Судьба - В. Руденко

- Это вопрос лучше задать заведующему кафедрой Теоретической магии, где как раз изучают историю возникновения и развития магии вообще и отдельных направлений у разных народов, в частности. – Неожиданно ответила Ксандра. – Но моё мнение, причина в фундаментальном различии в самом подходе к магии.

- А?! Можешь развить мысль? – Встрепенулся мужчина.

- Пожалуйста. У людей магия – удел избранных, наличия Дара достаточно, чтобы из простолюдина стать дворянином, пусть личным, но всё же. А при некотором везении, у потомков есть шанс стать и наследными дворянами. И потому – стремление дистанцироваться.

У эльфов – это таинство, нечто, почти священное.

Гномы. У них просто мало магов, при том, что общее число живущих в этом мире гномов хоть и меньше, чем людей, но больше, чем эльфов, магов среди них меньше, чем магов-людей, раз в восемь. А уж по сравнению с эльфами, то и во все двадцать.

Что касается демонов, по моему мнению, каждый, или почти каждый демон обладает магическим даром. И, это причина диаметрально противоположного подхода – не красуйся своим умением, а уничтожь противника быстрее, чем он тебя.

- Вы… Додумались об этом, изучая свитки с демонической магией?

- Да. Большая часть рассчитана… На неподготовленных пользователей. Да, это подходящее определение. Если человеческий боевой маг знает и может применить двадцать-тридцать заклинаний, некоторые до сорока, а эльф – до полусотни, но их хорошо если сотня-полторы на десятитысячную армию, то в армии демонов, пусть одно заклинание, но его знает каждый солдат.

- Хм. Интересная идея. И, очень похожая на правду, да, участвовавшие в бою с демонами описывают именно широкое применение магии. Средних и сильных магов среди них… не больше, чем в армии людей, но слабых – много, очень много.

***

Зимние месяцы пролетели неожиданно быстро, и весна была в самом разгаре.

Возвращаясь с занятий по магии, Ксандра шла по аллее, вдоль которой зеленели молодой листвой деревья.

«Весна. Скоро Праздник возвращения птиц. Что будет? Брат, надеюсь он приготовил подарок для Нерис. Хотя, пока он не сможет подарить ей булочку-птичку публично. Без одобрения родителей официальное предложение он сделать не сможет. Да, не будь он наследником титула, а Нерис – той, кем является, возможно я готовилась-бы к появлению племянников.

А я? Скажем так. После того танца меня уже не считают бескультурной дикаркой. Хм. Да, некоторые называли меня так, не боясь вызова на дуэль.

Есть даже те, кто оказывает мне знаки внимания. Но, будут-ли они мне дарить птичек, или просить аудиенции у родителей? Мне кажется, что нет. Возможно, в следующем году. А пока… Ждать? Или действовать?».

В памяти всплыл разговор, что состоялся несколько дней назад.

«- Это из-за того, что я только граф?

- Нет. Из-за того, что я маркиза.

- Но твой титул, это разве проблема? После свадьбы…

- И после свадьбы я тоже останусь маркизой. Мой титул наследный. Твой дед – граф, отец – граф, ты будешь графом, и твой старший сын будет графом. А второй сын – станет маркизом. Как это будет выглядеть. Нет, если тебя подобное не волнует, то я не против. Испрашивай разрешения у своих и моих родителей».

Да. Ей было всё равно. Но, некоторые остро реагировали на подобный вариант. Было даже предложение ограничится одним сыном, который и унаследует всё. Ксандра просто послала автора этой идеи, спрашивать разрешения у короля. И решила, пока есть возможность выбора, выбирать среди маркизов и герцогов. Принцев она не рассматривала, будучи реалисткой. А графы – из-за коллизии с наследованием титула лучше оставить их для совсем безвыходной ситуации. Ещё ниже статусом – на подобный мезальянс родители точно не согласятся.

И всё же, весна заявляла свои права. Впервые в жизни девушка почувствовала острую потребность любить и быть любимой.

***

Кусты и деревья полыхнули цветами, а теперь покрылись завязями плодов. Весна началась и закончилась, и студенты начали готовится к сдаче экзаменов.

Но, при этом, они находили время и для других дел.

***

- Что ты собралась делать? – Переспросила Анетте Таби, маркиза де Садавенас.

В этот раз соседка решила учить всё самостоятельно, а не идти к подруге. Но, делала это весьма оригинально, лёжа поперёк кровати, свесив голову с короткими, очень короткими волосами, а вот свои тонкие ноги, наоборот, закинув на стену.

Она вся была довольно тонкая (если вежливо, если честно – тощая), настолько, что Ксандра поначалу приняла её за мальчика. А как иначе? Высокая, грудей нет совсем, а под свисающем до колен, как оказалось, надеваемом под платье балахоне, не видно, что и между ног тоже ничего не торчит. Но, будучи такой нестандартной, она быстро нашла общий язык с Ксандрой.

- Да вот рассуждаю в слух, что может мне и в других учебных заведениях поискать мужа.

- Собралась переводится? – Удивилась Анетте.

- Нет. Зачем? У многих есть братья, что учатся в других заведениях, подчас «только для мальчиков», там выше шанс, что они ещё не обзавелись подругами.

- Хм. Может и мне попробовать? Если там девушек вообще нет, может и я им сгожусь?

- Попробуй кушать нормально. Не поможет – иди к лекарям или алхимикам. Как только грудь появится, все поверят, что ты девушка.

- А…

- А вот волосы можешь оставить короткими. К твоему, похожему на мальчишечье, лицу очень подходит.

- А знаешь, так и сделаю! У меня грудей совсем нет, зато у сестры – настоящие дойки, больше её головы. За двоих постаралась отрастить. Сама мужа себе найдёт. Пусть родители мне ищут.

- Действительно. С такими данными, зачем ей мужа искать, сам найдётся.

- Увы. – Вздохнула Анетте. – Окромя грудей у неё ничего нет. Особенно тут. – И постучала по голове.

***

- Свобода!!! – Закричал последний студент, что покинул аудиторию после сдачи последнего экзамена.

У Ксандры тоже было такое желание. Но, она сдержалась. И вместо того, чтобы идти с группой отмечать закрытие сессии, отправилась в башню, где располагались кафедры Астрологии и Навигации и ориентирования.

Почти дойдя до самого верха башни, где располагалась обзорная площадка с телескопами, она уселась на окно.

Спина и затылок опираются на оконный проём, одна нога, согнутая, на подоконнике, другая свободно болтается снаружи. Идеальное место, далёкое от гомона и суеты, где можно подумать.

Через неделю, в следующие выходные, начинался «Фестиваль