Черный замок - Данил Коган

Глава 9

Апгрейд

Дирги задумали классическую «вилку». Парочка должна была закидать спящий лагерь стрелами из темноты. Когда все бросятся в сторону нападения, остальные валят наш транспорт. Костероги им внушали серьёзное опасение. Животины опасные против строя.

А если хорошенько подранить здоровяка, скотинка может взбеситься. Сошедший с ума костерог в лагере — это очень большая проблема. Почти два метра в холке и несколько тонн весом. В плотно лежащей на земле толпе такой может устроить настоящий кровавый хаос.

Никакой пощады ушлёпкам. На святое покусились, твари. Наших малышей обижать. Усюка!

Двоих стрелков Шайя со своими девочками взяла на себя. Здесь я был спокоен — у диверсантов-отвлекателей не было ни единого шанса выжить. А мы должны были встретить остальную гоп-компанию. Навскидку их после того, как ребята завалили троих, выжило голов восемь-десять.

Айвена наложила на место нашей стоянки иллюзию, демонстрирующую, что мы все продалбываемся и дрыхнем у костра. На нас она повесила свой «плащ теней». Команда затаилась среди деревьев, метрах в двадцати от края стоянки.

Дирги вроде бы не видят в темноте не больше, чем люди. Из всех рас, с которыми я встречался в Межмирье, хорошее ночное зрение было только у ликанов.

Но у нас были зелья «ночного зрения», которые мы коллективно приняли перед акцией. Вообще я уже задумывался о приобретении артефактов, позволяющих видеть в темноте, — слишком часто эта способность становилась нужна.

Зелья перестраивали что-то в глазах, и те потом болели, отекали, в них лопались кровеносные сосуды. На следующий день ты видел чуть хуже днём — в общем, были побочные эффекты у чудо-алхимии. А вот артефакты вообще работали на других принципах и позволяли видеть даже в кромешной тьме без источников света, не затрагивая и не перестраивая глаза. Я бы сказал — магия, но на Земле тоже изобрели ПНВ с подсветкой.

Минут пятнадцать мы сидели молча. Я не видел своих напарников, только приблизительно знал, где они находятся. Заклинание альвы с каждой минутой, казалось, всё больше скрывало силуэты. А может, так оно и было — не знаю точно.

В какой-то момент я услышал шум недалеко в глубине рощи. Двигались дирги не сказать чтобы беззвучно. Массивная туша, аккуратно пробирающаяся через лес, всё равно хрустела ветками, шуршала травой и пыхтела, кстати, как паровоз. Типчик прошёл мимо меня буквально в пяти шагах и даже ухом не шевельнул. Он снял где-то доспехи и обмотал руки, ноги тряпками или кусками кожи. За спиной в колчане у него торчало пять массивных дротиков, в лапах он держал длинное копьё с наконечником, занимающим треть древка.

Дирг присел за деревом недалеко от меня и замер, всматриваясь в нашу стоянку. Смотри, милый. Смотри. Все спят, бакланы. Красота, ведь правда?

Справа и слева замелькали тени. Воины подтягивались к месту атаки. Что-то их как-то до хрена. Только вокруг меня я насчитал семерых. Ладно, пофиг, пляшем.

Мой ловец звякнул. Шайя закончила, а Морт отчитался.

Пора.

Дирг настороженно глянул в мою сторону. Мотнул головой и снова перевёл взгляд на лагерь.

Я максимально бесшумно сделал к нему несколько шагов и со всей дури залепил молотом сверху вниз, одновременно активируя баклер и выкрикивая: «Погнали, сука!»

Лес пришёл в движение.

Не успел первый разведчик упасть к моим ногам, ко мне с рёвом метнулось двое ближайших диргов. С реакцией у этих парней всё в порядке.

По баклеру проехался наконечник копья и вонзился в землю в опасной близости от ступни.

В свете знака на мордах диргов виднелись какие-то отблески. Ба! Да это очки! Артефакты самодоставкой прибыли. В головы не бьём, понятно.

Возня и звон железа слышались поблизости.

Вспыхнуло три шара света между деревьями, освещая нашу полянку битвы.

Послышались частые хлопки тетивы — Ингвар выцеливал серые туши в подлеске.

Дирги просчитались со своими копьями. Они взяли снаряжение против крупного зверя, с которым в лесу и против подвижного противника не повоюешь.

Но их оказалось больше, чем мы думали.

Шора окружило пятеро. Пятеро потенциальных покойников. Вот уж за кого я не волнуюсь, так это за дракса нашего.

Двое возле меня, и ещё четверо бегут в мою сторону, треща ветками.

Поправочка: один возле меня, второй со сломанным плечом уже не боец.

А! Бегут уже трое, один со стрелой в горле падает навзничь.

А ещё одна пятёрка, игнорируя поднятый нами с Шором тарарам, выскочила из кустов по направлению к костерогам.

Навстречу им с земли поднимаются ребята из охранения, которых нам выделил десятник. Десять латников с ростовыми щитами, скрытые до этого иллюзией. Надеюсь, этого хватит.

Навстречу пятерым шустрым диргам вылетели радужные шары и влепились каждому из них в морду. Айвена за спиной латников закончила заклинание.

Я краем глаза, отмахиваясь от своих уже троих противников — ещё одного я успел завалить буквально за секунду до прибытия подкрепления — видел, как там начался бардак.

Один дирг страшно завыл и начал носиться кругами. Ещё один напал на соседа. Рядом по земле катался серокожий здоровяк, пытающийся разорвать на себе доспехи.

Я сознательно пропустил тяжёлый удар копья вскользь по доспехам и, подшагнув, проломил диргу череп тяжёлым ударом сверху вниз.

Затем почувствовал сильнейший удар в спину.

Ноги подогнулись, и я рухнул на колени. Тупо уставился на торчащий из груди наконечник дротика.

Последняя картинка: дирг замахивается тесаком, чтобы снести мне голову, а за его спиной, как тень возмездия, возникает Шор — только что бывший в десяти метрах от нас.

Затем картинку выключили, и я провалился в тёмный колодец беспамятства.

ЗАТЕМ КАРТИНКУ ВЫКЛЮЧИЛИ

* * *

Очнулся я в фургоне под скрип колёс. Весь замотанный в какую-то траву до невозможности пошевелиться. Грудь жгло, позвоночник горел огнём, как будто по нему пропустили жидкую лаву.

Я попытался двинуться, закашлялся. Но не смог пошевелить даже пальцем. Паника начала накатывать волной. Мне что, позвоночник повредили?

— Что со мной? — просипел я, не узнавая собственный голос.

Ксар, сидевший на откидной койке напротив, немедленно выпорхнул наружу, громко вопя:

— Очнулся наш херой, лежать-помирать. Лепечет херню какую-то, гля! Шайя, ты просила позвать, орать-голосить.

В дверной проём занырнула Шайя. Следом за ней внутрь шагнула Алена. Обе на козлах сидели, я так понял. Я просипел:

— Что такое? Почему я двигаться не могу?

— Всё нормально, Илья, — Алена набулькала в чашку какой-то пахучей гадости