История литературных связей Китая и России - Ли Мин-бинь

Глава 4. История китайской литературы, составленная В. П. Васильевым

В 1837 году на восточном факультете Казанского университета была учреждена кафедра китайской словесности, что явилось эпохальным событием в истории русского китаеведения. Это ознаменовало собой две тенденции: перемещение научного центра из Пекинской духовной миссии в пределы России и передачу специального образования от отдельных синологов (И. К. Россохин, Н. Я. Бичурин и др.) к высшим учебным заведениям, что наконец-то дало китаеведам возможность проходить университетскую исследовательскую подготовку. Российские университеты первыми в мире начали создавать курсы китайской литературы, и выдающимся представителем этого направления стал В. П. Васильев.

1. В. П. Васильев

Образовательно-исследовательский центр китаеведения был окончательно сформирован 6 января 1851 года, когда В. П. Васильева пригласили на службу в Казанский университет в качестве профессора китайского и маньчжурского языков.

В. П. Васильев в 1837 году окончил восточное отделение историко-филологического факультета Казанского университета, три года спустя приехал в Пекин в качестве ученика двенадцатой православной миссии и оставался там десять лет. Он изучил китайский, маньчжурский, монгольский и тибетский языки, а кроме того, в совершенстве овладел японским, корейским, тюркскими языками и санскритом, познания его были чрезвычайно обширны, а научные интересы широки. С 1851 года в общей сложности пятьдесят лет Васильев преподавал в Казанском и Санкт-Петербургском университетах и обучил большое количество специалистов.

В. П. Васильев

Васильев исследовал восточную историю, религию, географию, литературу, опубликовал несколько десятков переводов, в его архиве осталось множество рукописей. К основным трудам ученого можно отнести следующие: «Буддизм, его догматы, история и литература», «История и древности восточной части Средней Азии от X до XIII века, с приложением перевода китайских известий о киданях, чжурчжэнях и монголо-татарах», «Религии Востока: конфуцианство, буддизм, даосизм» и «Очерк истории китайской литературы». Достижения Васильева были столь известны, что в 1866 году он был избран в члены-корреспонденты Российской академии наук, а в 1886 году стал первым в истории России академиком, специализирующимся на исследовании китайской литературы.

Будучи в Пекине, В. П. Васильев начал интересоваться китайской литературой, сделал все возможное, чтобы приобрести самые разные книги, и, покупая каждую из них, всегда внимательно ее прочитывал. На родину он привез 849 книг на китайском, маньчжурском, тибетском и монгольском языках, в общей сложности в 2737 томах, и по возвращении начал читать курс истории китайской литературы.

2. «Очерк истории китайской литературы»

«Очерк истории китайской литературы» (далее просто «Очерк»), изданный в 1880 году, разделен на три части: первая и вторая отданы классическим конфуцианским, буддийским и даосским текстам, а также книгам по сельскому хозяйству и военному делу; третья часть – это поэзия, проза и драма. С современной точки зрения «Очерк» больше похож на историю культуры и основополагающих древних сочинений Китая.

Хотя объем текста, посвященный в «Очерке» собственно художественной литературе, и невелик, однако дает всестороннее историческое обозрение «изящной литературы», четко структурирован и содержит немало тонких наблюдений.

Автор подает китайские поэзию и прозу систематизированно. Он по порядку упоминает произведения от «Чжао-мин вэньсюань»[79], «Вэнь юань ин хуа»[80], от классической поэзии и поэзии одической («Лян ду фу»[81], «Шэнцзин фу»[82]) и до «романов в стихах» («Цзинь шан хуа», «Цзайшэн юань» и «Лайшэн фу»[83]), а кроме того, говорит и о «маленьких энциклопедиях» «Сань цзы цзин» («Троесловие») и «Цянь цзы вэнь»[84]. Васильев так отзывается о процветании китайской поэзии: «Если мы знаем и высоко ценим мелкие стихотворения Пушкина, Некрасова, Кольцова, то у китайцев поэты являлись на пространстве двух тысяч лет; их были тысячи», здесь, конечно, достаточно привести такие примеры, как «Сыма Сян-жу, Ду Фу, Ли Тай-бо, Су Дун-по и прочие»[85].

Посредством перевода и разбора примеров песен, од и гимнов из «Ши цзин» («Книга песен») Васильев разъясняет содержание и особенности этих трех типов стихов, высказывает критические соображения по поводу комментариев к «Ши цзин» хранителя этого сочинения Мао Хэна (ок. III–II вв. до н. э.), литератора и ученого Оуян Сю (1007–1072), прямого потомка Конфуция Кун Ин-да (574–648) и даже отца неоконфуцианства Чжу Си. Полагая «Ши цзин» собранием народных песен, Васильев выражает надежду на то, «чтоб кто-нибудь обратил внимание и на нынешние народные песни китайцев. <…> Не может быть, чтоб в различных частях Китая не было своеобразных песен, свойственных каждой местности»[86]. Удивительная проницательность для того времени! В Китае подобные вопросы начали ставить лишь в период «Движения 4 мая».

Титульный лист «Очерка истории китайской литературы»

При обозрении китайской драмы и прозы в «Очерке» отмечается, что «роман… тоже отдаленно родствен или одолжен своим происхождением внешнему импульсу. <…> Но, с другой стороны, как в драме, так и в романе китайцы не были простыми подражателями; в нации по сю пору не погиб дух самостоятельности; на все чуждое и пришлое она смотрит своими глазами, все перерабатывает по-своему – вот почему сюжет драм и романа является в китайском духе, выражает китайское миросозерцание»[87]. Васильев уважительно высказывается о драме «Си сян цзи» («Западный флигель»): «Едва ли найдется и в Европе много так обработанных пьес»[88]. Кроме того, он отмечает, что «как и в Европе, в Китае умеют также из истории и романа составлять драму. Так переделаны и “Саньго чжи” – “История Троецарствия”[89], и “Хун лоу мэн” – “Сон в красном тереме”»[90].

Обозрению китайской прозы в «Очерке» уделяется особое внимание. Автор систематизированно описывает широкий круг имеющих отношение к теме произведений: от рассказов и повестей «Ле сянь чжуань»[91], «Соу шэнь цзи»[92], «Тай-пин гуан цзи»[93], «Ляо Чжай чжи и» («Рассказы Ляо Чжая о необычайном»), многоглавных романов «Шуй ху чжуань» («Речные заводи»), «Хун лоу мэн» («Сон в красном тереме») и «Цзинь пин мэй» («Цветы сливы в золотой вазе») вплоть до «Пинь хуа бао цзянь»[94] и «Хао цю чжуань» («Счастливый брак»), а также исторических повествований «Кайпи яньи»[95], «Лего яньи»[96], «Чжаньго яньи»[97] «Циго яньи»[98] и «Саньго яньи» («Троецарствие»). В. П. Васильев придает особое значение «Хун лоу мэн» и «Цзинь пин мэй», полагая, что «только роман… знакомит нас вполне с этой жизнью», однако при том отмечает, что «Хао цю чжуань» «едва ли… выражает собой действительную китайскую жизнь»[99]. Для характеристики каждого важного произведения Васильев добросовестно обращается к его оригинальному тексту, приводит значительное количество примеров, из такого текста взятых, как в случае с «Ши цзин», или вводит в свою книгу краткий пересказ сюжета для лучшего понимания, как в случаях с «Си сян цзи», «Хун лоу мэн» и «Цзинь пин мэй». Подобный подход облегчает читателю понимание иностранной литературы, с которой он не очень-то знаком. Словом, «Очерк» – первая в мире история китайской литературы, и в этом