Крылья над бездной или Ворона-Царевна - Натали Галигай

— Ч-ч-часто, — выдохнул Квиррелл, и в его голосе послышалась такая горечь, что даже Мара на секунду замерла. — С-с-страх… он… он разъедает душу. И когда ты умираешь, испуганный, т-твоя душа… она остаётся такой. Искривлённой.

— А если не боишься? — спросил Гарри.

Квиррелл посмотрел на него долгим взглядом. Очень долгим.

— Е-е-если не боишься, — сказал он тихо, — ты просто… уходишь. Дальше.

В тюрбане что-то опять дёрнулось. Тьма была явно не в восторге от этой темы.

— Профессор, а покажите ещё! — завопил Рон, которому ледяные картины явно пришлись по душе. — Это круче, чем просто рассказывать!

— Я… я не… — Квиррелл попятился к доске, но Мара не унималась.

На доске, прямо за его спиной, начала проявляться руна. Обычная вертикальная черта, тонкая и ледяная, будто вырезанная морозом на стекле. Она светилась слабым голубоватым светом и пульсировала в такт дыханию Мары.

— Иса, — выдохнула Гермиона, узнав символ. — Древняя руна льда. Первозданного холода и застывания. Профессор, вы хорошо знаете руны?!

Квиррелл обернулся и уставился на доску. Руна висела там, ледяная и нерушимая, и от неё веяло таким холодом, что даже я поёжилась на своём шкафу.

— Я… э-э-э… — промямлил Квиррелл, пятясь.

— Это же символ остановки! — продолжала Гермиона, строча как бешеная. — Застывания, конца движения! Используется в самых разных защитных ритуалах!

Малфой сидел с каменным лицом, но я заметила, как он тоже косится на доску и что-то быстро черкает в тетради.

— Ну, для профессора защиты это, конечно, база, — процедил он. — Мой отец говорил, что настоящий специалист должен знать как минимум три древних языка.

— Твой отец вообще много чего говорит, — буркнул Рон.

— Заткнись, Уизли.

— Сам заткнись, Малфой.

— Тихо! — рявкнул Квиррелл неожиданно громким голосом, и все замолчали.

Он стоял, тяжело дыша, и смотрел на учеников. Ледяные узоры на окнах начинали таять, доска постепенно очищалась, руна Иса медленно исчезала, иней на его рукаве таял. Мара удовлетворённо кивнула и растворилась в воздухе.

— У-у-урок окончен, — выдохнул Квиррелл. — Д-д-домашнее задание… э-э-э… написать эссе о призраках. Три фута. О том, почему одни остаются, а другие уходят.

Ученики зашумели, собирая вещи. Гермиона подскочила к столу:

— Профессор, это был лучший урок в моей жизни! Вы настоящий мастер!

— Д-д-да, да, спасибо… — пробормотал Квиррелл, пятясь к двери.

Рон хлопнул Гарри по плечу:

— Слушай, а он ничего так, этот Квиррелл. Я думал, он совсем овощ, а он вон как может — ледяные картины, руны… Круто!

Гарри задумчиво посмотрел на профессора, который уже почти выбежал из класса.

— Странно, — сказал он. — Он сам, кажется, не ожидал того, что произошло.

Я сидела на шкафу и довольно чистила перышки. Мара постаралась на славу. Теперь все ученики уверены, что Квиррелл — гениальный преподаватель, который умеет создавать атмосферу и владеет древними рунами. А сам Квиррелл, судя по тому, как он драпанул из класса, теперь будет бояться собственной тени.

Я бесшумно выскользнула в форточку и полетела в подземелья. Будет что рассказать Снейпу за ужином.

* * *

После уроков Гарри окликнул меня в коридоре с таким видом, будто собирался сообщить мне нечто важное, но не знал, с чего начать. Он топтался около подоконника, на котором я восседала, теребил край мантии, так что я посмотрела на него с лёгким беспокойством.

— Каруна, — сказал он наконец, — хочешь сходить к Хагриду? Он звал меня на чай, а ты… ну, ты же всё равно свободна.

— Кар-р-р, — я взлетела и устроилась у него на плече. — Отпр-р-равляемся!

Рон, который стоял рядом, покосился на меня с подозрением.

— Она точно не настучит Снейпу? А то он нас за самоволку… того.

— Кар-р-р! — возмутилась я. — Кар-р-руна хр-р-ранит секр-р-реты!

— Ладно, — Рон махнул рукой. — Пошли.

Хижина Хагрида стояла на опушке Запретного леса, и к ней вела тропинка, которую протоптал, кажется, сам гигантский лесничий. Уже издалека было видно, как из трубы валит дым, и пахло чем-то съестным и подгоревшим одновременно.

Хагрид открыл дверь ещё до того, как мы постучали. Он был просто огромен, и от него пахло землёй, псиной и чем-то ещё. Чем-то, что заставило меня насторожиться. Запах был глубокий, древний, как земля под старыми могилами. Запах того, кто стоит на границе между мирами, и я его откуда-то знала.

— Гарри! — прогремел он, и я едва удержалась на плече. — С кем это ты? Да, вы заходите, заходите! Я как раз пирог достал!

— Ого! — воскликнул он, заметив меня на плече у Гарри. — А это кто у нас такая? Ворона!

— Кар-р-руна, — представилась я.

— Да она говорящая! — восхитился Хагрид. — Ну надо же! А ну иди сюда, маленькая!

Он протянул огромную ручищу, и я, чуть поколебавшись, перелетела к нему на тёплую с лопату величиной ладонь.

— Красивая какая, — умилялся Хагрид, разглядывая меня своими глазами-бусинками. — Пёрышки блестят, глазки умные. А это что за ниточка на лапке?

Я протянула лапку, демонстрируя волос единорога.

— Волос единорога! Да ты, видать, птица непростая! Может, печенья хочешь?

— И варр-р-енья! — ответила я с энтузиазмом.

Печенье оказалось твёрдым, как камень, но сладким и с какими-то странными вкраплениями, которые хрустели на клюве. Я мужественно клевала (хотя мальчишки разгрызть эти шедевры кулинарного искусства не сумели), пока Хагрид рассказывал детям о зверях в Запретном Лесу.

— Да вы ешьте, ешьте! — спохватился Хагрид и подовинул тарелку с пирогом ближе к ребятам.

Под тарелкой лежала вырезка из какой-то газеты. Я перелетела на стол и заглянула в текст. Крупными буквами было напечатано: "Ограбление в Гринготтсе". Гарри тоже пробежал глазами статью.

— Сейф номер семьсот тринадцать? — переспросил он. — Это же тот, из которого ты, Хагрид забирал…

— Тсс! — Хагрид оглянулся на дверь. — Не сейчас. Потом поговорим.

Я смотрела на вырезку, но думала о другом. Запах, который я учуяла, не уходил. Он витал в хижине, смешиваясь с дымом, с запахом пирога, с чем-то ещё. И в этом запахе было что-то такое, от чего у меня внутри всё сжималось.

Вскоре Гарри и Рон засобирались. А я решила остаться и прояснить ситуацию.

— Нам пора, — сказал Гарри, поглядывая на часы. — А то профессор Макгонагалл заметит, что нас нет в башне.

— Кар-р-р, — сказала я, провожая Гарри и Рона взглядом. — Задер-р-ржусь у Хагр-р-рида.

Гарри удивился, но спорить не стал, а Хагрид заметно обрадовался. Было видно как он обожает любую живность, а уж такая умная я произвела на него неизгладимое впечатление. Мальчики ушли, а я осталась сидеть на подоконнике и перебрасываться с этим гигантом разными словечками.

Когда стемнело Хагрид тоже засобирался в Замок.

— Надобно покормить Пушка, — объяснил Хагрид, заметив мой внимательный взгляд. —