Тезаурус эмоциональных травм. Руководство для писателей и сценаристов - Бекка Пульизи

Сара высыпала сахар в кофе и размешивала его. Мелодичное звяканье ложечки наложилось на уютный гул голосов за соседними столиками. Залитое солнцем уличное кафе дышало покоем и свежестью бриза – так и будет до того момента, пока не закончатся уроки и его не заполнит толпа шумных старшеклассников.

– Люблю это местечко, – сказала мама, подув на чай. – В такое же я бегала в детстве.

Сара улыбнулась и откинулась на спинку стула. Приятно было почувствовать тепло нагревшегося дерева.

– То самое с эклерами?

– М-м-м… Оно самое.

Мама отхлебнула чай. Вдруг вскинула брови:

– Кстати, твоя подружка заглянула на мессу в воскресенье. Как ее – Аннамария? Мэрибет? – Она покачала головой. – Как-то так, двойное имя.

Сара вздрогнула и облилась горячим кофе. Она поставила чашку, звякнув о блюдце, и пожала плечами.

– Не представляю, кто бы это мог быть.

– Память у меня в последнее время ни к черту! – Мама вздохнула. – Она сказала, вы с ней работали вместе прошлым летом, во время твоей стажировки.

Сара поймала взгляд матери. В нем светилось любопытство – не ужас. А вот если бы она узнала правду…

– Что-то не припомню. – Сара схватила счет. – Я оплачу. Кстати, как там твоя йога?

Здесь задействованы разные методы, чтобы указать (а не рассказать) на событие из прошлого Сары, которое преследует ее до сих пор. Диалог используется для того, чтобы поделиться информацией о таинственной девушке. Ее имя служит триггером, который вызывает у Сары сильные эмоции и провоцирует реакцию бегства – она поспешно завершает посещение кафе. Мы также видим избегание в том, как она замолкает, а затем меняет тему разговора. Наконец, не все раскрывается сразу. Здесь нам показывают лишь крохотный фрагмент. По ходу повествования к нему будут прибавляться другие, пока не сложится полная картина.

Вот пример того, как можно раскрывать детали травмирующего события, заинтересовывая читателей и не терять темпа. Эти советы пригодятся не только в случаях, когда нужно просветить читателей о прошлых событиях, но и в целом для демонстрации (в противоположность рассказыванию), какую бы задачу вы при этом ни решали.

Проблема № 2: несвоевременные флешбэки

Флешбэк может быть очень эффективным способом раскрытия травмирующей ситуации. Ведь читатели видят, как все происходило, словно событие разворачивается в реальном времени, даже если на самом деле это не так. Но тут все зависит от умения применить этот инструмент в нужный момент. Хотя флешбэк – активная сцена, он все-таки уводит читателей из актуальной временной линии в ту, которая уже завершилась.

Проблемы возникают, если флешбэк происходит слишком рано по ходу повествования. Читатели только начали вовлекаться в нарратив персонажа. Если фокус внимания вдруг перескакивает в прошлое, может возникнуть нежелательный разрыв. Им-то хочется поскорее вернуться к истории, в которую они погружаются.

Когда же должен произойти флешбэк, чтобы читатели приняли его наилучшим образом? В идеале он связан с важнейшей сценой и влияет на эмоциональное состояние персонажа. Если флешбэк имеет отношение к тому, что происходит сейчас, то в меньшей степени воспринимается как прерывание, поскольку между нынешним действием и прошлым событием имеется очевидная связь. Если он еще и влияет на чувства персонажа, то у него больше шансов затронуть эмоции читателей. Это сохранит их вовлеченность.

Герой «Особого мнения» (Minority Report) Джон Андертон – коп, страдающий зависимостью. Его брак только что распался. Из намеков и фрагментов диалога мы знаем, что когда-то у него был сын, но представления не имеем, что с ним случилось. Андертона обвиняют в преступлении, он пускается в бега и идет на рискованную хирургическую операцию, чтобы дольше не быть обнаруженным. За это время ему нужно доказать свою невиновность. Пока он приходит в себя – в одиночестве, с завязанными глазами и под воздействием наркоза, – травмирующий момент наконец раскрывается. Сына похитили в общественном бассейне, когда присматривал за ним отец.

Этот пример показывает, насколько пронзительным может быть откровение, если происходит в грамотно размещенном по ходу действия флешбэке. Правда об эмоциональной травме Андертона раскрывается в момент его наибольшей уязвимости. Мы считаем, что слабее, чем сейчас, он быть уже не может, и именно тогда видим, насколько он в действительности сломлен. Флешбэк связан с текущим нарративом, причем эта связь поддерживает интерес читателей. Ведь погоня близка, но Андертон этого даже не замечает, вновь переживая преследующий его момент из прошлого. Флешбэк размещен очень продуманно, поэтому раскрытие правды не перебивает действия и вызывает у читателей нетерпеливое ожидание – что же будет дальше?

Если травмирующее событие раскрывается во всей полноте, важно еще учитывать его влияние на аудиторию. В случае крайне личных или связанных с насилием травм велика вероятность спровоцировать болезненный отклик у читателей, переживших подобное. Чтобы свести этот риск к минимуму, можно давать подсказки уже с начала повествования. Они послужат намеками на предстоящее, и, когда травмирующее событие раскроется, читатели будут готовы. Если понадобится, они смогут проскочить острый момент или прочитать его по диагонали. Другой вариант – описать событие с позиции ограниченного или отдаленного наблюдателя, без погружения в происходящее, которое сделало бы читателей непосредственными участниками. Они смогут остаться в стороне, наблюдая за ситуацией издали, с безопасного расстояния.

Проблема № 3: злоупотребление прологами

Прологи – «граждане второго сорта» в литературном мире. Главным образом потому, что ими злоупотребляют или не умеют их правильно писать. Чтобы написать идеальный пролог, прислушайтесь к нашим советам.

Убедитесь, что он необходим

Почти всегда цель пролога – сообщить ту или иную информацию. Это может быть история людей или региона, приход к власти человека, который будет влиять на всех остальных, катаклизм, обусловивший обстоятельства, в которых сегодня разворачивается повествование, или – что имеет отношение к нашей с вами теме – событие, травмировавшее персонажа. Если это происходит в самом начале, то может не понравиться читателям, не желающим сразу же усваивать много сведений. Они хотели бы с ходу включиться в события этой истории и познакомиться с персонажами, которым посвятят свое время. Итак, если вы задумали рассказать о эмоциональной травме своего героя в прологе, вот первое, что вы должны сделать. Удостоверьтесь, что это необходимо. Спросите себя, можно ли показать травмирующее событие далее по ходу повествования? Почему читателям нужно получить эту информацию прямо сейчас? Если вы отсрочите освещение этого события, то сможете сразу же начать излагать нынешнюю историю персонажа – именно ту, в которую читатель хочет погрузиться.

Как можно быстрее добейтесь от читателей эмпатии

Как и любое начало истории, пролог должен цеплять. Не обольщайтесь – одного только тяжелого прошлого персонажа недостаточно, чтобы увлечь читателей. Эмпатию вызывает не травмирующее событие как таковое. Она возникает при условии,