Битва темных душ - Вероника Фокс

Я подняла голову и посмотрела на гнома, который преклонил передо мной колено. Всё это казалось дурным сном, от которого я никак не могла очнуться. Десятки разных глаз смотрели на меня с замиранием сердца, словно замерли в ожидании чуда. Никто из них не подавал и звука. Зал погрузился в щемящую тишину, такую густую, что её, казалось, можно было потрогать руками.

— От тебя ждут ответа, — прошептал мне на ухо Раум, его голос прозвучал как далёкий шёпот ветра в кронах деревьев.

Я сделала глубокий вдох, пытаясь собрать разбежавшиеся мысли. В груди колотилось сердце, готовое выпрыгнуть от волнения.

— Напомните мне, сир… — мой голос дрожал, словно осенний лист на ветру.

— Тайлор Груд, — сразу же вставил гном, видимо понимая, что я совершенно была не здесь разумом. — Тайлор Груд, моя королева, — его маленькие чёрные глаза блеснули озорной искоркой, а руки по-прежнему сжимали коричневую остроконечную шляпу, будто она была его талисманом. — Мой народ из деревни…

Каждое его слово падало в тишину, как тяжёлые капли дождя на сухую землю. А я всё думала, когда же Бруно нанесёт удар. Сможет ли мадам Марфель выкрутиться из сложившейся ситуации? А как Алекс и Сара? Сможет ли Юхан отбить войска Бруно? И где отец? Мысли кружились в голове, словно осенние листья на ветру, не давая сосредоточиться на происходящем.

— Каждый год перед зимним солнцестоянием… — продолжал гном, но я его не слушала. Просто смотрела на его шляпу, которую он нервно теребил в руках, на его морщинистое лицо, на бегающие глаза. Думала. Гадала. Пыталась собраться с мыслями, но всё плыло перед глазами. — Поэтому мы просим…

— Хорошо, — вырвалось у меня со свистом, словно воздух вырвался из проколотого шарика. Раум сразу же склонился к моему уху, но я раздражённо отмахнулась рукой. Тогда демон решил достучаться до меня через телепатическую связь.

«Ты же понимаешь, что он просит?» — его мысленный голос звучал обеспокоенно.

«Мне сейчас не до этого…» — ответила я ему, чувствуя, как внутри всё сжимается от тревоги.

«Рори… Он попросил снизить налоги на его земли. Другие тоже этого попросят».

— Спасибо, моя королева, — стал кланяться гном несколько раз, и я вновь взмахнула рукой, чтобы прервать его нескончаемую благодарность.

— Но при одном условии… — Чёрные глазища гнома вновь заискрились жадным блеском. Я выждала паузу, судорожно пытаясь подобрать правильные слова, которых у меня попросту не было. — При одном условии… — Я ещё раз повторила свою же фразу, и тогда Раум вновь пришёл на помощь.

— Вы снизите на столько же процентов услугу по изготовлению брони для воинов, — твёрдый голос Раума звучал в этой щемящей тишине, как голос настоящего правителя. Это ему нужно было править адом, а не мне, которая даже собраться с мыслями не может. — Моя королева хотела сказать, что это будет постепенно. Если вы согласны, тогда секретарь скрепит кровью этот договор, который сразу же вступит в силу.

— Конечно, моя королева, — кажется, предложенные Раумом условия пришлись по душе этому гному, отчего тот несколько раз поклонился так низко, что мне казалось, он вот-вот наступит на свою длинную бороду и споткнётся.

— Мне нужно выйти, — прохрипела я Рауму и резко встала. В эту же секунду все, кто были в зале, склонили головы и встали на одно колено.

Чёрт возьми… Я до сих пор не привыкну к этому унизительному ритуалу. И, возможно, никогда не привыкну. Каждый раз, когда они так делают, у меня внутри всё сжимается от неловкости и тревоги.

Стремительным шагом, почти бегом, направилась прочь из зала. Раум что-то сказал по поводу перерыва, но я просто не могла продолжать это собрание. Мне было тошно, грустно и невыносимо одиноко. Хотелось убежать куда-нибудь подальше от всех этих взглядов, поклонов и ожиданий. Хотелось просто побыть одной, чтобы никто не видел, как дрожат мои руки и как тяжело бьётся сердце в груди.

Не помню, как добралась до западного балкона, который так и не восстановили после последнего сражения. И, честно говоря, в этом была своя особая прелесть — полуразрушенные перила, обветренные камни, зияющие трещины создавали ощущение уединения и свободы. Отсюда открывался потрясающий вид на бурлящую лаву, которая пульсировала алыми всполохами, словно живое существо. В воздухе кружились хлопья пепла, спускающиеся с почерневшего неба, создавая причудливый танец смерти. Дышать было по-прежнему тяжело, но я закрыла глаза и попыталась сосредоточиться на своих ощущениях.

— Аврора… С тобой точно всё в порядке? — голос Раума прозвучал непривычно мягко, почти нежно.

— Нет! — мой крик эхом отразился от стен, сорвавшись с губ, как раненый зверь. — Совсем не в порядке!

Не осознавая собственных действий, я создала защитный купол, который надёжно запечатал наши слова внутри невидимой оболочки.

— Я не в порядке! — повторила, чувствуя, как слёзы подступают к глазам.

— Тогда… быть может, поделишься со мной? — Раум медленно расстегнул застёжки на рукавах мундира, словно те были тяжёлыми кандалами, сковывающими его движения.

Я отвернулась, пытаясь сдержать подступившие слёзы.

— Я не понимаю, чего хочет от меня Эбби.

— Эта аудиенция — единственный её шанс спастись перед смертью, — спокойно ответил Раум, но в его голосе проскользнула едва заметная нотка сочувствия.

— Да, но… — слова застряли в горле колючим комком.

Раум не ответил. Он просто подошёл ко мне и осторожно обнял за плечи, словно хрупкую фарфоровую статуэтку.

— Тебе сложно. На тебя всё свалилось в одночасье, но… — его голос стал твёрже, когда он развернул меня к себе и заглянул в глаза. — Но ты сильная. И прекращай уже вести себя так, словно ты студентка академии, — в его словах прозвучала мягкая укоризна.

— Быть может, я и хочу быть студенткой академии, — прошептала, чувствуя, как слёзы всё-таки скатываются по щекам.

— В твоих руках — их жизнь, — Раум щелкнул пальцами, и перед нами возникло тёмное, почти кровавое пятно, в котором, как в зеркале вод, мельтешили маленькие фигурки: орки, гномы, ящеры, бегущие по раскалённому песку. — Они не виноваты, что родились здесь, — тихо произнёс демон. Картинка менялась, показывая каждый уголок Ада, каждый регион, каждую судьбу. — Они не выбирали родителей. И лишь от тебя зависит их будущее.

Я резко смахнула рукой тёмную субстанцию, не в силах больше смотреть на это. Слишком тяжело было осознавать такую ответственность.

— Ты лучше смотришься на троне.

— Если ты не закончишь истерить, то я тебя покусаю.

Яркая вспышка, словно удар молнии, озарила меня, как только последнее слово сорвалось с его уст. Моё сердце замерло, а затем забилось с удвоенной силой.

Дариус…

Его образ