Заноза для эльфа - Виктория Луцкая

— Может, однажды, — улыбнулась я в ответ. — Мне немного непонятна ситуация с твоими родителями. Война шла примерно два века назад, как такое, возможно, что вы жили в те времена?

— А ты не знаешь? — удивленно изогнула бровь Тари. — Единственное, что сохранилось в наследии эльфов — долгожительство.

— И сколько тебе сейчас лет? — я с подозрением покосилась на собеседницу, ожидая непомерно высокой цифры.

— Неприлично спрашивать у девушки ее возраст, — кокетливо ушла от вопроса эльфийка.

— Ну, сколько? — заныла я, решив любыми путями узнать желаемое.

— В этом году стукнуло двести одиннадцать, — честно призналась Тари, с улыбкой наблюдая за моей реакцией.

— Правда? — все же усомнилась я.

— Честное слово, — засмеявшись, девушка вскинула руки вверх в знак примирения.

— Тяжело представить. Какой тогда возраст считается у эльфов старым?

— Вальтеру больше четырехсот, и он в самом рассвете сил, только буквально недавно начала появляться первая седина.

— Ты точно не шутишь? — казалось, будто эльфийка специально издевается надо мной.

— Не шучу. Все зависит от родителей и предшествующих родственников. Если в роду не смешивалась кровь людей и эльфов, то чистокровный эльф проживет очень долго. Но чем сильнее разбавлялась кровь, тем меньше срок жизни. Хотя даже сейчас полукровки живут чуть ли не до двухсот лет.

— А сколько Айрону? — задумчиво уточнила я, размышляя, как повезло эльфам, и сколько всего можно сделать и увидеть за такое количество времени.

— Брат старше меня на десять лет, — лаконично ответила девушка.

— А Карнету? — обидчик не выходил у меня из головы.

— Он мой ровесник.

— Никто из вас не выглядит на свой возраст, — нахмурилась я, припоминая недавнее отражение в зеркале.

Тари звонко рассмеялась.

— Давно я так не веселилась, — смахивая слезу, фыркнула она. — У эльфов процесс старения происходит иначе, нежели у людей, поэтому разница. С непривычки звучит странно и необычно, но со временем можно привыкнуть. Главное не придавай возрасту большого значения.

— Ох, кажется, на сегодня информации с меня достаточно, — взвыла я, потирая напряженный лоб.

— Конечно, Софи, тебе нужно отдохнуть и нормально выспаться. Я завтра утром зайду, позавтракаем и отправимся к целителям, хорошо?

— Да, еще раз спасибо за помощь.

— Не за что, дорогая, — задорно подмигнула мне эльфийка. — Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, Тари.

Оставшись одна в комнате, на всякий случай подперла дверь стулом и забралась под одеяло. Чувствовала я себя, как ни странно, хорошо, отчего на душе царило спокойствие. В ожидании нового дня, сознание провалилось в глубокий сон.

Глава 26

— Тари! — звонкий девичий голос раздался, как мне показалось, на всю округу, после чего в объятия спутницы кинулось маленькое чудо.

— Отец дома? — уточнила эльфийка, потрепав по голове старую знакомую.

— Да, он сейчас в кабинете с пациентом. Они там уже несколько часов, такая скукота. Я слышала, что местный охотник попался в свой же капкан, когда убегал от стаи волков. Он нам всю гостиную кровью залил, но я уже все отмыла, так что смело проходите.

— Предупредишь о нашем визите? — усмехнулась девушка, давно привыкшая к активному поведению юной помощницы целителя.

— Конечно, отец будет рад тебя видеть. А кто твоя спутница?

— Это Софи, она приехала к нам издалека.

Дочка целителя, к удивлению, посмотрела на меня совершенно взрослыми глазами и улыбнулась.

— Она мне нравится, — заключила девочка. — Приятно познакомиться, Софи. Меня зовут Крис. Я просто обожаю путешественников. Ты много странствуешь? Видела что-нибудь классное? А была в Тахаре

Растерявшись от такого количества вопросов, да под пристальным наблюдением Крис, я замялась и промямлила что-то неразборчивое. Ситуацию спасла эльфийка, осадив гиперактивного ребенка и отправив ее к отцу. Мы же тем временем зашли в просторную гостиную, которая по факту являлась залом ожидания для пациентов. Сейчас кроме нас там никого не было, поэтому я села на свободное место и принялась разглядывать окружающую обстановку. Вдоль светло-желтых стен располагались лавки и пуфики необычной формы, у двери стояла вешалка для верхней одежды, под белым потолком висели часы с изображением причудливого цветка, а в интерьере присутствовали комнатные растения, круглый столик с журналами для особо скучающих пациентов и даже книга отзывов. Оранжевые занавески плотно закрывали вид из окна, создавая приятный полумрак. Я немного нервничала, ожидая, когда целитель закончит с местным охотником, ведь именно сегодня решалась моя судьба. Было потрачено много сил и энергии, чтобы найти и добраться до эльфийского лекаря, и теперь неизвестность пугала. Как это будет? Больно ли? Но больше всего меня волновало восстановление воспоминаний, а именно какими они будут. За время беспамятства мне удалось привыкнуть к новой жизни, и отказываться от частички себя особо не хотелось, ведь другая я могла жить совершенно иначе и иметь иные взгляды абсолютно на все. Пока мысли в голове хаотично крутились, эльфийка спокойно прислонилась к стене и прикрыла глаза. Судя по словам Тари, в городе жили четыре целителя, и сейчас мы ждали самого лучшего из них. Минут через десять в зал вышли двое мужчин, живо обсуждая процедуру лечения. Хоть я и знала, что все присутствующие — эльфы, отличить их от обычных людей все равно не смогла. Охотник быстро попрощался с целителем, пожал ему руку и вышел, оставляя нас наедине. В помещении остался сухощавый старик в сером бесформенном балахоне. Эльф не выглядел, как лучший в своем деле, наоборот, мне показалось, что ему самому нужна помощь. Седые волосы обрамляли морщинистое лицо, кожа на руках высохла и обвисла, да и едва заметная старческая дрожь выдавала приличный возраст лекаря. Я сильно сомневалась в способностях хозяина дома, ведь он даже не мог помочь себе. Видимо, мое выражение лица не осталось незамеченным, потому что мужчина недовольно цокнул зубами и обратился напрямую к Тари.

— Душа моя, что случилось? — обеспокоено спросил он, быстро осматривая девушку с головы до пят.

— Дорон, рада тебя видеть, со мной все в порядке, — улыбнулась эльфийка и тут же нахмурилась. — Ты совсем перестал выходить из дома, затворничество до добра не доведет, сам же знаешь.

— Работы порядком накопилось, — виновато ответил мужчина.