Любовь не предусмотрена - Виктория Рогозина

стильный одновременно. Волосы Леры были собраны в небрежный хвост, а на шее — лаконичная цепочка с кулоном. Несмотря на поздний час, в её облике чувствовалась собранность и внутренняя напряжённость.

Лекса в кухне не оказалось, и Лера облегчённо выдохнула, словно одиночество давало ей право быть собой. На столе уже всё было накрыто — лёгкий ужин, чайник с чем-то ароматным, и сервированные приборы. Уолтер, проходя мимо, слегка поклонился:

— Если вам что-нибудь понадобится, мисс Гордеева, прошу, скажите.

Лера смущённо улыбнулась:

— Простите, мне и так очень неловко, что вас тревожат в такой час...

Дворецкий чуть мягче улыбнулся в ответ:

— Я страдаю бессонницей, мисс. Так что всё в порядке.

Он деликатно удалился, оставив её наедине с мыслями. Лера подошла к панорамному окну и остановилась. За стеклом ночной город пульсировал огнями, как живой организм. Она обхватила себя руками, машинально проводя пальцами по холодной ткани рукавов.

«Отец... незаконные схемы... и я. Просто удобная фигура, чтобы прикрыть следы. Старшая, послушная, ответственная. Кто ещё, как не я?»

Внутри всё сжималось от горькой обиды. Даже не на Глеба Викторовича — на себя. За то, что до последнего верила.

В отражении стекла Лера заметила, как в кухню вошёл Лекс. Он был в чёрных классических брюках и расстёгнутой рубашке без галстука — расслабленный, но по-прежнему безупречный. Верхние пуговицы рубашки были расстёгнуты, обнажая загорелую ключицу и часть груди. Лера на секунду задержала взгляд — и сердце отчаянно запрыгало в груди. Он был восхитительно хорош собой. Опасно.

Лекс подошёл ближе и остановился позади неё, едва касаясь её присутствием, но Лера чувствовала его так, будто он стоял вплотную.

— Не стоит ни о чём беспокоиться, — тихо сказал он, глядя на отражение Леры в стекле.

— Легко говорить, — устало ответила она, не оборачиваясь. — Ваш отец не пытается выставить вас преступником.

Лекс молчал. Пару долгих секунд. А потом, почти неслышно:

— Мы... гармонично смотримся вместе.

Лера вздрогнула. Лицо мгновенно залилось краской, и она резко обернулась, чтобы посмотреть, шутит ли он. Но Шейдон уже насмешливо усмехнулся:

— Давайте поужинаем. Вы слишком худая. Скоро начну переживать за ваше здоровье.

Лера закусила губу, но ничего не ответила. Они сели за небольшой столик. Стол был красиво накрыт: лёгкий салат, тёплое блюдо, чай. Уолтер, как всегда, позаботился о деталях. Однако еда казалась безвкусной. Мысли Леры вновь вернулись к семье. К предательству. К несправедливости.

И в этот момент Лекс вдруг, будто между делом, спросил:

— Как продвигается проект?

Лера чуть встрепенулась, автоматически выпрямив спину. Глаза её стали серьёзными, голос — деловым:

— К первичной презентации всё готово. Проработаны ключевые модули, есть козыри, если возникнут непредвиденные ситуации. Команда работает чётко. Контроль на каждом этапе.

Но Шейдон смотрел не на план или структуру, не на диаграмму эффективности. Он смотрел на неё. И в его взгляде не было интереса к проекту. Он смотрел так, будто проект — это просто повод быть рядом с ней.

Мужчина задумчиво провёл пальцем по краю бокала и с лёгкой усмешкой протянул:

— Интересно, мисс Гордеева готова обсуждать со мной рабочие моменты сколько угодно… но стоит только намекнуть на что-то личное — сразу стена.

Лера выпрямилась, словно щит подняла:

— Я в первую очередь сотрудник. И выполняю свои обязанности.

Лекс коротко рассмеялся, откинувшись на спинку стула:

— А я думал, вы скажете «в первую очередь человек».

Он поднял бровь, но не стал настаивать. Вместо этого с деловым видом добавил:

— Сразу после презентации — деловая командировка.

Лера нахмурилась и резко спросила:

— Почему я об этом узнаю только сейчас?

Лекс пожал плечами:

— Потому что я ленивый и безответственный оболтус. Забыл предупредить.

Она закатила глаза, проигнорировав издёвку:

— С кем встреча? Какие материалы подготовить?

Шейдон, не меняясь в выражении лица, спокойно ответил:

— Возьмите купальник. И пару коктейльных платьев. Всё остальное — моя забота.

Лера застыла, чувствуя, как внутри разрастается лёгкая паника. Она привыкла к чёткому контролю, к структуре, к точной информации. А сейчас всё ускользало из её рук, как песок. Шейдон внезапно улыбнулся. Его взгляд стал прямым, почти прожигающим. Он медленно произнёс:

— Скажите, мисс Гордеева… а вы часто ревнуете своего работодателя?

Лера побледнела. Словно её прижали к стене, без возможности отступить. В горле пересохло, дыхание перехватило. Она открыла рот, но не нашла слов. Всё в ней бунтовало — гордость, страх, обида и... что-то ещё. То, что она не могла себе позволить.

Лера быстро подавила бурю эмоций, вспыхнувшую внутри. Отпустила плечи, вздохнула — ровно, спокойно — и, с невозмутимым выражением лица, произнесла:

— А как часто вы, мистер Шейдон, выносите своих сотрудников на плече из офиса? Это тоже часть вашей системы мотивации?

Лекс хищно прищурился, уголки его губ приподнялись в довольной усмешке. Он откинулся на спинку стула, не отводя взгляда от девушки:

— Вот и подтверждение. Мисс Гордеева всё делает, чтобы спрятать настоящие чувства. Прячется за работой, за логикой, за сарказмом. Ни единой трещины. Ни одного случайного слова. Всё под контролем. Всегда. Но зачем?

Лера сухо, отстранённо ответила, не встречаясь с ним взглядом:

— Не понимаю, о чём вы. Спасибо за ужин.

Она встала, взяла свою пустую тарелку и чашку и направилась к мойке. Движения были выверены, почти театрально аккуратны, как будто от этого зависел её внутренний баланс. Вода струилась тонкой линией, Лера тщательно мыла посуду, стараясь не думать, не чувствовать, не оглядываться. Но она ощущала — всем телом — как Шейдон не сводит с неё взгляда.

Она вытерла руки о кухонное полотенце, повернулась — и в тот же миг врезалась в чью-то тёплую, крепкую грудь.

Сердце подпрыгнуло в груди. Лера резко вскинула голову — и замерла, встретившись с ледяным тёмным взглядом Лекса. Он стоял совсем близко. Слишком близко. Его рука легко, почти неуловимо, приподняла её подбородок. Порочная, почти невыносимая улыбка тронула его губы.

— Так какая же вы настоящая, мисс Гордеева?

У Леры задрожали коленки. Но она всё ещё молчала, не смея отвести взгляда.

Глава 25

Лера уперлась ладонями в грудь Шейдона — теплую, плотную, как броня. Он даже не шелохнулся. Ни шагу назад, ни движения, будто перед ней стояла стена. Только холодный, насмешливый взгляд сверху вниз и дразнящая полуулыбка на губах.

— Вы… вы снова нарушаете моё личное пространство, — пробормотала Лера, почти обиженно. — И не