Дед в режиме антидемона. Том 8 - Евгений Валерьевич Решетов

— Ангела, — усмехнулась Велимировна, продемонстрировав белые зубы.

— Что-то мне подсказывает, что ангелов так не вызывают.

— А ты много ангелов в своей жизни вызвал? — парировала магичка.

— Заходи и дверь закрой, — приказал я внуку. — Телефон с собой?

— Ага, — кивнул тот, робко проскользнув в лабораторию.

Дверь закрылась за ним с лёгким скрипом.

Пламя свечей чуть-чуть качнулось, отразившись в глазах Павла.

— Давай сюда телефон, — проговорил я, протянув в его сторону руку. — И не гляди так на котелок. В нём нет ничего особенного. Просто внезапно ожившее зелье, чрезвычайно ядовитое. Если оно будет буянить, поможешь Владлене его усмирить.

— Хи-хи, — хихикнул пухляш, пытаясь найти взглядом признаки шутки на моём лице.

Но я оставался серьёзен, как и магичка.

— Нет, Павлик, дед не шутит, — произнесла Велимировна и указала рукой на место возле стола. — Вставай сюда, чтобы зелье на тебя прыгнуло, ежели чего, а не на меня.

Павел громко сглотнул, ещё не понимая — разыгрывают его или нет.

А я взял из его руки телефон и спросил:

— У тебя же остался номер Генриха Красавцева? Он ведь писал тебе.

— Да, остался, — кивнул внучок, встав в метре от той точки, куда указывала магичка.

Дальше он идти явно не собирался.

— Отлично, — пробормотал я, отыскал в контактах номер шоумена и позвонил ему.

Тот долго не брал трубку, а потом раздался его крайне недовольный голос на фоне пьяненького женского смеха и томной музыки:

— Павел, у меня сейчас срочное дело. Я перезвоню позже.

— Подождёт твоё срочное дело, — отчеканил я, заслужив уважительный взор магички.

— Игнатий Николаевич⁈ Я полностью в вашем распоряжении! — с толикой испуга отбарабанил Генрих, мигом прогнав из голоса всяческое недовольство.

Даже хихикающая девица резко прекратила смеяться, словно её кто-то застрелил наповал.

Впрочем, раздался другой женский голос — тихий и взволнованный:

— Музыку, музыку выключи. Сам Зверев звонит.

Музыка исчезла, вызвав у меня довольную улыбку.

— Мне нужно, чтобы ты организовал свадьбу моего внука Павла.

— Я с радостью возьмусь за это дело! Сколько у меня времени, полгода, четыре месяца⁈ — выпалил Красавцев. — Когда должна состояться свадьба?

— Послезавтра.

— Простите, кажется, связь плохая. Мне показалось, что вы сказали «послезавтра», — со смешком выдал шоумен.

— Ты не ослышался, — хмуро сказал я.

— Послезавтра?.. — прошептал Генрих и даже икнул. — Но это… невозможно. Надо составить список гостей, найди подходящий ресторан…

— Если ты не можешь, найду кого-то другого, — отрезал я. — Доброй ночи.

— Нет, нет, я всё сделаю! — выпалил Красавцев, смекнув, что серьёзно поднимет свою репутацию, ежели организует свадьбу внука Зверева. — Послезавтра — это же не завтра. Время есть. Я могу и не ложиться спать. Найму себе помощников. Да, справлюсь. Тем более ежели молодые мне помогут. Они же помогут?

— Ещё как, — глянул я на Павла, слушающего наш разговор.

Внучок почему-то покраснел, едва не шаркая ножкой, как стеснительная барышня, которую застали с постельными игрушками.

— Тогда всё получится, — не слишком уверенно сказал Генрих. — Переведёте деньги?

— Ага. Money. Или тебе на какой-то другой язык перевести, не на английский? Шучу. Сейчас отправлю тебе деньги. А если действительно всё успеешь подготовить, то получишь хороший бонус.

— Сделаю всё, что в моих силах! — рьяно выдохнул он.

— Верю, доброй ночи.

Сбросив вызов, я выразительно посмотрел на Павла. Тот вздохнул и понятливо кивнул, смекнув, что мне лень заниматься даже переводом денег.

— Какой у нас бюджет? — лишь спросил он.

— Такой, чтобы аристократам не стыдно было в глаза смотреть, но и не такой, чтобы тебя с Жанной возненавидели простолюдины за чрезмерную роскошь, — мудро решил я и махнул рукой, показывая, что на сегодня эта тема закрыта. У нас есть кое-что более серьёзное…

Котелок продолжал тихо и мирно стоять на столе, отражая начищенными боками свет, рождаемый язычками пламени свечей. Но моя бурная фантазия рисовала, как крышка взлетает к потолку, словно внутри произошёл взрыв.

Покачав головой, отгоняя страшное видение, я подошёл к столу и задумчиво проговорил, постукивая согнутым пальцем по подбородку:

— Итак, идея. Котелок надо поместить ещё во что-то, например, в большую кастрюлю, а её сунуть в холодильник. Получится эдакая матрёшка. Я как-то раз так свою смерть спрятал, только там были игла, утка, заяц… Ну, все слышали эту историю. Вы вдвоём будете наблюдать за холодильником, пока я не вернусь. Можете ещё и Вячеслава позвать. Втроём будет веселее. А я за время своего отсутствия придумаю, как быть дальше. Все поняли?

Владлена кивнула за обоих и спросила:

— Долго тебя не будет?

— Несколько часов, — уклончиво ответил я и энергичной походкой двинулся к двери. — Только не поубивайте друг друга, пока меня не будет.

— Пфф, да Павел даже руку не успеет вскинуть, как я его кокну.

— Ещё чего! — прошипел тот, сощурившись.

Я закатил глаза и вышел вон, надеясь на лучшее. Приходится рисковать, а что делать? Я не мог разорваться. К Ларе надо обязательно сгонять. Она не менее важна, чем зелье «Кровь Смерти». Но чтобы попасть к ней, нужно задобрить кое-какое чудовище.

Пройдя по погружающемуся в сон особняку, я вытащил из импровизированного тайника артефакт в форме паука, который прежде принадлежал Ирису. А потом добрался до кухни, где вытащил из морозилки сочный стейк. По-варварски отправил его в микроволновку оттаивать, а сам начал мысленно звать Черныша, обещая покормить.

Придёт? Соблазнится мясом? Не знаю.

Всё же по большей части надежда была на то, что наша эмоционально-душевная связь стала глубже из-за моей способности чувствовать души. Мы с котом стали ближе, а следовательно он более охотно отзывался.

И хрен его знает, что именно сработало, однако кот появился прямо посередине стола под светом единственной лампочки.

— Кушай, Черныш, — положил я перед ним стейк на большой тарелке.

Тот без интереса глянула на мясо, а потом подозрительно на меня — мол, выкладывай, зачем звал.

— Ты видишь меня насквозь, — подмигнул я ему. — Помнишь Лару? Демонессу из замка? Мне нужно попасть в её покои, да побыстрее. Зачем? Хочу вернуть свою душу. Она вот в этом артефакте.

Мне не составило труда вытащить из-за пояса «Вампира», прежде скрытого рубашкой.

Кот недобро посмотрел на него, словно узнал, а затем спрыгнул со стола и метнулся ко мне. Задел хвостом ногу, и меня тут же накрыла тьма перехода между мирами.

И как только мрак пропал, я вытаращил глаза, оказавшись в просторных покоях, утопающих в полутьме. Её полосовали серо-алые лучи, проникающие внутрь через дыры в тяжёлых бархатных портьерах, явно рассечённых клинком. Пахло потом и кровью.

Красные лужи поблёскивали на дубовом паркете, многочисленные капли забрызгали гобелены, украшающие стены.