Пушкин – имя ратное. Потомки поэта во Второй мировой - Лариса Андреевна Черкашина

офицер царской армии, выстрелил себе в грудь в марте 1917-го? Думал ли о терзаниях корнета Сумского драгунского полка Сергея Пушкина, приходившегося ему двоюродным дедом, так и оставшегося навеки молодым, кто разрядил в себя ружьё из-за неразделённой любви? Быть может, на память ему приходила другая история, случившаяся с правнуком поэта, юным Александром Кондыревым, учеником Александровского Императорского лицея, посчитавшим оскорбительным для себя учительский вердикт и шагнувшим в раскрытое окно… Всё это – трагические страницы семейной летописи.

Так уж случилось, что бывший краснофлотец Александр Писнячевский своим уходом пополнил скорбный мартиролог самоубийц в пушкинском роду…

И всюду страсти роковые,

И от судеб защиты нет.

Ему, фронтовику, не досталось и толики той благодарности, что выпала на долю его состарившихся товарищей по оружию. Проживи он дольше, и, может, многое изменилось бы в его судьбе. Запоздалые слова покаяния, – их так и не довелось ему услышать…

Всего три фотографии и остались от его жизни – на одной он, двадцатилетний, в тельняшке, позирует перед фронтовым фотографом, две другие – сняты в Болдине. Неизвестный фотограф запечатлел его входящим в ворота пушкинской усадьбы: Александр Иванович держит на руке плащ, голова его склонена, глаза опущены в землю. Неуверенный, поникший, будто уставший от жизни человек… И последний снимок: на нем он, желанный гость музея-усадьбы, снят на фоне портрета Александра Сергеевича.

По неизъяснимому Промыслу именно Великая Отечественная, страшная и беспощадная, стала главной вехой, быть может, даже счастливой – ведь Александр Писнячевский тогда был нужен стране! – в его незадавшейся судьбе.

И всё же всей своей жизнью он не постыдил памяти великого Пушкина. Не прикрывался его именем, не прятался за спины товарищей. Жил и воевал честно.

Постскриптум

В ноябре 1952-го Владимир Спиридонович и Мария Ивановна Путины крестили сына Владимира в старинном Спасо-Преображенском соборе, именуемом Собором Всей Гвардии. Замечу, для краснофлотца и бойца Красной Армии, на фронте вступившего в ряды коммунистов, подобное решение в те годы могло быть приравнено к подвигу гражданскому. Видимо, и день крещения сына глава семьи выбрал не случайно – двадцать первое ноября, Михайлов день, день Архистратига Михаила – главы святого воинства Ангелов и Архангелов, покровителя военных и моряков. Вот она, странная прихоть судьбы: бывший рядовой держал на руках в тот день… будущего Главнокомандующего!

По рассказам, священник предложил Марии Ивановне наречь младенца Михаилом, но та отказалась, сказав, что хочет назвать сына в честь его достойного отца.

Почему выбор родителей пал именно на этот старинный петербургский собор? Не оттого ли, что почитался он храмом русской воинской славы?!

Но величественный Спасо-Преображенский собор, с необычной оградой из бронзовых стволов пушек, взятых со стен турецких крепостей в Русско-турецкую войну, памятен был и для Пушкина. В его святых стенах, в марте 1836-го, поэт отпевал мать Надежду Осиповну. И горячо молился о её душе…

Перед теми же святыми образами не единожды молился и Президент России Владимир Путин. Не столь давно, январским вечером, встречал в не чуждом для него храме праздник Рождества. Владимир Владимирович стоял в окружении детей и, заметив, как одна девочка, ободряя свою маленькую уставшую подружку, гладит ту по щеке, не мог сдержать улыбки…

История любит иносказательность, любит оставлять загадки грядущим поколениям. Иногда, чтобы распознать тайные знаки, данные ей, нужны годы, а то и столетия. Что ж, как пророчески заметил Пушкин: «Бывают странные сближения…»

И когда они открываются, невольно думаешь о невероятной и богатейшей истории России и о тех – великих и рядовых, – кто составил её мощь и славу.

Брат и сестра в военных гимнастёрках

О, как тебя застану,

Любезная сестра?

Александр Пушкин

Любитель бабочек

Оба они, брат Александр Сергеевич (полный тёзка своего великого предка) и сестра Марина Сергеевна, из семьи Софьи Николаевны Данилевской. А их матушка, в свою очередь, приходилась правнучкой Пушкину и внучатой племянницей Гоголю.

Сын Сергей появился на свет в феврале 1911 года в селе Олефировка Миргородского уезда. Там, в небольшом украинском селе, и прошли его ранние годы. Детство оборвалось со смертью отца – агроном Сергей Данилевский стал одной из жертв чудовищной эпидемии, «испанки», выкосившей миллионы людских жизней. Новый тревожный 1919-й только брал разбег…

На Украине бушевала Гражданская война, и Софье Николаевне, вмиг ставшей вдовой, да ещё с пятью малолетними детьми на руках, пришлось тогда очень несладко.

Единственное, что она могла сделать, дабы уберечь семью: перебраться в Полтаву и устроиться там воспитательницей в детские ясли. Так и растила детей – и чужих, и своих.

Её материнской гордостью был Саша: он рос любознательным мальчиком, добрым, любящим природу. Школьником, проявлял недюжинные познания в области энтомологии, чем несказанно радовал и маму, Софью Николаевну, и своего научного руководителя, зоолога Полтавского краеведческого музея. Изучение и классификация бабочек стали основным увлечением подростка.

Так случилось, что тётушка Тамара Михайловна, вдова старшего брата матери, выйдя вновь замуж (её избранником стал известный историк, глава всей советской исторической науки, академик Борис Дмитриевич Греков), пригласила племянника Александра в Ленинград, к себе, на Большую Морскую, – жить и учиться.

В Ленинграде Александр Данилевский окончил школу и поступил в Институт прикладной зоологии и фитопатологии. В 1933-м с отличием завершив курс наук, с распростёртыми объятиями был принят во Всесоюзный институт защиты растений. Областью научных интересов молодого учёного стала систематика насекомых, в том числе и малоизученных групп чешуекрылых.

На календаре – декабрь мирного 1934-го… Но вечером первого декабря в коридорах Смольного грянул предательский выстрел: убит первый секретарь Ленинградского обкома партии Сергей Киров. И с этого злополучного дня в стране начались массовые чистки и репрессии. Последовало официальное заявление: Киров, народный любимец, стал жертвой заговорщиков – врагов народа! Тотчас из Ленинграда хлынул так называемый «кировский поток», – из города массово выселялись все «неблагонадёжные элементы».

Не избежал опалы и Александр Данилевский, – в вину ему вменялось дворянское происхождение, а этого было достаточно, чтобы из Северной столицы отправиться в солнечные казахские степи. На счастье, нашлось немало тех, кто ратовал за возвращение молодого и подававшего надежды учёного. В надлежащие инстанции с просьбой пересмотреть дело не переставали стучаться академик Борис Греков и Софья Кологривова, тётушка осуждённого, пушкинисты Мстислав и Татьяна Цявловские. Хлопоты увенчались успехом: прошло чуть более года, и праправнук поэта вновь оказался на гранитных берегах Невы.

В 1936-м Александр Данилевский уже аспирант кафедры энтомологии Ленинградского университета, где работает бок о бок с известнейшими учёными. В университете случилась и судьбоносная для Александра встреча с очаровательной студенткой Галиной Шельдешовой, полностью разделявшей его научные