Выжить в битве за Ржев. Том 7 - Августин Ангелов

что кто-то, кто проник на охраняемый объект, прорвал систему безопасности, вынес образцы и скрылся, оставив немецкие следы, позволит вам просто их вернуть? Вы наивны, майор. Или же вы знаете больше, чем говорите.

Ловец почувствовал, как внутри него все сжалось. Сергеев был опасен. Он не просто задавал вопросы — он искал слабые места. Он провоцировал, давил, пытался вывести из равновесия.

— Я знаю ровно столько, сколько мне доложили, — сказал Ловец ровно. — Если у вас есть дополнительная информация, я готов выслушать.

Сергеев смотрел на него долго. Потом достал из своего портфеля папку, положил на стол, открыл.

— Я побывал на Объекте-12 сегодня ночью, как раз после случившегося, — сказал он. — Я заехал туда для проверки по дороге в Можайск и сразу же напоролся на чрезвычайное происшествие. Я видел обнесенную лабораторию, видел следы, видел пломбу, которую кто-то пытался восстановить монетой. Я опросил ученых. Знаете, что они сказали?

Ловец промолчал, а Сергеев продолжил говорить:

— Они сказали, что эти образцы вряд ли были американскими. Что технологии, использованные в них, опережают все достижения научно-технического прогресса, которые существуют в мире, на десятилетия! Что эти вещи невозможно воссоздать при нашем уровне развития. И что они, скорее всего, не из нашего времени. А вы, майор, были тем человеком, который имел к ним самое прямое отношение.

В комнате повисла тишина. Ловец чувствовал, как холодок пробегает по спине. Сергеев знал больше, чем он предполагал. Ученые уже заговорили. А если они заговорили, то Цанава скоро получит доказательства!

— Я получил эти образцы для испытаний, — сказал Ловец, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Они были добыты нелегальной разведкой. Я не знаю о каналах их происхождения. Моя задача была проверить их в боевых условиях. Остальное — компетенция Угрюмова.

Сергеев уставился на Ловца цепким холодным взглядом. И между ними повисла напряженная тишина.

— У вас в руках были все эти странные вещи, майор, — наконец нарушил паузу Сергеев, и его голос звучал ледяным металлом. — Винтовка, приборы ночного видения, шлем, бронежилет… И все это, якобы, американского производства. Но не стандартное, а какое-то очень особенное. Необычное снаряжение, которое вы испытывали в боевых условиях, а Угрюмов потом отправил в лабораторию на Объекте-12. Не так ли?

Ловец смотрел ему в глаза, стараясь не выдать своего волнения.

— Да. Испытав оружие и экипировку, я сдал их Угрюмову, — ответил он. — Это было его решение. Образцы он собирался отправить для дальнейшего изучения в научные лаборатории. Что случилось с ними потом — мне неизвестно.

— Но вы, наверняка, знали, что они находятся на Объекте-12, — Сергеев прищурился, и его взгляд стал еще более пронзительным. — Вы знали, где именно они лежат, и кого там из ученых привлекли к их исследованию. И в ту же ночь, когда я должен был приехать, эти вещи исчезли. А начальник караула, некто Денисов, к которому вы благоволили, как мне сообщили, пропал без вести. Совпадение? Я так не думаю.

Ловец почувствовал, как неприятный холодок снова пробежал по спине. Сергеев уже провел собственное расследование. И он знал, о чем говорил. Но попаданец ответил жестко:

— Не знал я ничего ни про какой ваш Объект-12! Я только что вернулся из рейда по вражеским тылам. А что я там делал, спросите командира 4-го воздушно-десантного корпуса Казанкина или командира 146-й дивизии Новосельского, или командира особого партизанского полка майора НКВД Жабо, или самого Жукова спросите, в конце концов!

— А может, этот Денисов помог диверсанту уйти? — задав вопрос, Сергеев сделал вид, что пропустил тираду Ловца с намеком на покровительство военачальников мимо ушей, он подался вперед, и в его голосе зазвучала сталь. — Или же он сам был тем диверсантом? Вы знакомы с этим Денисовым, майор, не так ли?

Ловец ответил осторожнее.

— Денисов — хороший стрелок. Мы вместе воевали, но недолго. Я нашел его по заметке во фронтовой газете и попросил Угрюмова перевести молодого снайпера в мое подчинение, потому что во время обороны высоты возле деревни Иваники мне нужен был снайпер-напарник. Вот я и решил обучить этого молодого талантливого стрелка работе в снайперской паре, — продолжил Ловец. — Но я понятия не имею, какой из него получился охранник. Назначил его на эту должность Угрюмов. Не я. Прошу вас это учесть. Но я знаю Денисова, как ответственного и дисциплинированного бойца. Возможно, он погнался за диверсантом и заблудился в лесу. Или погиб.

— Значит, Угрюмов всему причина, — Сергеев усмехнулся. — Но он сейчас лежит в горячечном бреду. А вы — его ответственный заместитель. Вы отвечаете за все, что произошло здесь, начиная со вчерашнего дня. И если я выясню, что вы имеете отношение к исчезновению образцов, — он наклонился к столу, почти касаясь лица Ловца, — вы пожалеете, что родились на свет.

Он поднялся, давая понять, что разговор окончен.

— Я тщательно проверю всех, кто был на объекте, — сказал он, уже стоя у двери. — И я найду эти образцы, майор. Даже если мне придется перерыть все вокруг. А до тех пор — вы под моим наблюдением.

Сергеев вышел, и дверь за ним захлопнулась. Ловец остался один в кабинете, чувствуя, как внутри него поднимается холодная ярость. Сергеев копал со всем усердием. И Ловец не знал, как долго сможет удерживать эту позицию в тихой борьбе против порученца Цанавы. Но он знал одно: он должен защитить деда и Угрюмова.

Глава 9

В кабинете Карла Хорстера в Вязьме было душно и жарко от слишком сильно натопленной печки. Штурмбанфюрер сидел за столом, перебирая бумаги. Напротив него стоял невысокий сутуловатый человек в штатском, с лицом, которое не запоминалось, и глазами, которые смотрели слишком внимательно. Это был один из агентов Хорстера, внедренный в русское подполье, — человек с позывным «Конрад», тоже из местных немцев, «фольксдойче», как и Анна Зуева.

— Ты уверен, что они поверили? — спросил Хорстер, не поднимая головы.

— Абсолютно, герр штурмбанфюрер, — ответил Конрад. — Письмо Офелии было безупречным. Шифр тот же. Способ доставки — тот же. Я сам видел, как русский связной забрал его из тайника, где раньше делала закладки старая дворничиха. Через пару дней оно будет в их штабе.

— Хорошо, — Хорстер поднял глаза от бумаг на столе и кивнул. — Теперь запасемся терпением и немного подождем.

* * *

Сергеев сидел в кабинете, который ему выделили по распоряжению майора Епифанова на первом этаже штаба Особого отдела в Можайске, и перебирал бумаги. Он был зол. Служебные собаки, срочно привезенные на Объект-12, потеряли след диверсанта в немецких сапогах. После прочесывания леса люди