Попаданец - Григорий Грошев

— Оправдали бы меня, — продолжал Ахмед с забавным акцентом. — Любым судом. Но зачем? Базар большой. Растворится Иван. Иди отдыхать, крестьянин. И молчи. Спросят: говори, Иван ушёл. Усёк?

— Конечно, — ответил я.

В душе была радость, за которую стыдно. Меня не убили! Правильно было бы вызвать полицию. Рассказать, как было дело. Заявить. Но полиция меня искала — это раз. Никто бы мне не дал её вызвать — это два. А в-третьих, Иван заслужил то, что с ним произошло. Эти горцы — сплошь серьёзные ребята. Нельзя с ними шутить.

Поэтому я ушёл отдыхать. Сил не оставалось. Красный столбик был близок к нулю, а синий стал заметно ниже. Я уже понял, что они означают. Красный — здоровье, синий — сила. Совсем как в играх! Их я не любил, если что. Когда-то давно, в детстве, играл в Diablo II. И в «Героев меча и магии». А больше ничего наш компьютер не тянул.

Уже когда я поступил на медфак, родители мне ноутбук подарили. Но я поклялся не заниматься на нём ерундой. И слово своё держал. Я пришёл в стойло, вымыл руки, стёр пот со лба. И — лёг спать, надеясь, что дурной сон закончится. Увы, я ошибался. Ночью у меня было нечто вроде видения.

Оно отличалось и от России 2022-го года, и от этого кривого зеркала, куда я попал в тело бомжа. Представьте — огромное поле. В центре — круг, я шёл по нему босиком. Поверхность напоминала грунт, как на теннисном корте. В центре стоял бородатый старик с длинным посохом. На мужчине был надет серый балахон. Я же носил только набедренную повязку.

Я приближался — старик делал взмах и бил посохом в центр. И я возвращался к началу поля. Снова шёл. Снова взмах. Возврат. Странно, но во сне эти перемещения меня совершенно не смущали. Я просто шёл и шёл. Чувствовал ногами грунт. Смотрел в глаза старика. И когда он снова занёс жезл, чтобы отправить меня обратно, я поднял руку.

— Я готов, — сказал ему. И тут же проснулся.

— Шёпотом говори, — прошептал Азад, тормоша меня за плечо. — Готов он. Спят все! За мной.

Азиат с хитрыми глазами меня не обманул. Мы снова пришли к его шатру, выпили чая и съели свежевыпеченные лепёшки. Они были пышными и по вкусу напоминали блины. Пальчики оближешь.

— Сегодня огурец пошёл, — сказал он. Я кивнул. — Взял большой грузовик. Будем огурец давать.

— Угу, — ответил.

— У меня ж тачкарь — как мул. Здоровый!

И засмеялся. Я тоже улыбнулся. Удивительное дело, но после вчерашних физических упражнений я не чувствовал усталости. Прикрыл глаза, чтобы увидеть столбики. Красный почти восстановился, а синий — остался на том же уровне. Мало!

— Что от тебя Иван хотел? Слышал, дрался он, — спросил Азад.

— Старые обиды, — пожал я плечами. — Он со мной бился. И проиграл.

— Иван — бригадир, — объяснил мой наниматель. — Всё про какого-то Семёна спрашивал. Видел, нет.

— Угу.

— Я же не знал, что он тебя искал, — ответил азиат. — Я бы тебя не выдал, брат.

— Он ушёл, — повторил ему я. — Вопрос закрыт. Ахмад выгнал Ивана.

— Ахмед, — поправил меня Азад. — Ахмед любит, чтобы всё было чисто. Это его стойло. Где ты спишь.

— Угу.

— И ты видел, как он его гнал? — продолжал допытываться азиат.

— Нет, — пожал я плечами. — Спать пошёл. Они там сами говорили. Но Иван ушёл — это факт.

Помолчали. Я отхлебнул ещё чая и увидел, что синий столбик немножко восстанавливается. Сделал большой глоток. Ты смотри, точно! Надо узнать рецепт.

— Ты теперь в семье, брат, — вдруг сказал смугляк с улыбкой. — Правильно, что ушёл этот Иван. Наших он бил. Чурками звал. А какие мы чурки? Мы — подданные.

— Полностью согласен.

— Покажешь себя хорошо — будешь нашим, — закончил смугляк. — Поднимешься. Ты говоришь красиво, можешь торговать. Директором можешь стать! Нам в семье нужны русские.

— Всегда мечтал, — сыронизировал я. Но Азад этого не понял.

— Только надо сначала деньгу сколотить, — сказал он. — А дальше поможем. Ну, пошли. Я вот торгую плохо. Малый доход имею. И на тачкаря знаешь, сколько трачу?

Несколько следующих суток напоминали день сурка. Пробуждение, лепёшка с чаем, бесконечные заезды с тачкой. Ужин. Один раз Азад в обед помыл здоровенный арбуз. Обожаю эту ягоду! Или фрукт. Но был и побочный эффект: арбуз обладает мочегонным эффектом, но во время работы справлять нужду просто негде.

На шестой день мне представилась возможность отличиться. И кардинально поменять судьбу бомжа — который уже по счёту раз.

Глава 20

Взлет по карьерной лестнице

Жизнь будущего медика наполнена поразительными открытиями. Значительная их часть касается человеческой глупости. Часто, очень часто безобидные шалости заканчиваются телесными повреждениями. И даже летальным исходом! Не подумайте, я не пытаюсь казаться старше и умнее. Четвёртый курс медфака — это всё же студенчество, а не взрослая жизнь.

Но что есть, то есть. Я не только о прыжках щучкой в водоём. Это — классика. Прыгнул, сломал шею, друзья повредили спинной мозг. Здравствуй, инвалидное кресло (это в лучшем случае) или койка с сиделкой. Я говорю не только про подъёмы по водосточной трубе на пятый этаж. Паркур. Эти глупости, по крайней мере, прогнозируемы. Редкий трюкач доберётся до середины полосы препятствий…

Бывало круче. Если бы я не видел своими глазами, ни за что бы не поверил, что человек способен самому себе вскрыть грудную клетку. Случайно. Углошлифовальным станком, в народе — болгаркой. Пациент дышал, и мы хорошо это видели — лёгкие раскрывались и закрывались. Сердечная деятельность тоже была в норме. Мы видели, как самая натруженная в теле мышца сокращается.

Если любопытно, пациент не только выжил, но и в целом пострадал незначительно. Разрез болгаркой оказался ювелирным! Ни один внутренний орган не пострадал… Кроме моей психики. Ещё один гражданин случайно сел на арматуру. Он поставил на неё ведро и взгромоздился сверху.

Ну что может пойти не так? Дело было на какой-то стройке. Прибывшие по вызову спасатели долго иронизировали. «Нашампурил». «Заармировался». «Сросся со стройкой». Эти весёлые ребята, недолго думая, отпилили арматуру. А сечение у неё