Рабыня Шейха. Заключенная в золото - Ульяна Соболева

Когда она ушла, я осталась одна в комнате, тихо задыхаясь от эмоций. Я переоделась, чувствовала, как тело дрожит от пережитого ужаса и холода. Лёжа в постели, я пыталась найти ответы, но вместо этого перед глазами вновь и вновь появлялось его лицо. Жестокое, красивое. Лицо человека, который держал мою судьбу в своих руках. Как и судьбу всех здесь…

Но больше всего я ненавидела себя за то, что мне не удалось сделать то, что я хотела. За то, что я не смогла найти силы, чтобы закончить это всё. И за то, что теперь я была ещё больше в его власти. Когда я засыпала, последнее, что я видела, было его лицо, как будто оно навсегда запечатлелось в моей памяти.

Глава 13

С того самого момента, как она прыгнула в воду, не было ни дня, чтобы я не думал о ней. Евгения. Её имя звучало в моей голове, как нечто запретное, но манящее. Чудовищные имена. Варварские, чужие. Этот огонь в её глазах, холодное, почти ледяное выражение лица, когда она стояла на парапете, решившая уйти, бросить вызов… Мне. Меня это поразило. Заставило её запомнить навсегда. Как будто она врезалась мне в мозги, отпечаталась там. Я привык к покорности. К женщинам, которые склоняют головы передо мной, без лишних слов, без лишних движений. Я привык, что мои желания выполняются мгновенно. Но эта женщина… Она оказалась другой. В ней было что-то дикое, необузданное. Она была как огонь, который не поддается контролю, как ветер в пустыне, непредсказуемый и свободный. Она решила умереть, лишь бы не оказаться со мной. Но я не дал ей этой привилегии. Смерть была бы слишком лёгким исходом для неё. Она принадлежит мне. И теперь ей придётся это принять.

Я вспоминаю тот момент, когда она прыгнула. Я стоял, неподвижный, как скала, наблюдая, как её тело исчезает в ледяной воде. Она думала, что сможет сбежать. Что сможет вырваться из моей власти. Но она ошибалась. Никто не уходит от меня. Никто не бросает мне вызов и остаётся безнаказанным. А она осталась…

Я не приказал охране прыгнуть за ней. Я прыгнул сам. Этот поступок шокировал даже меня. Я, шейх, привыкший управлять всем и всеми, бросился в ледяную воду ради женщины, которая была всего лишь очередной пленницей в моём гареме. Но я не мог её отпустить. Я вытащил её из воды, её тело было холодным, безжизненным, но она жила. И с того самого момента я знал — она моя. Я хочу ее. Сильно хочу. Давно так не хотел женщину.

Этот её поступок не выходил у меня из головы. Евгения. Она не была, как все. Я видел это в её глазах, когда впервые заметил её среди других женщин. В ней была сила. Непокорность. И это меня злило. Злило так сильно, что я ощущал как начинаю кипеть, как бурлит в венах адреналин. Она должна была принадлежать мне. Я должен был сломать этот её дух. Поставить её на колени. Как всех остальных. Как полагается. Но вместо этого… я не мог выбросить её из головы.

Моя власть абсолютна. Я построил эту империю. Я её правитель. А Евгения? Она всего лишь вещь. Ее тело под мокрой одеждой идеально, соблазнительно, одурманивающе прекрасно, эти рыжие волосы до талии, голубые как ледяные осколки неба глаза, мокрые черные ресницы. Я видел её снова и снова перед глазами, и это вызывало во мне ярость.

Фарида вошла в комнату, склонив голову.

— Приготовь ее для меня сегодня ночью, — приказал я, не отрывая взгляда от окна. Я знал, что Фарида не одобрит этого. Она всегда была осторожна с женщинами гарема, всегда следила за тем, чтобы не допускать ошибок. Но в этот раз я не собирался её слушать.

— Господин… Ее присутствие в гареме ошибка…Я не знала как вам сказать. Она не девственница, — тихо проговорила Фарида, не осмеливаясь поднять взгляд на меня. Её голос дрожал от страха перед моим гневом.

Я повернулся к ней медленно, глядя прямо в её глаза.

— Я не просил подробностей, — мой голос прозвучал тихо, но в нём чувствовалась сталь. — Я сказал, что хочу ее! А если я хочу, то мое слово закон, а твое мнение это последнее, что я хочу слышать!

Фарида не посмела возразить. Она понимала, что этот разговор окончен. Я не нуждался в её советах. Евгения будет здесь, и она больше не сможет мне сопротивляться. Резануло слух… «не девственница»…таких раньше не было. Но я слишком хотел, я, блядь, трясся так возбуждался от одной мысли о ней. Кто бы там ни был с ней до меня, это не имеет значения. Пока. На данный момент.

Её прошлое не имело значения. Она принадлежала мне с того самого момента, как я вытащил её из воды. И теперь я должен был поставить её на место. А ее место подо мной с раздвинутыми ногами. Я хочу видеть ее голой, хочу смотреть на ее плоть, хочу видеть ее соски. Говорят у рыжих они коралловые как и нижние губы.

Я обладал многими женщинами, сотнями…но меня еще никогда не накрывало такой чистой, незамутненной похотью. Так что член вставал и терся о штаны. Хотелось зажать его рукой и представлять себе мокрую рыжую сучку…пока не кончу.

Я вернулся к окну, снова глядя на город. Мои мысли возвращались к ней. Почему эта женщина так сильно меня раздражает? И почему я не могу просто забыть её? Её образ преследовал меня, как кошмар, от которого невозможно избавиться. Но сегодня всё изменится. Сегодня я увижу её снова. И на этот раз она будет моей. Без сопротивления. Без дерзости.

***

Я не могу больше жить в этом кошмаре. Каждый день — как шаг в пропасть. Я уже не чувствую страха так сильно, как в первые дни. Всё притупилось. Единственное, что остаётся — это боль. И отчаяние. Этот мужчина… Шейх. Его глаза, его властность… Я не могу бороться с ним. Но я не могу и сдаться. Я слышала что о нем говорили. Он воспламеняется, берет на один раз, а потом забывает, и девушка может вечно сидеть в его гареме… или быть изгнана и выдана замуж. Ночь с Шейхом может быть первой и последней. А его интерес тут же пропасть.

Но после