Гарри Поттер и стрела Судьбы - Артем Всеволодович Туров

– Гарри, ты не едешь с нами?

– Нет Гермиона, мне еще стоит зайти к гоблинам и…

– Пожалуйста. Молю тебя, не оставляй меня одну, – у девушки начиналась самая настоящая истерика, и мне пришлось обнять ее, выйдя из невидимости.

– Герми, – прошептал я ей на ухо, – я слишком долго жил с людьми, которые были мне не рады. И я не собираюсь повторять этот опыт больше никогда. Пожалуйста, не заставляй меня.

– Тогда я остаюсь с тобой. Что бы ты не сказал, даже если придется ночевать на улице, я ни за что не согласна оставить тебя. Лучше убей меня, чем заставляй вновь разделиться с тобой.

Ситуация была довольно паршивой, но на выручку пришла мать Гермионы, которая поняла, что у ее дочери истерика, впрочем, как и у меня, если говорить на чистоту. И это не моя непомерно великая гордыня подняла голову и расправила плечи, вовсе нет. Просто я действительно чувствовал себя чрезвычайно некомфортно вместе с этими людьми, которые изначально с какого-то перепугу смотрели на меня свысока, и даже не скрывали этого.

– Гарри, если ты не против, мы с Деном попросили бы тебя погостить сегодня у нас, так как накопилось очень много вопросов, на которые как мы думаем ты сможешь дать ответы. Так что прошу быть нашим гостем.

Сама формулировка, возможно, и была довольно неудачной, как на мой взгляд. Но почему-то я согласился и вновь войдя в режим невидимости последовал за ними в их машину.

В машине вновь была неловкая тишина, пока мы добирались до дома. До самого момента, пока я не зашел в дом, моя невидимость оставалась со мной.

– Гермиона, покажи своему другу комнату для гостей, а я пока заварю чай.

– Парню мама. Гарри не мой друг, а пока что парень.

– Хорошо дочь. Как скажешь. Но все же вам стоит освежиться после долгого дня.

Мы вместе с Гермионой поднялись на второй этаж, оставив семейную пару внизу, чтобы они смогли немного обсудить поведение своей дочери.

– Гарри, мне очень стыдно…

– Не надо. Просто ничего не говори. Я в любом случае не собирался становиться членом этой семьи.

– Почему?

– Потому что мне слишком хорошо знакомо чувство одиночества и безысходности, которую мне показал учитель сегодня утром.

– Ты не прав. Наверное, я сама оттолкнула родителей в то время, думая, что они меня тоже винят. Но по большей части виновата я сама, а не они.

– И все же. Они могли настоять на своем и не оставлять тебя одну. Да и много у меня к ним вопросов. Возможно, в то время, – я интонацией показал, что имею введу не свершившееся будущее, – я и подружился с этими людьми, но сейчас у меня к ним много вопросов. Но конечно же ради моей любимой я буду изо всех сил стараться вести себя максимально дружелюбно.

– Наследник Поттер будет общаться с чернью?

– Просто не люблю, когда на меня смотрят свысока. А твои родители именно так и сделали. Ведь когда ты договаривалась с ними о том, чтобы я провел лето в этом доме, они наверняка придумали у себя в голове щенка, которого можно пожалеть, но который не смеет претендовать на их принцессу. И это не мое воображение, а твердый анализ их слов, интонаций и даже выражений лица.

– Я поговорю с ними и…

– Конечно же нет. Ты никогда и ни с кем не будешь говорить обо мне без меня. Как и я, между прочем. Из таких разговоров еще никогда ничего путного не выходило. Просто поверь мне.

– Ты даже представить не можешь, как сильно я скучала поэтому.

– …?

– Ну, когда ты начинаешь бурчать как столетний старик, и сыпать этой твоей напускной мудростью.

– Прости дорогая, но у меня в голове сидит старик, которому несколько сотен лет, если не вся тысяча.

На этих словах мне пришлось падать на колени, держась за голову и мысленно извиняясь перед учителем, который очень ясно довел до меня мысль, что он вечно молод и красив.

– Тебя наказали за длинный язык?

– Ага. По всей видимости в будущем такое будет время от времени происходить?

– Видимо да, – Гермиона помогла мне подняться, – так какие у нас планы?

– Поживем тут пару дней, пока я не решу вопрос с домом на Гриммо. А дальше переберемся туда. Нам ведь нужно подтянуть мою так сказать классическую магию, а тебе восстановить свою физическую форму и поработать над ядром и каналами.

– Было бы не плохо за пару месяцев хотя бы частично прийти в форму. Но вряд ли мы сможем многого добиться. Сейчас важнее уладить наш конфликт с моими родителями. Я не хочу с ними ссориться.

– Тогда мы и не станем. Для начала давай подумаем, о чем нам стоит им рассказать, а о чем лучше промолчать.

Глава 11

Атмосфера в гостиной была довольно тяжелой. Родители моей девушки все никак не могли собраться с мыслями и начать разговор. Я был им не то, чтобы противен или несимпатичен, но мое поведение им явно не понравилось.

– Итак Гарри, для начала меня интересует один момент из сегодняшнего дня. Когда врач разговаривала с тобой, у меня было такое впечатление, что она как будто игнорировала мою дочь. Да и на вопросе о вызове этих ваших полицейских…

– Авроров мистер Грейнджер.

– Именно. В вопросе вызова авроров, она спрашивала только тебя, полностью игнорируя то, что по отношению к моей дочери тоже было совершено преступление.

– Все так.

– Можно узнать почему?

– Потому что ваша дочь маглорожденная. Так называют волшебников, у которых оба родителя обычные люди. И как вам должно быть понятно, там, где есть термин, там есть и сегрегация.

– То есть расизм?

– Он самый. Большинство в обществе магов будут криво смотреть на маглорожденную, или как они называют более грубо на грязнокровку.

– Грязнокровку?

– Не надо смотреть на меня с таким взглядом. Не сосчитать, сколько раз я ввязывался в драку из-за этого слова, примененного к вашей дочери. Но и маскировать слова для обхода острых углов не в моих правилах.

– Но ведь это ужасно! Как они могут быть такими отсталыми в двадцатом веке?! – воскликнула мама моей девушки, искренне веря