Уголь в геополитической системе координат: истоки отрасли, тенденции, перспективы - Андрей Сизов

на 3,3% в годовом выражении, и более трети данного прироста – вклад температурных рекордов и, соответственно, активного использования кондиционеров. Это влияние было особенно заметно на примере июньских показателей. Аналитики Ember считают, что при менее жаркой погоде энергопотребление упало бы на 1,3%, но в условиях аномальной жары оно выросло на 9,4%[252]. При этом только системы кондиционирования воздуха израсходовали 39 ТВт·ч.

Надо сказать, что, в отличие от Китая и Индии, США справлялись с ростом энергопотребления главным образом за счет «чистой» генерации, выработка которой на 23 ТВт·ч превысила показатель 2024 г., тем самым удовлетворив возросший спрос почти на две трети. Прибавление со стороны газовых и угольных генераций было намного скромнее – соответственно, 7 и 4 ТВт·ч.

Впрочем, выработка угля в июне 2024 г. выросла на 6,4% в годовом исчислении, что стало третьим по величине приростом после январского (+23%) и декабрьского (+11%). С учетом того, что дело происходило еще при администрации Джо Байдена, активно продвигавшей «зеленую повестку» и декарбонизацию, такой результат можно считать вполне удовлетворительным для американской угольной отрасли.

Нельзя не отметить довольно неприятный для сторонников «чистой энергетики» парадокс. Страны инвестируют сотни миллиардов в ВИЭ, чтобы без ущерба для природы удовлетворять потребности своих граждан и экономик в дешевой и доступной энергии, но в условиях температурных аномалий – во избежание более серьезных катаклизмов, вплоть до социально-политических, особенно когда речь идет о густонаселенных регионах, – прибегают к более активному использованию генераций, работающих на ископаемом топливе. А это, в свою очередь, приводит к дальнейшему изменению климата и увеличению частоты периодов аномальных температур.

Это общая тенденция, характерная как для стран Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), так и для Глобального Юга. Более того, в случае с новыми азиатскими и африканскими «центрами силы» сочетание стремительной урбанизации и специфические климатические условия способствуют значительному увеличению числа пользователей кондиционеров.

Для минимизации рисков, связанных с указанной климатической коллизией в энергетике, представляется целесообразным реализовать следующий комплекс мер.

1. Повышение энергоэффективности технологий кондиционирования воздуха. Необходимо стимулировать производство и продажи современных, высокоэффективных моделей кондиционеров, применение которых позволит снизить нагрузку на электросети.

2. Развитие солнечной энергетики. В периоды пиковой нагрузки солнечная энергия может снизить зависимость от централизованной энергосистемы, обеспечив надежное питание для систем кондиционирования. При этом использование аккумуляторных батарей, расположенных на крышах жилых домов и офисных зданий, позволит накапливать солнечную энергию для последующего использования в вечерние часы, что обеспечит более стабильное и эффективное энергоснабжение.

3. Совершенствование системы ценообразования. Внедрение доступных энергоэффективных технологий солнечной генерации позволит снизить энерготарифы в дневные часы. Необходимо также стимулировать сокращение потребления электроэнергии в пиковые периоды, что предотвратит отключения электроснабжения и уменьшит необходимость в дорогостоящем резервировании. Для этого может быть применена система оповещений, подобная используемой в Индии, где потребители получают СМС-уведомления о необходимости сократить потребление и вознаграждаются за это.

Важно отметить, что в обозримом будущем уголь сохранит свою значимость как доступный, надежный и дешевый источник энергии, обеспечивающий стабильную генерацию независимо от погодных условий.

6.4. Идея международного угольного альянса

Энергетический кризис 2021–2023 гг., обусловленный как геополитическими, так и климатическими факторами, не только доказал недальновидность бескомпромиссного следования «зеленой повестке», но и наглядно обозначил по-прежнему заметное место угля в мировой генерации.

Очевидно, что масштабного закрытия промышленных предприятий и неподъемного для домохозяйств взлета энерготарифов в Европе, равно как и социально-политических взрывов в Азии на фоне невозможности местных энергосистем справиться с последствиями аномальной жары, в значительной степени удалось избежать за счет резервной угольной генерации местных энергокомпаний.

В этом смысле страны, считающиеся развитыми, и те, которые называют развивающимися, оказываются, образно говоря, в одной лодке. И те и другие сильно зависят от такого сравнительно дешевого, широкодоступного, но при этом всячески стигматизированного экологическими активистами энергоносителя, как уголь. Это если не принимать во внимание тот факт, что использование данного вида топлива, наряду с обеспечением энергетической безопасности, позволяет сохранять гарантированную занятость в горнодобывающей промышленности, избегая шахтерских волнений и протестов, негативные последствия которых ощутили на себе многие страны.

Указанную ситуацию можно было бы рассматривать как предпосылку для формирования широкого международного альянса, призванного решать проблемы угольной отрасли, включая, конечно же, и фактор выбросов. Ведь, к сожалению, загрязнение атмосферы, связанное с деятельностью угольных генераций или промышленным использованием этого сырья, – никоим образом не вымысел. Другой вопрос – в спекуляциях и геополитических играх, которые прикрываются лозунгами о необходимости борьбы с изменением климата, декарбонизации и т. п.

Кстати, это одно из главных препятствий для создания угольного альянса, объединяющего развитые и развивающиеся страны, условно, ОЭСР и Глобальный Юг. Поскольку «зеленая повестка» для многих западных элит стала как раз инструментом сдерживания (и не только экономического) новых «центров силы».

Но даже если исходить из того, что с подачи Дональда Трампа и его администрации Запад перейдет от геополитики к геоэкономике и начнет руководствоваться скорее прагматическими соображениями, нежели отвлеченными доктринами, угольной тематике вряд ли суждено объединить человечество. Просто на смену «зеленой повестке» придут торговые войны, вынуждающие разные национальные экономики для преодоления новых и повсеместных торговых барьеров минимизировать собственные, в первую очередь энергетические, издержки. А это лишь обострит конкуренцию за уголь как наиболее доступный энергоноситель.

Тем не менее у стран Азии, Африки и Южной Америки есть шанс и мотивация все-таки выработать механизм координации усилий по балансированию угольного спроса и предложения. Одна из основных причин – густонаселенность этих новых «центров силы». Бурный рост численности населения в сочетании с высокими темпами урбанизации существенно увеличивает риск негативных социально-политических последствий в случае любых энергетических сбоев. С другой стороны, обеспечение стабильным рынком сбыта угледобывающих предприятий позволяет таким странам снизить напряжение на рынке труда, также чреватое серьезными социально-политическими последствиями.

Наконец, уже не первое десятилетие в мире функционируют межгосударственные объединения, неплохо зарекомендовавшие себя как площадки, на которых страны с развивающейся экономикой получают возможность совместно решать наиболее актуальные проблемы, купировать возникающие противоречия и отстаивать интересы своих участников на международной арене.

В этом плане нельзя не упомянуть Шанхайскую организацию сотрудничества (ШОС), а точнее – ее энергетический клуб, созданный в декабре 2013 г. Существенное его отличие от таких форматов, как ОПЕК или МЭА, в том, что здесь двери открыты и для поставщиков, и для потребителей энергоносителей. Неслучайно помимо участников ШОС в работе этого клуба принимают активное участие Монголия, крупный угольный экспортер, имеющий статус наблюдателя в ШОС, и Турция, не менее заметный угольный импортер, партнер по диалогу ШОС.

Другой потенциальной основой международного угольного альянса может стать платформа энергетических исследований БРИКС[253]. Использование этой площадки позволяет вовлечь в глобальную угольную координацию