Безликий - Е. Юань

Изначально Одри порывалась задать прямой вопрос: не желает ли владыка взыскать долг новыми страницами из дневников Рассела, как это бывало прежде? Однако девушка вовремя спохватилась: круги общения Форс в мире мистики почти полностью дублировали ее собственные. Отдай она ей эту привилегию, и сама лишится львиной доли шансов раздобыть рукописи великого императора.

«Не то чтобы это было катастрофой — Форс рано или поздно всё равно прознает, что господин Шут собирает дневники Рассела. Да и я наверняка обрасту новыми связями среди Потусторонних. Беда в другом: она прекрасно осведомлена, что у меня на руках есть парочка страниц. Задумай она их добыть, первым делом заявится ко мне. А ведь господин Шут мои записи уже давным-давно прочел… Как только собрание закончится, нужно будет улучить момент и скормить Форс байку о том, что я случайно посеяла те листы…» — Одри лихорадочно просчитывала всю цепочку грядущих событий, изо всех сил стараясь донести свои скрытые тревоги до господина Шута через язык тела.

«И на что же намекает мисс Справедливость? Хм, они с Форс знакомы в реальности, но раскрывать карты она не желает. Стало быть, она не хочет, чтобы назначенная мной плата поставила ее в щекотливое положение и порушила конспирацию…» — Клейн задумчиво усмехнулся:

— Выбирайте цену сами и сами же всё ей растолкуйте. Я не намерен пережевывать одно и то же дважды.

«Дань уважения Богине…» — мысленно добавил он про себя.

«Славься, господин Шут!» — в душе Одри взметнулась волна бурного ликования.

Идеально выпрямив спину и слегка вздернув подбородок, она постаралась напустить на себя непривычно суровый вид и, устремив взор на Форс, произнесла:

— «Метод отыгрыша» — это искусство, позволяющее форсировать усвоение эликсира и сводящее угрозу потери контроля к абсолютному минимуму.

— Вы желаете его познать?

«Неужели подобное вообще существует? Это правда или вымысел? Впрочем, господин Шут — фигура столь немыслимого, заоблачного масштаба, Ему попросту незачем марать руки ложью в таких пустяках!» Слегка сонные, ленивые глаза Форс мгновенно распахнулись. Прикусив губу, она выпалила:

— Желаю!

Ни один Потусторонний в здравом уме не отказался бы овладеть подобным знанием! От этой мысли Форс внезапно охватило жгучее, трепетное волнение.

Одри же, выдержав короткую паузу для серьезных раздумий, озвучила условия:

— Требований всего два. Во-первых, без личного дозволения господина Шута вы не имеете права раскрывать секрет «метода отыгрыша» кому бы то ни было.

— Во-вторых, плата за науку составит двести полновесных фунтов.

Изначально юная аристократка подумывала перевести цену в страницы из дневников Рассела — опереться на тот самый тариф, по которому они с «Повешенным» когда-то расплачивались за эти знания. Вот только в реальном мире, где каракули великого императора так никто и не удосужился расшифровать, эти записи уходили с молотка за сущие копейки. К тому же подлинность бумаг зачастую вызывала серьезные сомнения. Рассудив, что полученная при таком пересчете жалкая сумма станет откровенным неуважением к самому «методу отыгрыша», девушка благоразумно накинула сверху весьма солидную надбавку.

«Хм… Если посланник господина Шута больше не нуждается в презренном металле, я просто заберу эти двести фунтов себе, а взамен, при первой же возможности, раздобуду новые листы из дневника и преподнесу их владыке в счет уплаты долга…» — Одри уже виртуозно просчитала всю дальнейшую цепочку этой сделки.

«Двести фунтов? Заветное спасение от потери контроля стоит жалкие двести фунтов⁈ Да это же просто даром, сущие копейки!» Разрываемая между шоком и диким восторгом, Форс до смерти испугалась, что продавщица может передумать, и выпалила без единой секунды на раздумья:

— По рукам!

И лишь когда слова слетели с губ, на душу писательницы опустилась легкая тоска по деньгам. Девушке вдруг показалось, что баланс на ее банковском счете тает с поистине пугающей, зримой скоростью.

Глава 313

Древние боги

«Справедливость» Одри уже собиралась было испросить дозволения на приватный разговор, как вдруг ее внимание привлекла одна странность. Сидящий в самом дальнем конце длинного бронзового стола господин «Мир» не выказывал ни малейшего интереса к методу «отыгрыша». У него даже не возникло порыва задать хоть один уточняющий вопрос.

«Он изначально владел этим методом, или же успел выведать все тайны у господина Шута в частном порядке?» — мысленно пробормотала девушка. Тем не менее, руководствуясь привычной осторожностью, она всё же запросила создания невидимого барьера для их беседы.

Дождавшись уединения, аристократка перевела взгляд на Форс и, тщательно взвешивая каждое слово, заговорила:

— Мы должны стремиться не к подчинению зелья, а к его полному усвоению.

— Ключом к этому усвоению служит «отыгрыш», а сама суть метода всегда сокрыта в названии эликсира.

— Но почему? — на одних инстинктах выпалила писательница.

Слегка замявшись, она тут же добавила еще один вопрос:

— И как именно нужно отыгрывать эту роль?

Одри мгновенно воскресила в памяти ту непередаваемую стать господина Шута и приведенные Им примеры. Слово в слово повторив Его метафоры про замок, стражников, пригласительный билет и маскировку, она подытожила:

— Подводя итог: метод «отыгрыша» призван привести тело, разум и дух в состояние абсолютной гармонии. Это позволяет обойти глухую оборону остаточной скверны зелья, вдребезги разбить ее сопротивление и переварить без остатка.

Будучи автором бестселлеров, Форс обладала поистине богатым воображением. Едва «Справедливость» закончила свои объяснения, как в голове писательницы уже вырисовались кристально ясные образы и сцены, позволившие ей уловить самую суть сказанного.

— Вот оно как…

— Оказывается, пагубное влияние остаточного духа можно выжечь таким изящным способом, сведя угрозу потери контроля к минимуму.

— И чем больше я об этом думаю, тем реалистичнее это звучит!

……

Туман сомнений мало-помалу рассеивался, уступая место волне искреннего, бьющего через край восторга.

Напоследок, желая окончательно убедиться в своих догадках, Форс спросила:

— Это наставления самого господина Шута?

— Истинно так. Не одари нас господин Шут этой мудростью, мы бы наверняка уже сорвались в бездну безумия. Само наше присутствие здесь служит неоспоримым доказательством того, что метод «отыгрыша» безупречно работает, — от всего сердца, с благоговением произнесла Одри.

Фух… Писательница тихо выдохнула спертый воздух. Ей казалось, будто ее будущее только что озарилось ослепительным сиянием надежды.

«Неужто это и есть та самая невероятная удача, о которой пишут в бульварных романах? До чего же пьянящее чувство! И всё же расслабляться не стоит. Вдруг этот господин Шут — лишь коварное, затаившееся во мраке злое божество…» — мысленно одернула себя Форс,