конкурса. Не решить за нас, а дать информацию на тех же условиях, что и другим.

— Ты считала, что я не смогу?

— Я считала, что проще молчать, чем остановить тебя после первого звонка.

— И это тоже моя вина?

— Частично. Частично моя. Я годами соглашалась,