Не надо боли - Лина Коваль

Грудь, шея, снова грудь, живот; проникают под платье.

— М-м-м, — мычу, чувствуя ладонь внизу.

Мое белье трещит под мощным натиском, бедра инстинктивно сжимаются. Опытные точно так не делают. Ругаю себя, заставляю расслабиться и развожу колени. Позволяю трогать себя там, где никого, кроме гинеколога на медосмотре, не было.

Ощущения острые, но не болезненные. Тело, словно пружина в револьвере, сжимается.

— Маленькая нимфоманка, — хрипит Аскеров, лаская нежную кожу уверенными пальцами. — Горячая вся…

Он меня целует, целует, целует. Губы, лицо, плечи. Царапает щетиной, оставляет следы. Размеренно обводит клитор, иногда надавливая, иногда едва касаясь. Все это делает, держа меня на весу, потому что я вдруг обмякаю и прикрываю глаза.

В уши будто воду заливают. Ничего не слышу, только чувствую обжигающее волнами удовольствие и расползающееся напряжение.

В один момент все органы чувств отключаются, я дергаюсь.

— Так хочешь секса?..

— Да! — вскрикиваю в потолок, запрокидывая голову на твердое плечо.

Издаю смесь каких-то нечленораздельных звуков и содрогаюсь, ухватившись за руку, фиксирующую низ живота. Наслаждение растекается по телу сладкими гроздьями, душит и… почти отпускает.

Это невероятно!..

— Красиво кончаешь, девочка. Но быстро… — хвалит Ренат, подхватывая меня на руки.

Ему понравилось?

Конечно, понравилось!

Я вжимаюсь в горячую шею и понимаю, что Шопен остался где-то за дверью. Комната, в которой мы оказываемся, темная и прохладная. Судя по очертаниям, мебели здесь немного. Кровать, кресло у окна с такими же жалюзи, как в гостиной, и высокий шкаф.

Святая святых. Спальня Аскерова.

— Сними с себя платье, — слышу строгий приказ, приземляясь на кровать.

Завороженно наблюдаю, как он тянется к пряжке, расстегивает пуговицы на рубашке и манжетах.

Схватив подол платья, освобождаюсь от него. Кожа покрывается мелкими мурашками, внизу живота все еще пусто.

— Ты предохраняешься?

Я морщусь, понимая, что секс, скорее всего, сорвется, если у него нет презервативов, поэтому часто киваю.

— Таблетки?..

Соглашаюсь беззвучно.

«Только не останавливайся», — прошу про себя.

Ренат, коротко выругавшись, качает головой и, прежде чем снять брюки, достает презерватив из кармана.

Я выдыхаю, корю себя за обман. Зачем?..

— Ложись на живот, Эмилия, — он снова бездушно приказывает.

Я медлю, так сильно хочу посмотреть на него обнаженного, но в комнате темно, поэтому приходится перевернуться и вжаться в светлое покрывало.

Время замирает до момента, когда помимо шелеста фольгированного пакетика, я слышу сдавленный голос.

— Ты очень красивая, Эмилия. Устоять просто невозможно.

Вздрагиваю от прикосновения теплых рук, оглаживающих ягодицы. Ренат нависает надо мной и покрывает поцелуями плечи, спину вдоль позвоночника. Касается языком.

Я стараюсь не выдать свой страх и сбиваю пальцами покрывало. Дышу, зажмуриваюсь, жду. Жар от сильного тела все больше мне передается, а мужское восхищение и то, с какой страстью Аскеров облизывает и покусывает мою кожу, позволяет почувствовать себя желанной.

Может, я и малолетка, но он от меня сейчас без ума.

Обхватив за талию, Ренат подтягивает меня к краю кровати и снова касается промежности. Там липко и влажно.

Стыд накатывает вместе с любопытством, которое тут же снова сменяется диким страхом. Калейдоскоп чувств заканчивается грубым вторжением. Инстинктивно подаюсь вперед, но Аскеров фиксирует, заставляет прогнуться и толкается в меня.

Я ожидаю боль. Просто знаю, что это больно.

Девочки в кампусе много про это рассказывали, и я знала, на что иду, но, кроме распирающего давления, ничего не чувствую.

Боже, спасибо.

Ренат раскачивается. Сначала медленно, а затем ускоряется, вбивается горячим пахом в мои ягодицы, снова и снова. Разводит их и толкается, заставляя прогнуться еще сильнее.

Сердце волнующе бьется о ребра, пока я стараюсь сконцентрироваться на ощущениях и замираю, когда он останавливается.

— Что ты делаешь?.. — вскрикиваю, чувствуя палец между ягодиц. Мозг взрывается от грязи. Он хочет туда?.. — Я… отпусти меня!..

— Ш-ш-ш, — Аскеров тут же считывает панику и убирает руку. — Понял, успокойся.

Он склоняется, отбрасывает мои волосы и нежно целует между лопатками. Обхватив грудь двумя руками, сминает твердые соски и гладит их большими пальцами.

Я яростно дышу.

Просто невообразимо!

За кого он, черт возьми, меня принимает?..

— Иди ко мне, Эмми, — переворачивает меня к себе и осторожно опускает на кровать.

Успокаивающе целует, кружа языком по губам и проникая внутрь. Я слабыми руками обнимаю широкие плечи.

— Все хорошо? Продолжим?..

— Да-а, — забываю обо всем плохом.

— Ты красавица.

Зажмуриваюсь.

Снова жар, упругость в промежности и мозг, стекающий струйкой в низ живота.

Снова мощные толчки.

Снова мои стоны и его хриплые вдохи, распространяющиеся по комнате.

Голова падает на кровать и взрывается от какого-то странного, мучительного, почти болезненного удовольствия. Оргазм Рената чувствую сразу. Это, оказывается, невозможно не почувствовать. Он замедляется, приподнимает мои ноги, шумно дышит и падает сверху.

Только спустя пару минут освобождает.

Я подтягиваю ноги к груди и хватаю густой воздух, до сих пор не осознавая масштаб произошедшего.

— У тебя месячные? — спрашивает Ренат, замечая кровь.

Ее немного на покрывале, но не увидеть даже в темноте трудно.

— А… да, — стараюсь отвечать беззаботно. — Я забыла. Прости.

— Это нестрашно.

Он, протянув руку, нависает надо мной, поглаживает волосы, обводит плечо и сжимает колени. Слишком близко, поэтому я разглядываю проработанные мышцы на его груди и прессе. Тоже робко их касаюсь кончиками пальцев.

— Хочешь в душ или… хочешь продолжить? — спрашивает, вставая и избавляясь от презерватива.

— В душ…

— Полотенца в шкафу справа. Проводить?

— Я сама.

Подхватив платье, ступаю на холодный пол и дезориентировано двигаюсь на выход. В пустом коридоре быстро нахожу дверь в ванную комнату, совмещенную с туалетом.

В зеркале мелькают мои сумасшедшие глаза, сжатые губы и размазавшаяся тушь. Что-то в этом виде, в пренебрежительном тоне Рената и в его фразах, обращенных ко мне, вызывает внутри беспокойство. И он ведь ничего не понял…

Не понял, что он мой первый.

Ожидание и реальность после секса не совпадают, поэтому, пока горячая вода струится по окоченевшему телу, я успеваю всплакнуть.

Обожаю делать это именно под душем.

Так легче. Никто не видит. Даже я сама. Просто вода. Она одинаково хорошо смывает слезы и кровавые следы после первого секса.

Просто… вода. И просто секс!..

Я получила все, что хотела.

Глава 21. Эмилия

Не знаю, что происходит, но вода, щедро льющаяся из тропического душа, останавливается после легкого нажатия на переключатель, а слезы все не прекращаются. Истерика только набирает обороты, усиливается, превращается во всемирный потоп.

Это неожиданно пугает…

Что происходит, черт возьми?

Вытирая влажное тело полотенцем, найденным в ящике под раковиной, продолжаю рыдать уже за пределами