Безликий - Е. Юань

эти чертоги обладали властью наглухо блокировать даже мощь Вечного Пылающего Солнца и Истинного Творца, Клейн ни на йоту не сомневался: пока в дело не вмешается истинное божество, никто и ничто не сможет прервать отмену ритуала!

Лишь бы враг не стер его эфирное тело в порошок с первого же удара или не вырубил намертво — и тогда шансы ускользнуть были железобетонными!

Именно по этой причине сыщик наотрез отказался от идеи обернуться бесплотным духом у себя дома и тащиться через полгорода. Слишком уж долгим выходил путь, и слишком много смертоносных случайностей могло подстерегать во мраке.

…………

Сквозь окна струился тусклый, подернутый дымкой свет багровой луны. Женщина, всё так же восседающая на самой верхней ступени приставной лестницы меж книжных стеллажей, хранила абсолютное безмолвие. Ее взгляд был неотрывно прикован к письменному столу — ровно к тому месту, где еще мгновение назад стоял Клейн. Призрачный плач младенца и мириады гротескных глаз уже растаяли без следа, канув в небытие.

Один бог ведает, сколько времени пронеслось в этой звенящей тишине. Внезапно вершина лестницы опустела — таинственная незнакомка исчезла так же бесшумно, словно ее там никогда и не было.

Тем временем в выставочном зале, где хранились дневники Рассела, Макс Ливимор обратился к своим подчиненным:

— Продолжайте держать оборону здесь, а я займусь поисками нашего незваного гостя.

— Можете не сомневаться, колпак запечатанного артефакта всё еще надежно удерживает этого мерзавца где-то на первом этаже!

Произнося это, капитан устремил взор на саму реликвию — тот самый игрушечный макет первого этажа музея, рассчитывая выцепить взглядом крошечную красную точку и мигом вычислить координаты лазутчика.

Однако, вглядываясь в детали и раз за разом пересчитывая маркеры, он всё яснее осознавал: что-то не сходится.

Количество фигур в периметре так и не увеличилось ни на единицу!

— Какого… — ошарашенно пробормотал Макс Ливимор, так и застыв на месте словно изваяние.

…………

Тем временем в кладовой того самого богатого особняка, примыкающего к перекрестку авеню Короля под номером восемнадцать.

Пустые глаза застывшей физической оболочки Клейна внезапно дрогнули и вновь налились осмысленным светом, а уголки губ медленно поползли вверх, складываясь в торжествующую улыбку.

Ради экономии драгоценного времени он благоразумно оставил картонные закладки вместе с медным свистком Азика пылиться над серой мглой, а сам молниеносно вернулся в свое тело.

Стремительно задув свечу и официально завершив таинство, Клейн принялся методично зачищать следы. Обильно расплескав заранее заготовленный экстракт, он полностью нейтрализовал терпкие ароматы «Порошка Святой Ночи», эфирных масел и гидролатов, витавшие в воздухе после ритуала.

Покончив с этим, сыщик одним мысленным усилием рассеял невидимую духовную стену, позволив ворвавшемуся сквозняку выветрить жалкие остатки подозрительных запахов.

Следом он выудил древний латунный «Универсальный ключ», намереваясь просочиться сквозь череду соседних домов и поймать экипаж подальше от этого опасного пятачка.

Сверив азимут с помощью лозоходства на трости — дабы, не дай бог, не дать круга и не вынырнуть прямо в Королевском музее или очередной церкви, — Клейн прибавил шагу, раз за разом проскальзывая сквозь глухие стены и запертые двери.

Продвигаясь таким манером по прямой уже какое-то время, он внезапно поймал себя на мысли, что окончательно потерял ориентацию в пространстве.

«Так… проскочу еще пару особняков и вынырну наружу. Если меня вынесет за пределы авеню Короля, просто найму экипаж. В крайнем случае раскину карты еще разок… А как доберусь до дома, немедленно засяду за изучение „Карты Богохульства“!» — молниеносно выстроив план действий, Клейн уверенно приставил отливающий тусклой латунью, архаичный ключ прямо к каменной кладке и легонько провернул.

Воздух привычно подернулся прозрачной, незримой рябью, и сыщик беспрепятственно шагнул в соседний таунхаус.

И в этот самый миг его ноздри резанул густой, тошнотворно-сладковатый, железный запах крови.

Резкий запах крови! Клейн сурово сдвинул брови и, вскинув взгляд, увидел распростертую на полу прямо посреди гостиной женщину.

Лицо незнакомки исказила маска невыносимой, чудовищной предсмертной муки. Ее живот зиял пугающей, рваной раной, а все внутренности, казалось, были безжалостно и подчистую выпотрошены.

Одновременно с этим до слуха сыщика донеслось жуткое, утробное хрипение.

Глава 322

Захватывающая ночь

Двенадцатая!

Тот самый маньяк-«Демон»!

В то самое мгновение, едва узрев труп и услышав этот звук, Клейн почувствовал, как волосы на затылке встают дыбом. Парень кристально ясно осознал: он вляпался в смертельную неприятность.

Гостиная, выдержанная в ярких, солнечно-желтых тонах, предстала перед его взором. Ни журнальный столик, ни диван, ни прочие предметы интерьера не таили в себе ни малейшего намека на аномалию. Лишь пушистый ковер оказался щедро залит алой кровью, и это багровое пятно продолжало медленно, неумолимо расползаться по ткани.

Прямо подле женского трупа, в чьем разорванном животе зияла пугающая, выпотрошенная пустота, сидела на корточках исполинская черная собака. Из полуоткрытой пасти торчали ряды бритвенно-острых, наводящих первобытный ужас белоснежных клыков. На каждом из них виднелся въевшийся, напоминающий ржавчину темно-красный налет — верный признак того, что тварь долгими годами рвала сырую плоть, совершенно не заботясь о гигиене.

В этот самый миг на клыках жуткого пса всё еще висели намотанные кольца окровавленных кишок вперемешку с ошметками сырого, растерзанного мяса.

Монстр медленно повернул голову. В его горящих, словно жидкая магма, глазах отчетливо отразился Клейн — облаченный в простую рабочую робу, с искусно замаскированным лицом.

— Гр-р-р! — из глотки исполинской черной твари вырвался глухой, угрожающий рык.

«Значит, это и впрямь животное! И оно уже достигло шестой Последовательности, став настоящим „Демоном“, да еще и стоящим на пороге повышения! Вот только весь мой сегодняшний арсенал заготовлен совершенно не для схватки с ним…» — эти мысли молнией пронеслись в голове сыщика.

В следующее мгновение тело пса начало стремительно, с жутким хрустом раздуваться, превращаясь в чудовище добрых двух-трех метров ростом. За спиной твари с гулом распахнулись исполинские нетопыриные крылья, а возле ушей проклюнулись и закрутились изогнутые козлиные рога, сплошь испещренные богомерзкой вязью узоров.

В густой, лоснящейся от слизи шерсти заплясали багровые, с синеватым отливом языки пламени, и воздух мгновенно наполнился удушливым, густым смрадом серы.

Почти синхронно с этой метаморфозой Клейн с силой оттолкнулся от пола. Напрочь отбросив мысли об отступлении, он рыбкой бросился вперед, выставив перед собой черную трость, и, подобно пущенному пушечному ядру, полетел прямо на адского пса.

Вжик!

Исполинская демоническая тварь тоже сделала молниеносный выпад. Усеянная бритвенно-острыми когтями лапа смазалась в воздухе, сокрушительно обрушившись на тело юноши.

Абсолютно беззвучно когти прошли сквозь человеческий силуэт, не встретив ни малейшего сопротивления, словно рассекли пустоту!

Фигура Клейна