Жажда бессмертия. Том 11 - Морфиус

Звон разрушения! Удар духом! — Я щедро зачерпнул воли, падая, почти касаясь ногами пылающей поверхности, что при моем приближении словно ожила, ощерилась пластинами, ведь теперь корень напоминал бронированную змею, диаметром десяток метров. А через миг все это начало рваться в молекулярную пыль, истлевая и сгорая в огне моего духа и воли. Сквозь щит начали просачиваться эманации бездны, больно обжигающие тело. Но я знал, что Тинь и Нелл еще больнее. Ибо я уже привык к этой энергии. Вот и сейчас я и сам вложил ее, направив бездну против бездны. В таком хаосе энергии китаянка все равно ничего не заметит.

И на следующие несколько секунд все слилось в противостояние. Сила против силы. Дух против духа. Пространство искрило. А я растворялся в ощущениях звона разрушения и удара духа, который я создал на основе звона. Ужать ауру с сотен метров до максимум десятка. Напитать ее чистым духом. И вот это уже совершенно иная техника. Куда более разрушительная, хоть и чудовищно затратная. И даже так мы не могли расправиться с этой пакостью. А потому Тинь Дао приказала использовать волю и для атак.

Слева от меня в десятках метрах застыла в противостоянии Нелл. Что тоже била духом. А справа в огненной вспышке работала Тинь. И все вместе мы оставляли на теле корня проплавленные язвы. Мы, те, кто могли уничтожать города одним ударом, вынуждены были, как комары укус за укусом подтачивать силу корня, затем сбегая от его контратак.

— Отступаем! — Приказ. И я вопреки желанию звука, вопреки азарту боя, взмываю вверх, снова вливая чуть воли в абсолютный щит. А снизу продолжает реветь наш враг. Он ревет и в ментальном поле. Да так, что его слышно, наверняка, во всем этом мире. Он бьет менталом, заставляя всех сильных тварей, в первую очередь владык, сбежаться на свою защиту. Вот только твари четвертого этапа не стали для нас даже маленькой помехой. Они были откровенно слабы. Даже обычные владыки внешники, довольно слабые, могли с ними прекрасно разбираться. Мы же выкашивали их пачками. А сейчас их и вовсе не осталось.

Брум! — Вспышка огня опять затопила все вокруг, заставляя щит трещать. Опасности не было. Но был расход воли.

Взгляд силы! — Энергетическим зрением я прошелся по корню, видя десятки изъеденных полостей. Они регенерировали. Затягивались сначала сияющими нитями чистой энергии, набухали духом, а затем, если оставить их спокойно, через несколько минут эта тварь восстанавливала себя полностью. Но мы ей подобного не позволяли!

— Все вместе! В основание! — Проревела Тинь. И через мгновение мы снова обрушились. Но уже не в разные точки. Не сковыривая регенерирующие участки и не ослабляя это хтоническое порождение. А в самое основание, что выползало из портала.

Стрела звука! — На этот раз я ударил в одну точку, чтобы не зацепить остальных. Нелл добавила протуберанец пожирающего света. А Тинь обрушила пепельные копья, каждое из которых само стало как паразит, вгрызаясь в светящуюся плоть.

— Вииии! — И в этот момент с чудовищным ревом по нам прошелся финальный визг. А удар духом был так силен, что мой щит на мгновение распался. Поток духа бездны, словно сама бездна и являлась концептом, ударил наотмашь, опаляя лицо. Благо, доспех принял на себя почти все, позволяя отделаться ожогом. Остальных тоже раскидало. Но внутри уже было ликование. Ибо мы, наконец, обрубили корень у самого основания, там, где он вытекал из сферы.

— Быстрее! — Вот только расслабляться не стоило. Ведь из портала тут же потянулись светящиеся отростки. А порождение нижних миров все еще орало и визжало, фонтанирую энергией во все стороны. Вот только теперь оно стало слабее. Лишившись притока силы, корень как будто впал в сон, позволяя нам навалиться во всю мощь.

Звон разрушения! — Опустился я почти рядом с порталом, рвя в клочья светящиеся нити. Нелл присоединилась ко мне. А Тинь рванула выжигать корень дальше. И на следующие десяток минут мы застыли в тяжелом противостоянии, обрубая все новые и новые потоки энергии и выжигая ставший враз слабым корень.

— Вот вы и увидели, как это происходит. А теперь можно собирать дары и поглощать дух. Но аккуратно. Его здесь столько, что можно лопнуть. Главное, не дать связи вновь восстановиться, следя за порталом. — Зависла инквизиторша над остатками корня. Тот все еще был жив. Но уже не опасен для владык нашего уровня. А с той стороны портала отростки перестали тянуться.

Над теми же участками, что мы выжгли дотла, уже замерцали тысячи кристаллов. Всех. От первого до четвертого этапа. Большинство были каплями силы, реже встречались осколки. Однако иногда попадалось и нечто редкое, вроде закалок или звездочек трансформации, которые я тоже постоянно поглощал, продолжая расслоение.

— Я буду здесь. В самом начале. — Обозначил я свое желание. И хоть китаянка и удивилась, но они с Нелл полетели дальше, по направлению корня, распределяя участки. Я же, сбрасывая напряжение, втянул полной грудью воздуха, обжегшего легкие. Затем пожар начал распространяться и по венам. Ядовитый, с непередаваемым оттенком. Наверняка я сейчас втянул смертельную дозу даже для владык. И обычный практик на моем месте уже разлагался бы изнутри, чтобы стать удобрением. Не зря нам выдали трансформы, чтобы вообще обходиться без воздуха. Впрочем, уже через секунду моя собственная волна бездны выжгла все это. А пожирание, как взбесившийся зверь, прошлось по энергосистеме, перерабатывая остатки заражения.

После чего я рухнул вниз. В самую гущу той протоплазмы, которая заполняла все нутро корня. Я завис в воздухе в паре метров над кипящим бульоном, что даже застывал в воздухе, игнорируя силу тяготения, ощущая, как все вокруг пытается меня сжечь. Заразить бездной. Уничтожить. И в то же время это вызывало эйфорию. Ведь все вокруг не просто было пропитано духом. Дух словно плескался подо мной, приняв материальную форму. И я не собирался терять такую возможность. А опасность? Мне не впервой.

Водоворот пустоты бездны! — Закрутил я вихрь, сначала слабый, втягивая в себя крупицы сияющей бело-багровой субстанции и пробуя их на вкус. Обжигающая бездна. Так их можно было охарактеризовать. С привкусом чего-то ядовитого и живого. Да. Теперь, с лучшей чувствительностью, я уловил и другие концепты. Там точно была жизнь. Нечто, что служило воплощением для тварей, бесконечно плодящихся, бесконечно развивающихся, бесконечно хотящих все пожрать. Пожирание там тоже было. Как и яд. Но все это словно было лишь отражением другого, более великого концепта, как резонанс и слова можно было назвать