Сердце матери - Ирис Белый

Она быстро закрыла дверь и пошла в спальню. Зайдя следом, я забрала у нее ребенка и устроившись в кресле, долго укачивала ее, напевая ей колыбельную. Но вот девочка уснула, и я уложив ее в кроватку вышла в коридор.

— Фуф я уж испугалась, что он ее узнает! — сказала Мила, прислонившись к стене.

— А я до последнего не дышала, я думала, что умру там, когда услышала ее голос и увидела как она идет к вам! — ответила я.

— Ладно, пошли, ты за документами и спать, а я пустое ведро вынесу, якобы мусор, а заодно проверю, нет ли кого.

На том и порешили, подруга пошла «выносить мусор» и подала мне знак, что можно идти, а я быстро пробралась в свою квартиру и когда она возвращалась, передала ей контракт, после чего она отправила меня спать.

Я так и не смогла уснуть, как и всегда последние три года меня мучила бессонница. Обычно я брала девочку к себе в кровать и быстро засыпала, вспоминая ее отца, хоть это и причиняло мне боль, но я его все еще любила, однако в эту ночь ее не было рядом, поэтому я просто лежала и смотрела в потолок в ожидании утра. А утром первым делом бросилась к подруге.

9

— Да подруга контракт составлен на совесть, его будет тяжело опротестовать — именно этими словами встретила меня улыбающаяся Мила, едва я зашла в ее квартиру.

От услышанного, мои ноги подкосились, и я прижалась к стене. Я слышала, как моя малышка что-то щебечет в комнате, а на моих глазах выступили слезы.

— Что же мне теперь делать? — спросила я, еле сдерживаясь, чтобы не бросится и, схватив малышку убежать туда, где нас никто не найдет.

— Подавать в суд и выигрывать дело — пожала плечами Мила, даже не пытаясь сдержать улыбку.

— Но как? — вскрикнула я, не сдерживая слез.

Она посмотрела на меня, потом покачала головой и сказала.

— Пошли! — на кухне она открыла передо мной контракт и, ткнув пальцем, в один из пунктов, велела — Читай!

И я прочитала.

— В случае если суррогатная мать понимает, что ребенку угрожает опасность в семье нанимателя и имеет доказательства этого. Суррогатная мать имеет права в судебном порядке закрепить свое права на опекунство над ребенком — я в недоумении посмотрела на подругу.- т. е. она останется со мной? — с надеждой спросила я.

— Твоя Лили и тут подстраховалась, — улыбнулась Мила — теперь осталось только выиграть суд и мы его выиграем.

Я с надеждой смотрела на подругу, а потом спросила.

— Что я должна делать?

— Для начала позвони ему, чтобы он знал, что ты еще тут — ответила она.

— Но..

— Никаких но! Суда не будет, если он будет вас искать — ответила она. Пока он не знает, что я твой адвокат, девочка будет здесь, а потом я передам ее сестре мужа, я с ней уже договорилась, она сидит дома с двумя детьми и с удовольствием приглядит за третьим ребенком.

— Спасибо тебе! — порывисто обняла я ее, затем схватилась за сотовый телефон и замерла.

— Ну что еще? — спросила она у меня недовольно.

— Что я ему скажу? — с испугом глядя на нее, спросила я.

— Скажи, что тебя поймала соседка и рассказала про него. Отругай его, что он вмешивает чужих людей в ваши дела. Скажи, что тебе надоело прятаться, и ты хочешь побыстрее закончить эту историю и наконец, зажить с дочерью нормально. И не реагируй на его слова о том, что ты ей не мать, поняла?

— Да! — кивнула я и набрала домашний телефон резиденции Рябининых. Мне ответили быстро, и я узнала голос Марты — Здравствуйте Марта, это Юлия, вы помните меня? — спросила я ее.

— Юлия? — переспросила ошарашенная экономка, а потом добавила с тревогой — Конечно помню!

— Марта, мне очень нужно связаться с Сергеем. Скажите, у него изменился номер сотового? — задала я интересующий меня вопрос

— Нет все тот же. — ответила экономка, а потом вдруг спросила — Юлия, что-то с девочкой?

— Нет, Марта, просто я устала и хочу закончить начатое — ответила я.

— Вы хотите отдать малышку? — с тревогой поинтересовалась Марта.

— Нет, я хочу официально раз и навсегда забрать ее — ответила я.

— Вот и хорошо! — вдруг повеселела Марта — Лили была бы рада этому — и положила трубку.

Удивленно посмотрев на телефон, я набрала номер Сергея. Он ответил быстро.

— Слушаю?

— Это я. Зачем ты меня искал? — спросила я сухо.

— Где тебя черти по ночам носят? Это ты так о дочери заботишься? — зло бросил он.

— Для начала не ори на меня, я была с дочерью, укладывала ее спать. Но меня больше интересует другое, какого черта ты рассказываешь всем о моем ребенке небылицы?

— Она не твоя! — прошипел он.

— Она моя и я сделаю все, чтобы суд принял мою сторону!

— Посмотрим! — зло бросил он.

— Встретимся в суде! — парировала я и отключила телефон.

— Вот и все! — улыбнулась подруга — теперь надо обсудить детали твоей защиты и мы готовы к суду!

Суд состоялся через две недели. К тому времени, мы перевезли малышку к сестре мужа Милы и теперь были во всеоружии готовы к процессу отстаивания моего права на ребенка.

Едва войдя в зал заседания, я сразу увидела Сергея и Лидию, висевшую у него на шее, что только подогрело мою решительность отстоять девочку, проведя взглядом по лицам, я заметила и Римму, сидящую на последнем ряду, в то время, как Сергей и Лидия сидели вместе с адвокатом в первом ряду.

Почувствовав пожатие Милы, я гордо подняла голову и прошла мимо них за свой стол, даже не поздоровавшись.

— Встать, суд идет! — раздался голос судейского секретаря и все встали.

Вошла невысокая светловолосая женщина лет сорока, которая внимательно осмотрела собравшихся и уселась за судейский стол.

— Рассматривается гражданский иск между Рябининым Сергеем Игоревичем и Симоновой Юлии Викторовны по вопросу опеки над ребенком. Прения сторон представляют Адвокат Клим Юрий Николаевич и Маврова Мила Юрьевна — громко произнесла секретарь суда.

— Юрий Николаевич, изложите суть претензий — попросила судья

— Три года назад, между гражданкой Симоновой и моим клиентом был заключен договор, согласно которому гражданка Симонова обязывалась выносить и родить ребенка для семьи Рябининых. Однако, гражданка Симонова, воспользовавшись доверием моего клиента, и получив деньги за свою работу, сбежала вместе с еще не родившимся ребенком.

— Мила Юрьевна, что скажете