Олимпиец. Том VI - Артур Осколков

узнавать только у других трупов, да и то фрагментарно. А так души могли бы наблюдать за тем, что происходит в нормальном мире, как развиваются их идеи, черт, даже учиться, если на то пошло. Вы же тут большие фанаты обучения, разве нет?

Взгляд Аида потяжелел. Я уже подумал, что перегнул палку, но он неожиданно заговорил:

— И каким образом, по-твоему, это реализовать?

— Без понятия. Хотя… Я бы делал через сны, пожалуй, — предложил я, удивляясь, что бог не отвергнул идею сразу. — Тут же как. Мертвым сон не нужен, но уверен, вот прямо-таки, гарантирую, что привычка из жизни осталась. А живые во снах могли бы видеть своих родственников. Выгода.

На миг я заметил, что его взгляд затуманился.

— Нет, понятное дело, что тут потребуется много условностей и ограничений, — я продолжил развивать свою мысль. — Кому понравится, если любимая почившая старушка подглядывает за тобой в туалете? Придется регламентировать моменты связи, договориться о контроле…

— Мои души не могут спать, — произнес Аид, все еще задумчиво хмурясь. Его глаза сузились, в них плескалась задумчивость настоящего изобретателя. На секунду мне показалось, что он готов покрутить идею чуть дальше, но только на секунду. Лицо бога окаменело. — Для душ мир смертных остался в прошлом. Снова мешать два мира — это вовлекать моих поданных в конфликты, которые их больше не касаются.

Я поднял руки.

— Просто предложение.

— Оставь свои предложения при себе, — отрезал Аид. — Не забывайся… Принц. Будь моя воля, тебя бы здесь не было.

— Хоть в чем-то мы солидарны.

Аид окатил меня своим фирменным безразличным взглядом, но на этот раз в нем не было злобы. Мой вопрос, нет, мое предложение и мой интерес его явно удивили. И не его одного.

Старик, наш проводник, следовал спереди, постоянно оглядываясь. Во время нашего диалога я постоянно замечал, как его взгляд метался от Аида ко мне. Он явно не знал, что сказать. Для него сама мысль о том, что кто-то спорит с его Владыкой, казалась невероятной.

— Пришли, господин, — наконец произнес он. Голос был тихим, но звучал с облегчением.

Я огляделся по сторонам. Деревня встретила нас… мирно? Она лежала на склоне мягкого холма, зажатая между двумя серебряными ручьями, и сама окружённая рощами кипарисов и олив. Маленькие домики с белыми стенами и черепичными крышами выглядели на удивление уютно. Поля, уходящие за горизонт, были идеально ухожены. Между домами сновали десятки душ, каждая занята своим делом: кто-то чинил плетень, кто-то разжигал очаг, а кто-то плёл корзины из лозы. Этакая Древнегреческая деревенька в вакууме.

На первый взгляд, здесь всё было нормально, обычно даже. И это настораживало. Никаких признаков прорывов в реальный мир, о которых так причитал старик. Ни теней, ни звуков, ни запахов из мира живых. Скажу больше, воздух здесь был чище, чем где-либо в Подземном мире, а это уже само по себе удивительно!

Странная обстановка не укрылась и от Аида. Он прошел по вымощенным камнем улицам к площади в центре и остановился, его высокий силуэт резко выделялся на фоне пейзажа мирных домиков. В его голос вернулось раздражение и холод.

— Я жду объяснений. Немедленно.

При звуке его голоса толпа душ, собравшаяся на центральной площади, расступилась, и вперед вышел староста. Пожилой мужчина с добрым лицом, но сутулой спиной и старческими руками. Его голос дрожал, и, к своему удивлению, я осознал, что не от страха, нет. От волнения.

Староста сделал шаг вперёд и низко поклонился, не поднимая глаз.

— О великий повелитель, — начал он, голосом удивительно мягким для старого тела, — мы никогда не забываем вашей милости. Только Ваша мудрость и справедливость держат наш мир в гармонии. Мы не смеем восстать, и ни одна душа не осмелится предавать вас.

Аид удивленно нахмурился, но староста продолжил:

— Однако в последнее время мы заметили, что ваш гнев стал тяжёл для нас. Мы не жалуемся, господин, мы лишь хотим напомнить вам о том, каким любящим и справедливым правителем вы всегда были.

Я фыркнул и едва не расхохотался. Они вызвали сюда Аида, чтобы погрозить ему пальчиком и сказать: «Эй, старичок, ты как-то слишком разошелся в последнее время. Будь помягче»? Они это серьезно? Еще бы налоги попросили понизить, ей-богу. Ах да, они их не платят. Бесконечные ресурсы, тудыть их.

— Напомнить? — Аид сощурил ноздри, игнорируя мои тщетные попытки не заржать за его спиной. Повелитель Подземного Мира пребывал в крайнем смущении и удивлении наглостью его поданных. И, как у истинного правителя, удивление быстро перерастало в ярость. Воздух вокруг нас будто стал плотнее, и души вокруг испуганно попятились. — И каким же образом ты решил МНЕ что-то напомнить? Что Я забыл⁈

— Я не так выразился, господин, — мгновенно исправился староста, кланяясь еще ниже. — Мы хотели сделать вам подарок. Чтобы показать вам, как много вы значите для нас.

Староста поспешно сделал знак рукой, и несколько душ, почтительно пригибаясь, вынесли небольшой ларец. Я вытянул шею, пытаясь рассмотреть его получше. Черный, с изящными серебряными ручками, он выглядел хрупким и… древним. Очень древним. Против воли сердце забилось чаще.

Аид медленно подошел к ларцу. Он двигался осторожно, осматривая подарок, словно опасного зверя. Он наклонился, его пальцы, твердые и напряженные, осторожно коснулись крышки. Тишина стала буквально осязаемой, как натянутая струна.

— Как поживаешь, Эфеб? — внезапно раздался позади меня знакомый голос.

Твою ж! Я едва не подпрыгнул. Обернулся, легко разглядев движение в толпе, и тихо ругнулся, когда из-за спины вышел высокий мужчина с военной выправкой и насмешливой, даже дерзкой улыбкой.

— Какого лешего, Ахиллес? — спросил я тихо, едва шевеля губами. — Ты совсем спятил⁈

— Все еще не смотришь по сторонам, ученик. Мне стыдно за тебя. — Лицо мужчины казалось серьёзным, но глаза так и блестели от едва сдерживаемого смеха. — Чему я только тебя учил?

Я проигнорировал его замечание и задал более насущный вопрос:

— Ты это устроил?

Ахилл ухмыльнулся еще шире.

— Идея моя. Исполнение — не совсем.

Из толпы справа появилась Алекто, раньше одна из Эриний, а теперь — главная помощница Аида и по совместительству гражданская жена моего идиота учителя. Э-э-э, то есть жена самого могучего воина всех времен и народов, да.

Фурия сделала шаг вперёд и с поникшей головой опустилась на колени перед Аидом.

— Господин, — произнесла она дрожащим голосом, — простите за дерзость. Мы хотели только помочь.

— Помочь? — холодно отозвался Аид, не отрывая взгляда от ларца. — Вы выкрали Ящик Пандоры ради того, чтобы мне помочь, когда я в вашей помощи не нуждался?

Оу-у-у. То-то я думаю, что ящичек казался мне