Лекарь из Пустоты. Книга 10 - Александр Майерс

Виктор открыл глаза и прислушался к себе. На его лице медленно проступило удивление.

— Здорово. Как будто… не знаю, будто мой дар уже не кажется таким тяжёлым.

— Хорошо. А теперь попробуй заклинание. То, что мы отрабатывали в прошлый раз, — велел я.

Виктор сосредоточился. Я внимательно наблюдал за его аурой, готовый вмешаться при малейшем сбое.

Но сбоя не последовало. Напротив — я с удовлетворением увидел, как энергия плавно потекла по каналам, как моё плетение мягко подхватило её и помогло сформировать нужную структуру заклинания. То, что в прошлый раз давалось Виктору с трудом, теперь вышло почти гладко.

— Получилось! Гораздо легче, чем раньше! — воскликнул он, и глаза его засияли.

— Видишь, дело пошло на лад. С каждым разом у тебя получается всё лучше контролировать свой дар, — улыбнулся я.

И это была чистая правда. Прогресс Виктора радовал меня неимоверно. Ещё недавно его переродившаяся сила не подчинялась и грозила выйти из-под контроля. А теперь он всё увереннее и точнее её направлял.

Мы провели ещё несколько упражнений, и под конец занятия Виктор заметно устал, но был совершенно счастлив.

— Спасибо, Юрий Дмитриевич! Без вас я бы пропал. Теперь я чувствую, что справлюсь, — поблагодарил он.

— Справишься, я в этом не сомневаюсь, — я похлопал его по плечу. — Отдыхай. Продолжим завтра.

Виктор ушёл в свою палату, а я остался в комнате один. Но работа моя на этом не закончилась — напротив, всё самое интересное только начиналось.

Дело в том, что, изучая искажённую ауру Виктора, я наткнулся на нечто, не дававшее мне покоя.

Я сел, прикрыл глаза и снова вызвал в памяти увиденное. Та самая искажённая структура. Смещённые слои, перекрученные каналы, сплавленные центры. Хаос, который на деле не был хаосом.

Искажение не просто сломало дар Виктора. Оно его перестроило, пусть и весьма, так скажем, небрежно.

В этом-то и крылось озарение.

Искажение Виктора доказывало, что структуру ауры можно перекроить. В его случае это вышло грубо, с чудовищными последствиями — но это можно сделать и иначе.

А если структуру можно изменить — значит, можно вычислить, какой она должна быть в идеале. Найти безупречную конфигурацию слоёв, каналов и центров, при которой дар и организм работали бы с максимальной отдачей.

Я буквально выбежал из клиники, прыгнул в машину и приказал водителю как можно скорее мчать домой. По дороге успел сделать несколько заметок в телефоне, а дома вихрем взлетел по лестнице и кинулся в кабинет

Упав за стол, достал свои старые записи, придвинул к себе стопку чистых листов и схватил карандаш. Усталость как рукой сняло — азарт исследователя захлестнул меня с головой.

Я начал чертить. Сперва — базовая структура. Слои. У обычного человека их множество, и лежат они не идеально ровно — у каждого свои индивидуальные отклонения. Я принялся вычислять, как должны располагаться слои в идеале — на какой глубине, под каким углом друг к другу, с каким зазором. Чтобы энергия проходила сквозь них без сопротивления, без завихрений и потерь.

Затем — каналы. Сеть каналов в ауре подобна кровеносной системе: магистральные русла, ответвления, мельчайшие капилляры. У большинства людей эта сеть имеет заторы, узкие места, тупиковые ответвления — оттого и потери энергии, оттого и предел в развитии дара. Я рассчитывал, как проложить каналы, чтобы энергия текла свободно, чтобы каждый центр питался в полной мере и при необходимости подпитывал соседние, чтобы не было ни застоев, ни перегрузок.

И, наконец, сами центры. Их положение, связь между собой и взаимная настройка. Вот здесь и крылась главная сложность, та самая нераскрытая загадка целительства — как именно центры и слои сообщаются друг с другом.

Я бился над этим вопросом до рассвета. Исписал десятки листов формулами, схемами и расчётами. Зачёркивал, начинал заново, отбрасывал неверные варианты.

Изучение ауры Виктора дало мне ключ — я увидел, как искажение перекроило связи между центрами, и это подсказало, по каким принципам эти связи вообще работают. Раньше я лишь смутно догадывался, теперь же начал понимать механику.

Связь слоёв и центров оказалась не прямой, а резонансной. Они не соединялись напрямую, а откликались друг на друга, словно струны идеально настроенного инструмента. Воздействие на один центр порождало волну, что прокатывалась по слоям и отзывалась в других центрах, да и по всей ауре.

Возможно — но это пока лишь гипотеза — существует некая энергия, которая не видна даже магам, но которая влияет на работу ауры и всего человеческого организма.

Чертёж начал складываться.

Слой за слоем, канал за каналом, центр за центром — идеальная структура обретала форму на бумаге и в моём сознании. Я выстраивал её, добиваясь полной гармонии и безупречного резонанса между всеми элементами.

Аура, в которой нет ни единого слабого места. Аура, где энергия течёт свободно и мощно, где каждый центр питается в полную силу, где дар раскрывается на максимум.

Часы летели незаметно. За окном давно рассвело, солнце уже подбиралось к зениту, а я всё работал, не в силах оторваться. Я чувствовал, что стою на пороге чего-то грандиозного.

И вот, когда последние расчёты легли на бумагу, когда последняя линия чертежа замкнулась в стройную систему, я откинулся на спинку кресла и посмотрел на дело своих рук.

Передо мной лежал чертёж идеальной ауры. Полная, завершённая схема безупречной энергетической структуры — от глубинных слоёв до тончайших капилляров, от корневого центра до теменного, со всеми резонансными связями, выверенными до мельчайших деталей.

Я смотрел на него, и постепенно до меня доходил весь смысл того, что я создал.

Это была не просто теоретическая модель. Это был эталон. Образец, к которому можно стремиться. А если структуру ауры действительно можно перестраивать — как доказал случай Виктора, — то теоретически по этому чертежу можно было бы перекроить чью угодно ауру.

И в этот миг по спине у меня пробежал холодок. Мурашки выступили на коже, дыхание перехватило.

Я вдруг с пронзительной ясностью осознал, что именно держу в руках.

Никто и никогда в этом мире не создавал ничего подобного. Целители веками изучали ауру, лечили её, временно усиливали. Но никто и помыслить не мог о том, чтобы вычислить её идеальную форму и научиться приводить к этому идеалу.

А я только что это сделал. Я держал в руках чертёж, способный изменить само представление о пределах человеческого дара.

Похоже, я создал то, чего ещё никому и никогда не удавалось…

От авторов: