Компаньон - Garret Hawke Amell

— Я согласен. — не раздумывая, сказал Гарри. И прислонился затылком к холодному камню, прислушиваясь в приятный, хриплый голос, спасающий его от одиночества.

— Хорошо. Итак, магия… Пожалуй, давай сначала? — задумчиво щёлкнула языком она. Гарри невольно улыбнулся, припомнив того, кто особенно любил эту фразу повторять.

***

— Жуть какая! Они все с ума посходили, что ли? Год только начался, а нас уже нагрузили буквально по макушку! — плюхнулся на скамью Рон за обедом, возмущенно глядя в свою пустую тарелку. Его надежда на относительно простой первый день совершенно не оправдалась. Никто из преподавателей не собирался давать ученикам времени на раскачку.

— Что в этом такого удивительного? — устало спросил Невилл, садясь рядом и накладывая в тарелку солидную порцию запеканки с овощами и сыром. — Ты же не думал, что после СОВ нам в принципе перестанут задавать домашние задания?

— Но это только первый день! — не сдавался Рон. — Я надеялся, что хотя бы Сириус будет из всех нормальным, а он…

— А что сделал Сириус? — заинтересовался Невилл. — Я не посещаю защиту в этом году.

— Сириус включил в программу изучение тёмных искусств. — негромко ответила Гермиона и в ответ на внимательные взгляды пожала плечами. — Что вы на меня так смотрите?

— Кто ты и что сделала с Гермионой Грейнджер? — обалдел Дин. — В прошлом году ты даже на Амбридж гнала, а уж изучение тёмной магии…

— С прошлого года многое изменилось. — серьёзно осадил всех Невилл. — Да и если подумать, это логично. Как можно защищаться от того, чего толком не знаешь? Даже жаль, что я отказался…

— Не переживай. Учиться никогда не поздно, если надумаешь нагнать остальных. — утешила его Гермиона и благодарно улыбнулась в ответ на поддержку. Своим вмешательством Невилл избавил её от неловкости. — Думаю, имеет смысл попытаться освоиться с нынешним расписанием, а уж потом делать выводы. Следующими вроде бы будут зелья? Ты ведь их изучаешь?

— Да, профессор Макгонагалл меня убедила. Да и Слизнорт вроде бы адекватнее Снейпа. — смущённо улыбнулся Невилл. — Как знать, может, что-то и получится.

— Чокнутые. — охарактеризовал обоих Рон и с особенной свирепостью ткнул вилкой в ни в чём не виноватую картошку.

***

— А некоторые считают магию искусством, и они тоже по-своему правы. Достаточно могущественный маг в силах создавать удивительные вещи. Отпечатать своё имя в веках, невзирая на завистников и соперников. Магия в умелых руках может быть зеркалом. Зеркалом, отражающим красоту жизни и неизбежность смерти. Магия — тонкое искусство, доступное лишь избранным. Тем, кто сумел пробудить в себе дар.

Кроме того, есть ведьмы и волшебники, которые считают, что к магии применим исключительно практический подход и суждения научного толка. Для таких характерны годы упорных занятий, предположений, проверок, жесткой доказательной базы. Такие всегда стремятся к большему, к лучшему. Уверена, мальчик, ты в своей жизни встречал таких волшебников и ведьм, хоть и не догадывался об этом. Магия — это проклятья, созидание и стремление. Она повсюду. В воздухе, который ты вдыхаешь, в холодном камне, к которому ты прислоняешься сейчас, в неровном свете лампочки и в бушующем море за этими стенами. Ты ведь это знаешь, правда? Чувствуешь, как магия стучит в закрытую дверь. Проникает в твои сны, в твои мысли… Это жилы Силы, пропитывающей всё вокруг. И для этого, мальчик, тебе не нужна палочка. Ничего не нужно. Источник…

— Это я. — закончил Гарри, позабыв о том, что он должен молчать.

Замолчала и она. Закрыв глаза, Гарри задумался. Гермиона явно была человеком «научного» подхода к магии. Ей нравилась трансфигурация. И не нравились прорицания, где не было каких-то твёрдых тезисов, на которые можно опираться. Она понимала, что заклятье может получится из-за правильного взмаха палочки и верно поставленного ударения и едва ли согласилась бы с тем, что без этого всего можно обойтись. Черпать силу в самом себе — это немыслимо, что-то из области историй о всемогущем Мерлине и Моргане. Но ведь, с другой стороны…

— Вы ведь можете, правда? Черпать магию? Поэтому можете говорить со мной. Невзирая на чары, я ведь вас слышу даже через стену. Вы поможете мне?

— Я помогу тебе.

Белый том. 94. Прикоснувшись к прошлому

Продолжить изучать зельеварение решились немногие, что неудивительно. Снейп принимал в свой класс только тех, кто получил «Превосходно» на экзамене, а таких было не то чтобы в избытке. А учитывая манеру профессора вести уроки, желание продолжать отпадало у большей части Хогвартса. Впрочем, Гермиона была уверена, что скоро печальная ситуация с зельями изменится. Слизнорт произвёл на неё вполне хорошее впечатление в поезде, и принимал учеников даже с отметкой «Удовлетворительно». Так что, этого урока она ждала с огромным нетерпением.

Невилл рядом с ней тоже ощутимо волновался, только несколько по другим причинам. Ему зелья не давались с самого первого курса. С чего бы ситуации изменится сейчас? Гермиона про себя решила приглядывать за другом и по возможности поддерживать его. Кроме них у двери остановился Малфой с Панси Паркинсон под руку, Энтони Голдштейн и Падма Патил, а ещё Эрни Макмиллан и Ханна Аббот. Заговорить никто не успел, с конца коридора послышались торопливые шаги.

— Ба, полный класс старост! — по-совиному хохотнул профессор Слизнорт, доброжелательно посмотрев на собравшихся учеников. — Не стесняйтесь, леди и джентльмены, я уверен, мы поладим. А следом за вами, думаю, подтянутся и остальные. — позвякивая ключами, профессор Слизнорт подошёл к двери и широко распахнул её, посторонившись. — Добро пожаловать! Мисс Патил, соберите волосы, было бы обидно из-за такой малости загубить полуторачасовую работу, согласны? Мисс Грейнджер, вас это тоже касается! Мисс Паркинсон и мисс Аббот — всё прекрасно, можете не беспокоиться. В лаборатории нельзя забывать о двух вещах: безопасность и профессионализм.

Гермиона бросилась разыскивать резинку в рюкзаке, про себя проклиная всё на свете. И почему профессор Снейп никогда об этом не говорил? С другой стороны, это небольшое правило такое простое и очевидное, что вполне можно догадаться самой. А профессор Снейп терпеть не мог объяснять очевидные вещи. Наконец, она собрала