Его тайная землянка - Татьяна Гончарова

глава 17. Собственность

— Нет, Ролк. Новые покупки меня не интересуют, — не отводя своего жуткого немигающего взгляда от моего собеседника, отвечает Зодиак. — Я пришёл за своей собственностью.

От одного звука его голоса меня продирает лютым ознобом.

Его голос я слышала лишь однажды, почти три года назад. Но он врезался в память навсегда.

Низкий, раскатистый, с бархатисто-стальным звучанием, в котором слышна насмешка и абсолютная, неоспоримая власть.

Воздух в комнате мгновенно сгущается, становится тягучим, как смола.

Мне физически не хватает кислорода. Два могущественных харда, два источника чудовищного давления.

В висках стучит, в горле стоит ком. Я чувствую, как моё тело становится хрупким стеклом, готовым треснуть под этим двойным прессом.

Удивляюсь, как до сих пор не отключилась, не рухнула без чувств, как те несчастные сотрудники, о которых шептались мои ассистенты.

Жаль, что я не настолько слабая. Сознание, предательски ясное, не дает забыться.

Мне бы стоять, опустив глаза, но что-то заставляет меня поднять взгляд.

Я не могу не смотреть.

Они буравят друг друга взглядами.

Ролк – холодным, стальным, полным скрытой ярости и вызова. Зодиак… его багровые глаза, искрящиеся красными бликами, кажутся спокойными, почти ленивыми. Но в этой лени – уверенность хищника, который знает, что добыча уже у него в когтях.

И Зодиак безоговорочно берёт верх. Это видно сразу.

Давление, исходящее от него, нарастает, становится почти осязаемым.

И Ролк не выдерживает. Его спина чуть горбится, он делает короткий шаг назад. Голова почтительно склоняется, взгляд проигравшего устремляется в пол.

Но мне, стоящей чуть в стороне, видно, как яростно сведены его скулы, как мышцы на шее напряглись. И в его глазах,обращенных вниз, полыхает ярость.

— Чем могу быть полезен тебе, мастер? — голос Ролка звучит парадоксально почтительно, без тени недовольства и злости.

Зодиак медленно переводит взгляд на меня. Его багровые глаза скользят по моему лицу, заставляя моё окаменевшее тело леденеть, хотя куда уже больше.

— Это моя землянка, — произносит Зодиак, медленно вбивая меня в пол каждым новым словом. — Я её забираю. Сейчас.

В комнате повисает мертвая гнетущая тишина. Я и сама забываю как дышать.

Землянка. Слово-проклятие повисает в воздухе, раскаленным металлом прожигая мою душу.

Ужас, холодный и тошнотворный, разливается по венам.

Но ведь помощник Зодиака, хард, назвавшийся Горизонтом… он строго-настрого приказывал: никто не должен знать. Не произносить, не думать даже!

Зодиак сказал это вслух не просто так. Значит… он понял, что Ролк всё про меня знает? Все вопросы коллекционера ко мне, как к эксперту… это всё была ширма? Он проверял меня? Но… каким образом?

А потом мой мозг, с запозданием, цепляется за вторую часть его фразы.

Я её забираю. Сейчас.

Зодиак меня забирает? Мысли мечутся, не находя выхода и ответов. Куда? Зачем?

Всё, что я строила… карьера, статус, призрачное подобие безопасности… всё это в одно мгновение рассыпается в прах под тяжестью его слов.

Зодиак сказал, что пришел за своей собственностью.

Боже, как я сразу не поняла?

В висках пульсирует, а руки бессильно сжимаются в кулаки.

Вот этот момент и настал. Спокойнее, Вита, ты же знала, что этот день придёт. Смирись…

Мною вдруг овладевает странное спокойствие.

Всё же, со мной что-то очень сильно не так. Ничем иным я не могу объяснить, что продолжаю смотреть на двух опаснейших влиятельнейших хардов. Прямо, не отводя глаз.

После слов Зодиака Ролк опускает голову еще ниже. В его поклоне теперь – не просто формальная почтительность, а стремительное отступление.

— Не знал, мастер. Безусловно, она твоя. Чем-то ещё могу быть полезен?

Зодиак смотрит на него, и в его багровых глазах мелькает что-то вроде холодного удовлетворения.

— Нет. Моя благодарность за сотрудничество… — он делает небольшую паузу, отчего следующая фраза звучит крайне эффектно, — сектор Видар-8. Я отведу оттуда своих теней. Он твой.

Глаза Ролка вспыхивают с такой силой, что, кажется, могли бы прожечь сталь.

Он резко выпрямляется, и по его лицу разливается волна нескрываемого, жадного торжества. Словно он получил не просто спорный сектор, а всю галактику разом. И даром.

— Моя ответная благодарность безмерна, мастер, — его губы изгибаются в довольной усмешке.

И тогда взгляд Зодиака сдвигается ко мне. Тяжелый, бесстрастный.

Под этим взглядом я буквально обмираю, превращаюсь в столб ледяного страха.

— Идёшь со мной, — его голос сух, резок и не терпит возражений.

Зодиак разворачивается и выходит из комнаты, не удостоив Ролка больше ни взглядом.

Мне ничего не остается, кроме как, на автомате, на подкашивающихся ногах, пойти за ним.

Коридоры станции, по которым мы идем мертвенно пусты.

Огоньки камер наблюдения, что всегда подмигивали с потолка, теперь темные, слепые глазницы. Кто-то отключил всю систему. И освещение приглушено до тревожного полумрака.

Зодиак идет своей размашистой, хищной походкой – размеренно, но невероятно быстро. Мне приходится почти бежать, чтобы поспевать за его длинными шагами. Дыхание сбивается, в груди колет.

Мысли в голове мечутся, обрывочные, истеричные.

Работа. Аукцион. Я ведь сейчас ухожу от важнейшего покупателя. Нарушаю приказ. Начальник, Ирниц, Гания… Ругил Аенатис ведь доверил мне такое важное… Я ведь сейчас бросаю всё…

Но следом приходит холодное, безжалостное осознание: всё это больше не имеет никакого значения. Для меня.

Сейчас мой настоящий хозяин пришел забрать свою собственность. Меня. Вся моя работа, все мои стремления… Это всё было временно. С самого начала.

И я это понимала. С самого начала знала, что это только иллюзия свободы.

Что ж… Горькая пилюля правды теперь не подслащена ничем.

И я не могу ослушаться его. Всё время моей работы, моей иллюзорно-свободной жизни — ведь именно он мне дал. И он же и забрал. Сейчас.

Нет других вариантов. И не было с самого начала.

Мы проходим к частному стыковочному отсеку. Полная тишина, нарушаемая