Бесстрашные и отважные. От Балаклеи до Сватово - Михаил Иванович Федоров

Дознание устроили серьезное.

– Погон много выложили?

Сергей:

– Пятьдесят четыре или пятьдесят три пары погон было…

– Все твои из каптерки…

– Основной костяк – срезанные у меня в каптерке. Потому что нас даже потом строили, и мы должны были показать форму, типа где наши погоны…

Глубоко копали.

– То есть хотели всех приписать, у кого нет погон, значит, они выкладывали.

– А старшие командиры не поняли розыгрыша…

Я вздыхал. Не стал рассказывать, как ставший впоследствии генеральным прокурором СССР Александр Сухарев[22] в бытность курсантом в самом начале войны выстрелил из пистолета около уха ротного. Он думал, там холостой патрон, а там боевой оказался. Перешороханный ротный не потащил курсанта в Смерш, так бы Сухарева еще в тот день расстреляли. Понял.

Сергей:

– Ведь отчислили…

– Нерадостное событие…

– Согласен, нерадостное… Но было очень много подстав. Потому что пообещали, что если сознаются, то никого не отчислят. Там «слово генерала» генерал давал, люди признались, и в итоге их начали отчислять за малейший проступок. Потому что был целый замкомвзвода с другой роты, не с нашей, а с другой. Он парень такой, идейный, классный, и в итоге его отчислили, просто была подстава. Он стоит на разводе, заступает дежурным по роте, к нему приходит во время развода наш заместитель командира батальона по воспитательной работе, тоже такой, человек с гнильцой, и начинает его прямо на разводе досматривать, типа выверните из карманов, и хоп – смартфон достает. В этот же момент целый замначальника училища выбегает откуда-то из кустов, типа в подтверждение, что у курсанта запрещенный телефон, и в итоге его за этот телефон отчислили.

– А вам нельзя было смартфоны…

– Смартфоны же запрещены… И вот так всех курсантов за малейшие косяки отчисляли. Ну за что угодно. Кого за нарушение формы одежды. Просто искали любую мелочь, чтобы докопаться и отчислить. И в этом процессе и командира роты в войска отправили…

«Майора Алексея».

– Вот тебе и «слово генерала»…

– Их якобы оставили, что генерал слово сдержал, а отчислили по другим причинам, которые искали тщательно. Там самое долгое месяцев на пять кто-то задержался, а так в течение полугода всех отчислили.

– Как у ребят судьба сложилась потом?

– Я знаю, что двое точно ушли, два парня из сержантского состава, но не с нашей роты, в 45-ю бригаду на контракт. К Панькову[23]…

Паньков оказался на голову выше раздувших историю с погонами горе-командиров.

– Ушли туда. Потом каждый год пытались восстановиться. Они с третьего раза смогли только восстановиться. Они каждый раз все проходили заново. Они сдавали физо, профотбор, сдавали экзамены, и каждый раз им говорили просто: нет. И в итоге, видать, из-за СВО их взяли, они доучились, выпустились. И вот один парнишка из них, Евсеев, вот он погиб месяца четыре назад. Но уже в должности командира группы на Угледарском направлении. Такой заряженный парень.

Памятник генералу Маргелову

Мы молчали.

6

В лучшем городе на земле

– Про Ильсура… Он, знаете, такой парень, что из него энергия прямо перла. Как говорили некоторые пацаны: ему жизни было мало. Ему нужна была активность. Вот в отпусках у него горнолыжка, трюки на сноубордах, ему нужна была постоянно какая-то движуха, активная, энергичная. В свободное время в училище он постоянно где-то в качалке. Спортом занимается. Всегда вовлеченный в это был. А по гражданке он душа компании. Он вокруг себя собирал людей всяких, разных. Потому что он сам тольятинский, служим мы с ним в Тольятти, и, получается, все друзья у него здесь, на месте. И он как бы подобъединил свою предыдущую компанию из гражданской жизни и компанию людей, которые военные.

– Когда служили…

– Да… Вокруг себя сплачивал людей, мог объединить. Не знаю, каким-то своим радушием.

– Может, потому что тренером был…

– Возможно. Он мог найти общие темы, как-то связать… Подход к людям…

– А можно, пока мы не убежали от этой темы, как распределение было?

– По выпуску он был в первой двадцатке по всему батальону, заходил, выбрал место в Тольятти. Его записали. И он был один из первых, кто выбрал эту бригаду.

– И к родным…

– Да, поехал домой.

– А ты куда поехал?

– Так же выбрал Тольятти.

– В Волге покупаться…

Сергей рассмеялся.

– Как Ильсуру Тольятти?

– Он всегда говорил, что это лучший город на земле, – говорил Сергей. – А мне, сказать вправду, не очень. Он такой еще советский…

Сергей был из Новосибирска.

– АвтоВАЗ там же?

– Да…

– Сколько писали про автомобильную мафию… Машину невозможно купить, грабежи…

– Да… Приехали в 2021 году, а там как раз санкции на АвтоВАЗ. Ничего не выпускается. Потом машины стали выпускаться неполной комплектации. Там жесть, и до сих пор так идет.

– Вы приехали. Как приняли в части?

– Мы прибыли, и у нас начались, если так можно назвать «лейтенантские сборы», соревнование. Потому что нас прибыло десять человек лейтенантов, а мест было всего четыре.

– Нормальное распределение…

– И начались лейтенантские сборы, соревнование, сдача физо, теоретические, практические навыки, и составлялся рейтинг, согласно которому получали места. И, получается все, кто были ниже четвертого места, все просто уходили за штат в ожидании, когда найдется им должность.

– Мне рассказывали, как в пору горе-реформ «мебельщика» офицеров на сержантские должности назначали.

– Раньше такое было, сейчас нет. У меня командир был, который год на сержантской должности прослужил… Ильсур в этих рейтингах стал первым. Ему сразу дали группу. А я был второй в рейтингах, и у меня тоже все нормально.

– И как вы зубрами-бойцами, извините, «молокососы» по возрасту командовали…

– Нелегко на самом деле, потому что по возрасту мы как бы… Но Ильсуру проще было, он выпустился, ему 27, а мне-то 23. И у него такая группа была, что половина ее татары. Там все равно проще: татарин с татарами. И молодые у него были. Но, в принципе, нормально. И коллектив нормальный, проблем таких не было. Люди в основном подготовленные, кто-то Сирию прошел, плюс старослужащие, которые с 2013 года, 2015 года, опытные. Командиры достаточно хорошие. В принципе, для становления как командира проблем не возникало. Все помогали, и подчиненные, и старший руководящий состав. Плюс у него был парнишка в группе, курсант нашего училища, отчисленный с третьего курса за айфон. Он был на должности солдата-разведчика, но он ему помогал, почти как замкомвзвода. Он вечно суетился, что-то