Во благо рода - Андрей Коткин

не заметит моего прогула. Заметил, да еще как. И отрабатывать заставил. День рождения нашего горячо любимого императора на кону, для праздничного украшения фойе на входе в учебный корпус рабочие руки потребовались. Этот выпавший из моего свободного времени вечер, в сочетании с дошедшей до меня очередью вечернего и ночного дежурства в общежитии, мне все расписание моего самостоятельного обучения перековеркал. Учитывая, что и пропущенное вместе с уроком заклинание нужно было непременно выучить, да еще и вмененное в обязанность посещение хотя бы раз за эту же неделю клуба ритуалистики, мне вдруг резко стало не до прогулок по городу. Чувствую, Аленка на эту мою пропажу может сильно обидеться… или нет. В конце концов, она ведь тоже время от времени от моих приглашений на прогулки по Вятску отказывается.

Две недели пролетели совершенно не интересно… ну, если не считать, конечно, праздничного обеда, поданного нам в нашей столовой по случаю официального государственного праздника.…А, нет, еще во время отбытия повинности в качестве помощника дежурного по общежитию мне удалось заглянуть на мансарду, в место обитания нашего седьмого класса. А просто по распоряжению дежурного семиклассника пришедшее одной из его одноклассниц письмо относил.

— Антуфьева Василина Рюриковна! — В точности, как и указывалось в пояснительной надписи рядом с большой красной кнопкой, громко и четко произнес я после того, как нажал на эту самую кнопку большим пальцем. — Вам любовное послание от сраженного вашей неземной красотой кавалера.

После пары-тройки минут ожидания, замок на двери, преграждавшей мне доступ к помещениям мансарды, негромко лязнул.

— Ну, чего ты мелочь, орешь тут на всю общагу? — Высунулась из-за приоткрывшейся двери симпатичная женская головка. — Какой к бесам кавалер? С чего ты это вообще взял?

Хех, бывают же на свете совпадения: Антуфьева Василина Рюриковна оказалась той самой миниатюрной артефакторшей, которая в начале нашего учебного года настраивала под нас замок на двери нашей комнаты. Как бы мне еще подписать ее на завершение этой самой настройки для нашего Макара-охламона?

Параллельно с этими, невысказанными вслух размышлениями я, приняв картинно высокомерный вид, негромко хмыкнул:

— Пф-ф! Тоже мне, загадка века! От письмеца этого хвойным и цитрусовым запахами так и шибает. Не родители же из дома вам, прекрасная Василина Рюриковна, этакое ароматизированное послание отправили. Опять же, письма из дома, насколько я в курсе, у нас, в общежитии, принято просто стопочкой на краю стола дежурного выкладывать, а это велено передать вам прямо в руки. Сдается мне, что это наш сегодняшний дежурный таким вот образом воспользовался своим служебным положением.

— Замолчи немедленно! И давай сюда письмо, — артефакторша опасливо оглянулась на обстановку позади себя, после чего, получив из моих рук предназначенное для нее послание и, очевидно, определив по почерку автора, отступила чуть в сторону, — проходи, мелкий, постой тут, в коридоре, пока я пару строчек в ответ накарябаю.

Красавица скрылась за дверью комнаты, а я с интересом принялся изучать обстановку в коридоре мансарды. На первый взгляд, если не брать во внимание развешанные на стенах возле каждой комнаты картины, внешний вид коридора очень сильно походил на аналогичный на нашем этаже. Ну, разве что, еще светильники тут имели заметно более вычурный, представительный вид. Для контроля перешел на магическое зрение. Ничего себе тут энергетика! Сквозь, казалось бы, обычную штукатурку просвечивала густая сеть идущих там и сям мановодов. И к картинам они тоже подходили.…А накопители для всего этого великолепия, скорее всего, внутри светильников запрятаны. Хех, они из всего лишь горного хрусталя, или использованы намного более дорогие материалы?

— Вот, держи, передашь это Семенову, — появление миниатюрной артефакторши я, занятый разбором открывшихся мне секретов, сразу и не заметил.

— Семенову? — Переспросил, не в силах сразу собраться с мыслями.

— Твой сегодняшний начальник. Дежурный по общежитию, — с раздражением уточнила старшеклассница.

В принципе, судя по ее не самому тихому настрою, момент мне представился не так, чтобы подходящий, но где ее в другой раз искать? Даже в столовую шестой и седьмой класс ходили не в одно время с нами, а снова попытаться вызывать из комнаты… собственно, почему не сейчас?

— Василина Рюриковна, — не зная социального статуса семиклассницы, я вновь использовал уважительное обращение по имени-отчеству, — простите, что загружаю вас своими проблемами, но не могли бы вы все-таки настроить замок на двери нашей комнаты на ауру нашего третьего соседа. Вы, конечно, это наказание для него придумали, но постоянно отвлекаться на его стук приходится нам, с Андреем.

— Замок? — Озадачилась на секунду артефакторша и тут же, вспомнив произошедший в начале года инцидент, разулыбалась. — Я, вообще-то надеялась, что он сам ко мне подойдет.

— Умоляю, — я попытался скорчить самую жалостливую физиономию, какую только возможно, — а мы вам за это тортик поднесем. А деньги на тортик, разумеется, с Макара взыщем, все до копейки.

— С кружочками апельсинов, цукатами и взбитыми сливками, — закатив глаза, уточнила девушка параметры предполагаемого морального возмещения. — Тогда я согласна. Сегодня уже никак не могу, дела у меня неожиданно вдруг нарисовались, а завтра, часиков в девять вечера, я к вам загляну. Проследи, чтобы ваш грубиян оказался на месте, привязывать замок к ауре, в отсутствие хозяина этой самой ауры, современная магическая наука еще не научилась.

Часть 1

Глава 10

На этот раз задвигать субботний урок Заклинаний я не стал. Просто не отважился. Не таким уж и оторванным от жизни оказался наш преподаватель. Опять же, это за один замеченный пропуск его урока Владимир Антонович мне просто отработку по украшению фойе учебного корпуса назначил. Мелочи жизни. А вот за повторный прогул да на протяжении очень короткого периода запросто ведь может и зуб заточить. Сочтет за явное демонстративное неуважение к его персоне. А Заклинания в нашей гимназии, несмотря на имеющиеся у разных параллелей дополнительные специализации, все же самый основной предмет. Ближе к концу четвертого нашего класса именно Зеленин во многом будет решать, кому из самых успевающих учеников преподавать забесплатно заклинание второго уровня на их выбор, пусть и из предложенного списка, кого просто на «отвяжись» обучить какой-нибудь практически бесполезной, хоть и формально второуровневой ерунде, а кого и вовсе прокатить, выдав вместо свидетельства об успешном окончании младшей школы Вятской магической гимназии простую справку о том, что имярек такой-то прослушал ее курс. Ага, «прослушал». Даже из смысла этого слова понятно, что все учение данного