Уральский следопыт, 1982-03 - Журнал «Уральский следопыт»

не замечал, хотя на родине моей, в Крыму, оно яркое – не зря, наверное, закрепилось сочетание «солнечный Крым»… А вот к вечеру солнечный шар становится вполне заметным: испарения нагретых за день морей, окружавших наш небольшой полуостров, делали воздух густым и полупрозрачно-красным. Светило, склоняясь к горизонту, становилось – темно-багровым, и я, помнится, с крыльца нашего дома подолгу глядел на него. Это было как ритуал – обязательное вечернее созерцание светила, и я старался не прозевать ни один закат. А закаты всегда были разными – из-за облаков, которые расцвечивали вечернее небо розовыми, янтарными или лиловыми драпировками, а то золотыми мазками, похожими на струи расплавленного металла.

А иногда солнечный шар… менял свою идеально круглую форму. С ним творилось что-то странное: чем ближе подплывал on к горизонту, тем явственней становились неровности и вмятины. И казалось, что светило терпит какую-то беду – вмятины делались ужасающе глубокими, Солнце, стискиваемое неведомыми силами, становилось через несколько минут уже и не шаром. Это было нечто бесформенное, растекающееся на доли, д иногда от кривого помятого Солнца, колыхаясь, отделялся большой кусок и повисал в небе отдельно от светила…

Так было, конечно, не всегда: обычно Солнце заходило за дальние холмы идеально круглым. Но стоило появиться в небе дальнему морскому мареву, которое угадывалось по красноватой предзакатной мгле, повисшей вдали, как снова с Солнцем что-то творилось: оно коверкалось, сжималось, разделялось на куски, перетекающие друг в друга, которые то снова сливались, то опять разрывались.

А наутро светило, круглое и веселое, как ни в чем не бывало поднималось над горизонтом и начинало свой привычный путь по небу. Никто не мог толком объяснить, почему с Солнцем происходит такое. Чаще говорили одно: «Тебе это кажется». И вообще, дескать, смотреть на солнце вредно. Вот в этом была сущая правда: после созерцания солнечных вечерних метаморфоз в глазах долго плавали целые стаи таких же солнц, только не красных, а ярко-зеленых, и мешали смотреть. Потом я узнал, что называются эти пятна остаточными образами, вызваны они утомлением сетчатки глаза, где фокусируется изображение яркого предмета, а если стоят они в глазах не секундами, а минутами, то произошла явная передержка экспозиции, чего, разумеется, следует избегать, чтобы не повредить зрению.

Для наблюдений Солнца надо заготовить несколько самодельных светофильтров – стеклышек, закопченных с разной степенью прозрачности: для дневных наблюдений.

Когда светило яркое, и для вечерних, когда достаточно лишь немного его пригасить. Кстати, с помощью таких стеклышек можно наблюдать не только солнечные затмения, когда Солнце закрывается Луной, но и крупные солнечные пятна. А чтобы светофильтр служил долго и ровный слой копоти не стирался, надо покрыть его еще одним стеклом, но не вплотную, а проложив картонную рамочку или полоски по краям, смазанные клеем.

Однако вернемся к чудесам с закатным Солнцем. Что же это было? Оказывается, ничего исключительного. Само светило, разумеется, всегда круглое. Но земная атмосфера, слой которой наиболее толст для солнечных лучей при закате, не всегда равномерно убывает к высоте, и более плотные ее участки, насыщенные водяными парами, сильнее искривляют солнечные лучи. Получается примерно так, как если бы смотреть через толстостенную бутыль: форма любого предмета сильно искажается. Когда плотньде слои воздуха, чередуясь с более редкими, смещаются, движутся, край светила то кажется ступенчатым, то вообще от Солнца как бы отрываются куски.

Жители тех мест, где часто можно видеть подобное явление. говорят: «Солнце играет». К сожалению, обитатели нынешних больших городов лишены возможности не только наблюдать «игру» Солнца, но и любоваться обычным закатом. Солнце здесь садится за дома или же, если дома не мешают, меркнет в густом гареве из заводских и автомобильных дымов, уличной пыли, чада. Для обозначения испорченной таким образом городской атмосферы мы теперь пользуемся коротким словом «смог». Через смог не увидишь ни закатного, ни восходящего Солнцу…

Имеют возможность наблюдать спокойно-величавые закаты жители, например, западносибирских равнин – конечно же, вдали от городов. Игры Солнца здесь никогда не бывает: багровое, чуть потускневшее светило тихо и торжественно скользит наискосок ровному, как море, горизонту. И ни одна вмятин -ка не нарушит идеально круглый солнечный диск. Но нередко случается другое: приблизится Солнце к линии горизонта и из круглого делается овальным, точнее, эллипсоидальным, – слегка, а то и заметно сплюснутым сверху вниз. Однажды толщина такого «огурца» (я замерил карандашом на вытянутой руке) была вдвое меньше его длины, зато эллипс был идеальной формы. Огурец возлежал на линии горизонта и медленно плыл направо, делаясь все уже, но никак не желая спрятаться хотя бы краешком за эту линию.

Подобные солнечные странности объясняются явлением рефракции – искривления и преломления лучей в нашей атмосфере. И самая интересная странность, пожалуйста, что закатное Солнце уже опустилось за горизонт, а мы все еще видим его на небе. Так же, как и Солнце восходящее: оно еще не взошло, а для нас уже сияет. Так что даже в дни вечерних и осенних равноденствий фактические дни на несколько минут длиннее ночи. А поскольку у самого горизонта угол рефракции особенно велик, то нижний "край закатного солнца как бы приподнят на несколько минут дуги больше, чем верхний, – вот и получается не круг, а эллипс.

Глаза – чудесные приборы

Наши глаза – главнейший инструмент, которым человек познает мир. А много ли мы знаем о них, о природе зрительного восприятия образов окружающей нас действительности? Достаточно ли умело пользуемся зрением? Все ли возможности его используем? Хорошо ли его бережем?

Мне со зрением повезло – родился, как говорят, «востроглазым». Это вот сейчас, к пожилым годам, приходится пользоваться доброю полдюжиной очков. Что поделаешь – некоторые эластичные детали глаза у многих людей с годами твердеют, тогда для разных расстояний нужны и разные очки. К сожалению, края их стекол, вернее, рамка оправы, сильно сужают поле зрения, но к этому, в общем, можно привыкнуть…

В детстве глаза мои были куда острее. Венеру, когда она подходила близко к Земле, ясно видел вечерами как далекую-далекую молодую Луну: тонкий яркий серпик рожками вверх и налево. Увы, сейчас увидеть серп Венеры, даже с помощью очков, я не могу. Мешает снопик лучей, как бы идущих от нее во все стороны, – это от появившихся с годами неоднородностей прозрачных деталей глаза. Впрочем, эти лучи можно убрать темными очками или картонкой с проколотым в ней отверстием диаметром с иголку, через которое смотреть на Венеру, когда та находится близко от Земли в нужной фазе (узнать об этом можно из обычного школьного астрономического календаря).