Компаньон - Garret Hawke Amell

— А если кто-то сумеет? Не только почувствовать, но и обуздать, контролировать. Он сможет открыть двери и уйти? — спросил Гарри, жадно глядя на стену, за которой раздавался голос.

— Ты меня не слушаешь, мальчик… С той стороны двери не пустота. Открыв её, ты может и сможешь выйти. Но одновременно с этим тебе придётся и что-то впустить. Разве кто-нибудь может быть готов к подобному?

— Откуда нам знать? Никто ведь не пробовал. — заметил Гарри.

Заморгала лампочка, возникло ощущение знакомого холода. Гарри снял очки и вытянулся на постели, крепко сцепив руки в замок. Ледяной ужас волной скользнул по нему и перемешал стройный ряд мыслей. Глаза закрылись, сознание накрыла темнота. И всё-таки сейчас всё было не так, как раньше. Странный, хрипловатый женский голос, мысли о таинственной двери и ключе удержали его на краю. В душе безошибочно возникло предвкушение нового приключения.

***

Класс защиты от тёмных искусств неуловимо изменился. Не было больше помоста, окна закрыли плотные тёмные шторы, а по стенам были развешены жуткие картины, изображающие… Очевидно, людей под проклятьями. По крайней мере, Гермиона сделала именно такой вывод.

В этом году парт было гораздо меньше. Коротким взглядом можно было насчитать чуть меньше двадцати мест. Напротив стоял массивный преподавательский стол с придвинутым вплотную стулом с прямой спинкой, а прямо на стене позади…

— Это что, человек? — ахнула Парвати. Раскинув руки и ноги, к стене было прибито абсолютно белое, обнажённое, безволосое мужское тело. Круглая как яйцо голова была безвольно опущена вниз, расставленные в стороны ноги в стопах были немного вывернуты в стороны. Картину довершали переломанные на руках и ногах пальцы.

— Не совсем. Это инфернал. — отозвался Малфой, приподнявшись на носках. — Судя по виду, выловленный относительно недавно.

— Точно что. — согласно закивал Крэбб. — Месяц или около того, не больше.

— Настоящий инфернал? — в ужасе прижала ладони ко рту Лаванда. Многие отшатнулись назад.

— Не боись. — хмыкнул Гойл. — Сам по себе он на нас не бросится, тут нужен колдун. Ну или конкретный комплекс чар, наложенный колдуном. Такие не каждый наколдовать сможет, это тебе не чашки в крыс превращать.

— Именно, пять баллов Слизерину за знание программы. — громко сказал Сириус и закрыл за собой дверь. Многие ученики от неожиданности вздрогнули. — Садитесь, что встали? У нас впереди много работы. Или у кого-то есть вопросы? Да, Гермиона?

— Я так понимаю, с этого года мы начнём изучать Тёмные искусства?

Ученики зашумели, рассаживаясь по местам. Сириус хмыкнул, расправил мантию и прошёл к своему столу, взмахом палочки призвав летние эссе и ровной стопкой складывая их на своём столе. Делал он это с таким видом, будто в данный момент нет занятия более увлекательного. Как только все уселись, в классе стало тихо.

— Точно так, в этом году мы переходим к более углубленной и серьёзной программе. За эти несколько несколько лет вы хорошо подготовились в сферах контрзаклятий и противодействия различного рода тварям малого и среднего класса опасности. Научились азам дуэльного искусства и самообороне в случае необходимости. Хотя я говорил и повторяю, что более серьёзные стычки лучше переложить на плечи профессионалов, именно поэтому в экзамен в прошлом году были включены вопросы по экстренному вызову команды авроров. И должен отметить, на эти вопросы ответили отнюдь не все. — Сириус замолчал, окинул взглядом смущённых учеников и хмыкнул. — Впрочем, у нас с вами ещё будет время восполнить пробелы в знаниях. Так что переживать не о чем. Все те, кто находятся в этой аудитории, обладают достаточным уровнем подготовки, чтобы перейти на следующий уровень. Поэтому, если у вас нет вопросов… Да, Рон?

— А зачем нам в принципе изучать тёмные искусства? Они ведь… Жуткие. — поежился Рон. Гермиона про себя согласилась с тем, что инфернал и картины на стенах выглядели неприглядно, но с другой стороны…

— Знание никогда не бывает лишним. — озвучил её мысли Сириус и жёстко сжал челюсть. — То, чему я вас научу, может однажды спасти вам жизнь. Пусть инферналы не разгуливают за стенами замка большими группами, но и абсолютно безопасным магический, да и маггловский мир назвать нельзя.

— Как будто есть хоть один пример, где бы пригодилось знание тёмной магии. — буркнула Лаванда. Не слишком громко, но Сириус всё равно услышал и вскинул голову.

— Извольте. Деревушка Бадли-Бэббертон. Кто-нибудь в курсе, что там произошло? Нет? Что ж, объясняю. Если бы хоть кто-то из жителей деревни знал заклятье Изгнания, то возможно, этому кому-то удалось бы отбить нападение группы дементоров, внезапно покинувших Азкабан. И в мире было бы на одно магическое поселение больше. Достаточно яркий пример? — резким тоном осведомился Сириус, в классе воцарилась звенящая тишина. Он пару раз вздохнул и выдохнул носом, прочистил горло и продолжил более спокойно. — А теперь откройте ваши пособия на пятой странице, запишем несколько тезисов, прежде чем начнём работу.

Склонившись над учебником и аккуратно размещая на парте пергамент, Гермиона подумала, что Сириус впервые вёл себя…

«Как самый настоящий Блэк. Миссис Малфой бы, наверное, оценила» — вздохнув про себя, она начала записывать объяснения Сириуса. Внезапно жуткие картины, темнота и инфернал прибитый к стене перестали иметь значение. В конце концов, знание никогда не бывает лишним.

***

За несколько дней полной тишины Гарри уже успел подумать, что тот разговор действительно был его галлюцинацией, как вдруг после очередного обхода он услышал за стеной хриплый кашель и короткое ругательство. Подскочив с постели, Гарри подошёл к стене и от избытка эмоций положил ладонь на холодный камень.

— Я… Думал, что больше вас не услышу. — тихо проговорил он. И тут же испугался, а вдруг она не захочет отвечать? Впрочем, в следующую минуту страх отпустил также неожиданно, как и возник.

— А тебе очень хочется слышать меня снова, мальчик? — хрипло хохотнула она. Гарри закрыл глаза и вздохнул, сев у самой стены.

— Я хотел побольше узнать о магии. В прошлый раз… Вы ведь сказали не всё?

— Пожалуй. — через какое-то время согласилась она. — Магия — не только тьма. Но, если ты хочешь услышать больше, мальчик,