Битва темных душ - Вероника Фокс

На ведьме была тёмная мантия с глубоким капюшоном, который полностью скрывал её лицо. Только бледные руки, закованные в тяжёлые наручники с пульсирующими алыми жилами, выдавали её присутствие. Эти цепи казались живыми, словно вены обвившие её запястья.

Я впилась взглядом в эту фигуру, пытаясь разглядеть хоть что-то за плотной тканью капюшона. Но Эбби упорно держала голову опущенной, будто на её шее висел невидимый камень, тянущий вниз. Её плечи слегка подрагивали, словно от холода или внутреннего напряжения.

Тишина давила на виски, становилась почти осязаемой. Я могла поклясться, что слышу, как тикают часы где-то в глубине зала, отсчитывая секунды до неизбежного.

Раум откашлялся, разрывая вязкую тишину, которая, казалось, уже начала душить меня. Я физически ощутила, как он набрал воздух в лёгкие, прежде чем твёрдо произнести:

— Пленённая ведьма Эбби. Вы просили аудиенции с новой королевой ада.

Но фигура даже не шелохнулась. Стояла неподвижно, словно застывшая во времени статуя. Её мантия слегка колыхалась от моего тяжёлого дыхания, но сама она оставалась неподвижной, как будто вырезанной из камня.

— Вы хотели поговорить, и это ваш шанс, — произнёс Раум, но ведьма по-прежнему молчала.

Я не выдержала этого напряжения. Резко поднялась с трона, чувствуя, как трон за моей спиной протестующе заскрипел. Стремительным шагом направилась к ней, игнорируя взгляды стражи. Они резко загородили пленницу, но с моих уст сорвалось громкое:

— Отставить!

Сама того не понимая, я мысленно создала мощный купол, который окутал весь зал. Он медленно обволакивал стены бледно-серой плёнкой, пока я двигалась к Эбби. Остановившись около неё, всего в метре, я замерла, тяжело дыша. Моё сердце колотилось как безумное, готовое выпрыгнуть из груди.

Продолжала смотреть на неё — с интересом, страхом и решимостью одновременно. Ждала, когда она наконец поднимет голову, покажет своё лицо. Но ведьма продолжала стоять неподвижно, словно бросая вызов мне своей неподвижностью.

Мои пальцы дрожали, когда я медленно подняла руку. В воздухе витало напряжение, такое плотное, что его, казалось, можно было потрогать. Я протянула руку к капюшону Эбби, чувствуя, как учащается пульс.

В этот момент я ощутила мощную магию, запертую в этих цепях. Она струилась по её венам, переполняя её, словно живая сущность. Эта сила была невероятной — палящей и в то же время пугающей. Последний раз я чувствовала такую мощь во время реинкарнации Раума.

Собрав всю свою решимость, резким движением сорвала капюшон с головы ведьмы и замерла. Мои глаза широко раскрылись, встречаясь со взглядом Эбби.

Это была девушка, практически мне ровесница. Белокурые волосы облепили её лицо, прилипая к влажным от пота щекам. Но глаза… Я их сразу же узнала. Эти глаза были мне знакомы, и не понаслышке.

Эбби оказалась точной копией Лилит Дортан. Такие же бездонные, такие же пустотные. Они словно затягивали меня в себя, не оставляя шанса на сопротивление.

Ведьма вглядывалась в мои глаза с такой ненасытной жаждой, что я не могла пошевелиться. Её взгляд парализовал меня, заставляя сердце биться чаще. А рот… Рот закрывала тёмная повязка, словно печать молчания на её губах.

— Как такое возможно? — прошептала я, не в силах оторвать взгляд от Эбби. Её фигура в тёмной мантии казалась призраком из моего прошлого. Девушка лишь моргнула своими огромными глазами, словно не понимая моего вопроса.

В зале повисла тяжёлая тишина. Все присутствующие словно затаили дыхание, ожидая моего решения. Я чувствовала на себе десятки взглядов — напряжённых, выжидательных, полных надежды. Раум мысленно подсказывал мне, что кандалы сдерживают её силу, что я в полной безопасности. Но меня страшила не её магия, а та картина, которая складывалась в моей голове.

Собрав все силы в кулак, я взмахнула рукой, и повязка соскользнула с губ Эбби. Девушка глубоко вздохнула, словно набираясь сил перед важным разговором. Её грудь слегка приподнялась под тканью мантии, а затем, склонившись передо мной в глубоком поклоне, она произнесла:

— Моя королева…

Её голос, нежный и мелодичный, как трель соловья, эхом отразился от стен зала. В этом звуке было что-то такое знакомое, что-то, что заставляло моё сердце биться чаще.

— Как такое возможно, что ты похожа на Лилит? — мой голос прозвучал резче, чем я планировала.

— Это сейчас не важно, — Эбби вновь подняла взгляд, и наши глаза встретились. В её глазах я увидела смесь страха и решимости. — Важно то, что вам угрожает.

— Я требую, чтобы ты ответила на мой вопрос, — настаивала я, чувствуя, как внутри закипает раздражение.

Ведьма снова опустила голову, и мне показалось, что эта тема действительно причиняет ей боль. Её плечи слегка дрогнули, словно от невидимого удара.

— Я младшая сестра Лилит, — её голос дрожал. — Она моя кровушка, моя королева. И я не горжусь этим.

Я глубоко выдохнула, всё ещё не до конца осознавая, как стремительно складывается пазл картины мира. Мысли кружились в голове, словно листья на ветру, но я заставила себя сосредоточиться.

— Ты хотела аудиенции со мной, — я сделала паузу, подчёркивая важность и строгость моего решения. — Так говори. Я тебя внимательно слушаю.

— Я знаю, как остановить короля Бруно, — её слова повисли в воздухе, словно тяжёлые капли дождя.

— Ложь! — воскликнул Дан, стремительно приближаясь. — Она хочет свободы!

— И это тоже правда, — подтвердила Эбби, склонив голову. — Но я готова вам служить столько, сколько потребуется.

— А что же ты не хотела служить Сиейдж ранее, а? — вмешался Дин, скрестив руки на груди. Его голос звучал насмешливо. Я всё ещё не вмешивалась, наблюдая за происходящим.

— Второго шанса на спасение у тебя не предвидится! — рявкнул Дин.

Эбби молчала, её плечи поникли под тяжестью обвинений. Я попыталась погрузиться в память предыдущих королев Ада, но мысли путались, не давая возможности найти нужную информацию.

«Вин и Дан знакомы с ней», — осознала я, чувствуя это нутром. Их реакция, их слова — всё говорило о том, что между ними есть какая-то история.

— Вы много потеряли, — наконец-то произнесла Эбби. Её голос, словно лезвие, полоснул по моим нервам. — Друзей, привычную жизнь… — она сделала паузу, а после чётко произнесла, — ребёнка, о котором не знали.

Каждое её слово, как удар молота, било по моей измученной душе. В груди что-то болезненно сжалось, пытаясь пробить рёбра. Перед глазами замелькали картинки прошлого: счастливые моменты, улыбки близких, беззаботные дни. Всё это казалось таким далёким, почти нереальным.

— Ты много знаешь для пленницы, — перебила я, стараясь не выдать свою боль. — Откуда?

— Моя сила заблокирована этими цепями, — она подняла руки, демонстрируя пульсирующие алыми жилами наручники. — Но я ведьма. И знаю, что