Компаньон - Garret Hawke Amell

— Что ж. Ещё раз здравствуйте. Мистер Голдштейн, не спешите. Я ещё никого не просил доставать книги и письменные принадлежности. — профессор Слизнорт кашлянул и сложил руки в замок на животе. Энтони смущённо покраснел. — Для начала я хотел бы просто с вами немного поговорить, если вы не возражаете. И задать несколько вопросов. Это не экзамен и не внеплановая проверка, но вопросы достаточно важны. По крайней мере, для меня. Как вы знаете, когда-то давно я уже преподавал в Хогвартсе. И представьте себе моё удивление, когда я узнал, что зелья, мягко говоря, не самый популярный предмет. Кто-нибудь может высказать свои предположения, почему? Мистер Малфой?

— Да, сэр. — Малфой пару минут молча подбирал слова, потом вздохнул и осторожно начал говорить. — Думаю, стоит учитывать, что зельеварение — не самый простой предмет для углубленного изучения, хоть и требуется во многих профессиональных областях. Но это только первая причина. — профессор Слизнорт кивнул, побуждая продолжать. — Вторая в том, что ваш предшественник профессор Снейп был очень требователен и строг. Не каждый ученик способен усваивать знания в подобном формате, так что… Разумеется, я не хочу сказать о компетенции профессора Снейпа ничего плохого. Он — профессионал. Высшего класса.

Эрни скептически фыркнул, Ханна Аббот одарила Малфоя ядовитым взглядом. Голдштейн откровенно зевнул. Падма Патил и вовсе, кажется, не слушала. Невилл рядом с Гермионой неловко поёрзал на стуле. Но ни Малфоя, ни профессора Слизнорта реакция окружающих не смутила.

— Думаю, вы абсолютно правы. — ответил профессор Слизнорт с мягкой улыбкой. — Северус Тобиас Снейп действительно профессионал, каких мало. Талантливый, амбициозный, смелый… Но по своей натуре он скорее учёный, нежели учитель. Что нисколько не помешает нам поднять популярность зелий в Хогвартсе на достойный уровень. И вы мне в этом поможете.

— Каким образом? — переспросил сбитый с толку Эрни Макмиллан.

— Очень просто. Расскажите однокурсникам как прошёл урок. Максимально распространяйте происходящее с самой выгодной стороны, и даю вам гарантию, уже через пару месяцев, если не раньше, ситуация изменится. — профессор Слизнорт хмыкнул в усы. — Старосты волей-неволей пользуются у остальных учеников определённым авторитетом, пусть со стороны это не особо бросается в глаза. Вы согласны помочь?

— Это будет несложно — пожала плечами Гермиона. Остальные тоже согласились. Просьба профессора всё равно не требовала чего-то невозможного или необычного. У них ведь всё равно начнут спрашивать, как прошёл урок. Из любопытства.

— Вот и славно. — разъединил ладони Слизнорт и деятельно выпрямился. — Ну, а теперь, давайте поговорим более предметно. Насколько я понял, профессор Снейп придерживался программы стандартного образца и почти никогда не вносил в неё изменений. Но, может быть, кому-то из вас доводилось варить вне занятий что-то необычное? Более сложное, или же наоборот, простое, для собственных нужд? Поделитесь опытом.

— Мази от ожогов. — звонко ответила Ханна Аббот. Эрни рядом с ней молча кивнул.

— «Просто Блеск». — спокойно отозвалась Паркинсон.

— «Ледяное» зелье. — быстро моргнул Малфой.

— Обезболивающее. — протянул лениво Голдштейн.

— Обезболивающее, снотворное. — тихо обронила Падма Патил.

Внимательный взгляд профессора Слизнорта остановился на Гермионе. Невилл молча помотал головой. Гермиона задумчиво отвела взгляд в левый угол, как будто отыскивая ответ.

— Смелее, мисс Грейнджер, не стесняйтесь! — повеселевшим тоном протянул профессор Слизнорт. Гермиона в очередной раз почувствовала скользнувшие по ней взгляды и выпрямилась.

— Оборотное зелье. — чётко проговорила она. Паркинсон и Ханна Аббот за её спиной удивлённо ахнули. В улыбке профессора Слизнорт появилась растерянность, а взгляд стал каким-то жёстким.

— Действительно, необычный выбор. — протянул он. Гермиона про себя напряглась, про себя готовая к целому потоку вопросов, а то и насмешек. Ведь шестикурсница с опытом варки оборотного звучало как-то слишком уж претенциозно. Тем более, что и сам рецепт находился в Запретной секции. — Можно узнать, что вас побудило на подобный шаг? Зелье не из простых и не из тех, что нужно для периодического употребления.

— Мне было нужно. — коротко ответила Гермиона. Потом подумала, что этого недостаточно, и добавила. — Научный интерес.

Ей показалось, или профессор слегка переменился в лице? Впрочем, он достаточно быстро взял себя в руки и несколько раз хлопнул в ладоши, прерывая гул разговор.

— Очень хорошо, друзья, а теперь самое время приступить к работе. И для начала советую обратить ваше внимание вот на этот стол. Подходите, смелее! — на столе стояло несколько дымящихся котлов. Большая часть класса начала выходить из-за парт, всё ещё переговариваясь. Некоторые бросали на Гермиону короткие взгляды. Она замешкалась, делая вид, что что-то разыскивает в собственном рюкзаке.

— Ну ты даёшь… — тихо сказал Невилл. Гермиона вздрогнула от неожиданности. — Всё ведь в порядке, правда?

— Да. — рассеянно отозвалась Гермиона. — Надеюсь, что да…

— Гриффиндор, мы вас ждём! Не то пропустите самое интересное! — окликнул их профессор. Гермиона вместе с Невиллом поспешила к преподавательскому столу. Сосредоточиться на учёбе вместо странных мыслей показалось ей сейчас очень хорошей идеей.

***

Это не было похоже на учебу в Хогвартсе. Совсем. Но впервые за много недель у Гарри появилась цель, которая помогала отстраниться от страха хоть ненадолго. Голос собеседницы теперь отдавался в голове почти постоянно, и чувство одиночества стало не таким острым. Безысходность осталась, но где-то там, за чертой, за которую он старался не заглядывать.

В пространстве камеры вариантов для активности было немного, поэтому Гарри слушал. Слушал хриплый голос собеседницы, запоминал, повторял, отвечал на вопросы. И пытался прислушаться к себе. Услышать магию. Также, как голос, сердцебиение, дыхание. Приступить, правда, удавалось только когда от двери отступали дементоры. Но и это уже кое-что…

Он вытянулся на постели, положил ладонь на живот и медленно выдыхал холодный воздух. Перед глазами стоял плотный занавес темноты без намёка на хоть какие-то очертания. С другой стороны, ведь ещё слишком рано. И такой быстрый прогресс был бы удивителен. Лучше всего сосредоточиться на ощущениях. Он снова глубоко выдохнул и вдохнул.

— Продолжай, мальчик. — похвалил хрипловатый голос где-то над ухом. По плечам прошлось невесомое прикосновение. Гарри замер. Улыбнулся. И поверил. Всё получится. Обязательно.

***

Гермиона в очередной раз перетряхнула рюкзак. Вздохнула, направила внутрь