Опричники 2 Питер - Ал Коруд

Путяшная, закончившая переговоры на смартфоне, обернулась:

— Так, может, нам пригласить в команду такого?

Бочарников скептически ухмыльнулся.

— Девчонки, вы о чём говорите? Наши экспедиции очень специализированы и в большей части проходят не в городах. Дальние горы, степи, пустыни, тайга. В таком большом граде искателям делать нечего. Он тут просто ничего не заметит. Слишком много человеческого даже в камнях, дорогах, да и в самой земле. Миллионы мыслящих существ, миллионы смертей. Это отбивает их нюх напрочь.

— И по той же причине мешает перешедшему в верхний мир божеству.

— И для этого у него есть здесь помощники? — уловила мысль коллеги Забава.

— И скорее всего не один.

— Нужно искать поклонников шаманизма. Их вполне могли использовать втёмную.

— Как их искать? Вряд ли они светятся в сети.

— Вот тут вы не правы, — Михаил протянул планшет девушкам, сидящим впереди.

— Ничего себе? — Седых в очередной раз удивлена. Им бы таких бравых молодцев в отдел! Но тут же одёрнула себя. Ловцы созданы для других задач. И сейчас им очень повезло застать их в Петербурге. Забава быстро прошлась в нейросети по поисковикам и сделала скорый анализ.

— Большая часть ссылок мимо, но вот эти две любопытны. Я скинула их адреса в техотдел. Через несколько часов мы будем иметь нужные фамилии и адреса.

— Тогда, может, их оперативный сектор поначалу отработает и установит слежку? Не хочется тратить время на поиск иголки в стоге сена. Нам нужно край вечером выехать в Петрозаводск. Остро нужна информация по божеству и способу его переноса сюда.

В этот момент зазвонил телефон. Седых внимательно выслушала собеседницу, затем озабоченно произнесла:

— Это Пелагея. Замерзла напрочь в катере. Но нашла нужное место.

Михаил удивился:

— Так в кабине же тепло.

— Но она и мешает.

— И где оно? — Забава забавно приоткрыла от любопытства рот.

— Охта. Мы оказались на правильном пути. Случайного совпадения быть не может.

— Тогда едем туда?

— Подожди, Миша. Мы пока не знаем цель, которую преследует этот Каврай или его вызволитель. Так что рано туда ехать. Нужно собрать побольше информации и подумать, с чем мы на самом деле столкнулись.

— Только можно одну ремарку. Сдаётся мне, что Каврай как божество может иметь совсем иную цель, нежели тот шаман. У нас такое случалось не раз. Этим существам чуждо понимание человеческих страстей. Мы для них — игрушки.

Девушки удивлённо повернулись к Бочарникову. Оказывается, «ловцы» не только умели стрелять и быстро бегать — у них имелся острый аналитический ум. Хотя чего ожидать от службы, что ловит самых отъявленных порождений Тьмы, причём в любом уголке мира?

— Согласна.

Ленты в этот раз не тронуты. И перед самым входом всех вежливо отодвинули в сторону «ловцы». Они сначала что-то высматривали в маленьком старинном зеркальце, наполненном ведовской магией. Так что сказочное серебряное блюдечко и наливное яблочко вовсе не выдумка. Правда, увидеть в отшлифованном серебре хоть что-то могли немногие. Даже Пелагея призналась себе, что ей это не под силу. Там иные чары задействованы. Земля и человечество имеют слишком древнюю историю, чтобы всё было одинаковым. Это их беда и одновременно счастье.

— Чисто!

Но, между тем, здоровенные револьверы Taurus Judge «ловцы» в руки взяли. Как и Седых откинула полу куртки, открыв доступ к кобуре быстрого доступа, откуда торчала рукоять её «Гюрзы». Мелехов, присутствовавший в этот момент рядом, лишь деловито хмыкнул. Ему в этот раз сильно понравилось присутствие крепких мужчин подтянутого вида. И он не желал в подробностях знать, чем же занимаются эти барышни. Но зато сейчас они под надёжной защитой. Он увлекался полицейским оружием и узнал известную марку под мощный патрон.410 Magnum. Так что совершенно не возражал против повторного посещения вентиляционного входа. Чем быстрее они разберутся с проблемой, тем лучше для всех.

Наконец, снизу раздалось:

— Спускайтесь!

Первой из девушек в этот раз пошла Трескина. Она перед этим некоторое время провела во второй машине — высоком китайском пикапе с затонированными наглухо окнами, высокой дугой в кузове с мощными фонарями на ней. Судя по зубастым колёсам и шнорхелю, этот автомобиль предназначался для покатушек в стиле «офроуд». Чтобы она там ни делала, но после выхода опричницы из машины на неё тут же покосились парни. Они чуяли магическое сильнее, чем обычные люди. Пелагея же покрыла себя полностью «ведической» броней. Не стоило полагаться лишь на её возможности атаковать — требовалась и хорошая защита. Эта неведомая дрянь, что пришла из мира мёртвых, могла обладать изощрённой силой.

— Ну как?

Иван кинул внимательный взгляд на девушку. Он уже признал, что она в операции главная. Пусть до этого ни разу не находился в подчинении у женщин. Чтобы ни говорили феминистки, но в видимых пределах человеческой истории верховодили мужчины. Что там происходило при матриархате — не ведает никто.

— Там!

Трескина указала в сторону дальней стенки.

Михаил немедленно туда развернул мощный фонарь. Они привычны к нахождению под землёй и захватили с собой разное снаряжение.

— Проявилось!

Это уже воскликнула беспокойная Забава, тут же доставшая цифровой зеркальный фотоаппарат.

— Снимай быстро.

Опричница явно не новичок в фотоделе. Она тут же передала бестеневую вспышку Наталье и начала щёлкать.

— Готово!

— Хм, а она не исчезает.

Пелагея подошла вплотную и буквально «сканировала» руны ладонью. Седых же поёжилась:

— Мне одной кажется, что она чем-то наливается изнутри?

— Это меня дрянь потусторонняя почуяла. Отойдите назад!

Опричники с интересом наблюдали, как рунические знаки набухают и становятся толще, как будто выпуклые вены на ноге. И в какой-то момент в подземелье послышался тихий вкрадчивый шёпот, тут же заглушённый монотонным пением Трескиной. Руны начали становиться трёхмерными, получая заметную глубину — как будто смотришь «пластилиновый мультик». Шёпот становился всё громче. Седых уже держала в руках «мохнатый» тонкой настройки микрофон, а Забава снимала действо на видео в качестве 4К. Это странное шероховатое звучание как будто царапало им мозг. Парни заметно напряглись, Иван что-то быстро достал из-за плеча. Но его остановила взмахом руки Пелагея.

Вот её голос внезапно возвысился. Чистый звук напрочь перекрыл мрачный шёпот, казалось идущий из глубин веков. Постепенно ритм её песнопения перебил его монотонность, шорох невольно подхватил его и становился заметно тише, понемногу угасая. Понизился понемногу и тон песни опричницы, исполняемой на неизвестном языке. Иван озабоченно покосился на ведунью, но пока помалкивал. Он уже не раз бывал в схожих обстоятельствах, хотя сейчас безмерно удивлён. Среди его многочисленных талантов была страсть к языкам. Он мог говорить на двух