Чернокнижник из детдома 4 - Сергей Александрович Богдашов

— Так, уже почти убедил, а что с окупаемостью?

— Затраты на камеры и их монтаж отобьются меньше, чем за полгода, мы же камеры заставим работать на другом принципе. Вот только Хуго внеочередной апгрейд потребует, — виновато потупился китаец.

— И сколько на этот раз? — грозно сдвинул я брови.

— Миллион, — выдохнул Ван, и поспешно уточнил, — Рублей.

— Только не говори мне… — начал было я, но Ван перебил.

— Нет-нет. Для пятисот камер хватит и полмиллиона.

— Каких ещё пятисот. Ты про триста шестьдесят говорил!

— Так сто сорок у себя по району развесим, под общий замес. Штрафов с них брать не будем, а если что, потом представим, как уже готовое расширение, которое прошло тесты.

— Ладно, а куда ещё полмиллиона уйдут? Нет, я понимаю, что на расширение возможностей Хуго, но мне интересно — каких?

— У нас в городе четыре интернет-провайдера. Программы на хинди могут взять весь их трафик под контроль и анализ. Потом только мобильные телефоны достаточно будет контролировать, и всё — весь Уссурийск под колпаком. Под нашим, разумеется.

— Ты же знаешь, кто у меня куратор?

— Знаю.

— Вот и объясни Хуго, что если он спалится, то я его на год всех развлекалок лишу.

Сначала Ван выпучил было глаза, но потом понял — это разрешение и одобрение, как на проект, так и на финансирование, и я с ними в одной лодке. Что характерно — я рискую больше всех.

— «Хех… с ними. С Ваном и нейросетью… Что-то я про неё, как про живого человека заговорил», — мысленно поймал я себя на явном несоответствии. Или… не совсем уж явном?

Но делать нечего. Решение принято и Рубикон надо перейти. Помнится, мне наш мэр изрядно задолжал. Отчего бы не дать ему возможность частично списать должок. С этой светлой мыслью я полез в контакты, чтобы сделать звонок. Понятное дело, что тендер мы и так выиграем, так как предложим наилучшие условия, но и связями тряхнуть не помешает, чтобы пылью не обросли. Заодно, чтобы не напакостил кто-нибудь из чиновников, не желая допустить нас к участию в тендере. А то с них станется.

* * *

Развитие артефактного дела я сознательно не галопирую. Этак, даже порой искусственно сдерживаю. Одну, редко две новых модели в месяц ещё можно объяснить, а больше и ни к чему. Заказов и так с избытком. Можно было бы и больше делать, для той же армии, но там я бы дорогу серьёзным людям перешёл, и вовсе не факт, что это бы легко сошло бы мне с рук.

Так что, я предпочитаю пока, если и влезать в армейские заказы, то на никем не освоенные ниши.

Те же пояса, с пространственными карманами, защищённые рации, тепловизоры, прицелы и прочую мелочь. Для Гильдии ассортимент больше, заодно там и возможность эксклюзивных заказов имеется, но — дорого.

Едино где согрешил, отойдя от приемлемой практики — так в губернаторском заказе. Том, что для Охотников. Там у меня всё лучше стандартных армейских образцов — и их действие, и цены.

К чему я это рассказываю, так когда я с мэром говорил, он между делом обмолвился, что со мной представители Ижевска очень хотели бы поговорить. Якобы, о сотрудничестве. И я согласился с ними встретиться. Хоть завтра.

Встреча состоялась в ресторане «Золотой дракон» — месте, которое я недолюбливал за пафосную безвкусицу, но ижевцы настояли. При встрече — представились. Их было трое. Глава делегации — Князев, полковник в отставке, с лицом, которое не выражало ровным счётом ничего. Двое других — молодые, с цепкими взглядами, явно технари или аналитики. И ни одного юриста — что уже настораживало.

— Александр Сергеевич, — Князев даже не встал, когда я вошёл, лишь кивнул на стул напротив, — Присаживайтесь. Времени у нас мало.

Я присел, но не спешил начинать разговор. Официант принёс меню, но никто его не открыл. Тишина затягивалась, и это давило на них сильнее, чем на меня.

— Мы наслышаны о ваших успехах, — наконец произнёс Князев, когда официант отошёл, — Пространственные артефакты, новые схемы защиты. Интересно. Даже очень. Но, — он сделал паузу, — Вы работаете в нише, которую мы считаем своей.

— Своей? — переспросил я. — Насколько я помню, рынок артефактов никем не монополизирован.

— Рынок — нет. А производство для силовых структур — да. Ваши пояса, ваши «обоймы» — они конкурируют с нашей продукцией. Мы не можем этого допустить.

Я усмехнулся. Вот оно — началось. Без предисловий, без попыток казаться доброжелательными. Чисто, по-деловому, по-волчьи.

— И что вы предлагаете? Если что, то я в курсе, что ничего из моего ассортимента вы армии не предлагали и предложить не можете. Вы просто не умеете этого делать. Так что ваш аргумент вовсе не аргумент. Вы мне не конкуренты. Бросайте пустословие. Чего вы хотите?

— Предлагаю вам выйти из сегмента. Полностью. Передать нам все наработки по пространственным артефактам. Взамен — компенсация. Назовём её… отступными.

— Размер?

— Десять миллионов рублей.

Я засмеялся. Откровенно, в голос, не скрывая презрения. Князев поморщился, но смолчал.

— Десять миллионов, — повторил я, отсмеявшись. — Вы хотя бы представляете, сколько я зарабатываю на одних только «обоймах» за месяц? Ваша компенсация — это пыль. Очень оскорбительная пыль.

— Мы можем увеличить сумму, — спокойно сказал Князев, — Но не намного. Наше предложение — не купля-продажа. Это… предупреждение.

— Предупреждение? — я подался вперёд, глядя ему прямо в глаза. — Вы мне угрожаете?

— Констатирую факт. Клан «Ижмаш-Артефакт» контролирует шестьдесят процентов внутреннего рынка и семьдесят — внешнего. Те, кто пытался работать в обход нас, либо разорились, либо исчезли. Не в прямом смысле, — он усмехнулся, — Но их бизнес… да, исчез.

Я молчал. Не потому, что испугался. А потому, что собирался с мыслями. Такой наглости я не встречал даже от китайцев и местных чиновников. Это совсем другой уровень.

— Послушайте меня, — начал я тихо, почти ласково, — Я не лезу в ваш сегмент. Я работаю на Охотников, на частников, на Университет. Мои артефакты — это капля в море ваших объёмов. Но если вы думаете, что можете придти и просто так отжать то, что я создал — вы ошибаетесь.

— Мы не отжимаем. Мы предлагаем сделку.

— Сделку? — я