Снегурочка - Лана Мур

Ты задумчиво посмотрела на черный провал, затем перевела взгляд на меня и снова на камин, будто что-то решая.

Почему же еще тогда не понял твои сомнения? Не отложил поездку или не взял тебя с собой?

– Нет, – встряхнула ты пышными волосами. – Помою посуду.

Ты встала, чтобы собрать со стола, но я обхватил тебя за талию, притянул к себе и уткнулся лбом в живот, а ты зарылась пальцами мне в волосы.

Я мог бы так сидеть до утра – чувствовать твое тепло и вдыхать твой запах, но морить тебя голодом не позволяла совесть.

– Не скучай, я недолго, – сжал тебя чуть крепче, поцеловал через футболку и выпустил…

А когда вернулся нагруженный пакетами, свечами и вином, то дом встретил меня темными окнами. Внутри разлился неприятных холодок, но я не хотел верить предчувствию, пока не заехал в гараж и не увидел, что твоего седана нет.

Ворвался в дом – тишина и пустота. Тяжелые пакеты упали на пол. Жалобно звякнув, бутылки вина раскатились в разные стороны.

Влетел в спальню – на кровати лежала аккуратно сложенная футболка, но твоей сумки не было, так же, как хоть какого-то объяснения.

Я тебя чем-то обидел? Испугал?

Теряясь в догадках, включил свет по всему дому, но записки так и не нашел и причин твоего исчезновения тоже.

Настроение было ни к черту. Я собрал рассыпавшиеся продукты, убрал свечи подальше в кладовку, чтобы не напоминали вчерашней ночи, и открыл бутылку коньяка.

Готовить совершенно не хотелось. Я сидел в кресле, потягивал коньяк, заедал яблоком и, глядя на свое отражение в черном стекле, пытался понять, что произошло.

***

Я бы предпочел, чтобы следующий день был рабочим, и за делами не пришлось вспоминать о тебе. Но вместо того, чтобы гулять вдвоем по заснеженному лесу, я слонялся по пустому дому и не знал чем себя занять – совершенно не свойственное мне времяпрепровождения.

Желая избавиться от уныния и хандры, я обзвонил друзей и позвал их покататься на коньках.

В основном все были «за», и компания быстро собралась.

Когда выезжал из дома начало смеркаться, а при въезде в город окончательно стемнело.

Городская иллюминация равнодушно подмигивала и фальшиво заигрывала, делая вид, что все прекрасно.

С трудом нашел на парковке свободное место и отправился искать друзей. Они уже приехали и дурачились на льду, хватая за руки и кружа девчонок.

При виде меня, мужики оставили девушек в покое и погнались за мной, собираясь поставить подножку. Но когда мне удалось увильнуть, то вернулись к подругам.

Я окинул взглядом пеструю стайку – все знакомые, хотя… одно лицо показалось новым.

Девушка в светло-голубом комбинезоне отошла от шумной компании и поправляла белую повязку и растрепавшиеся платиновые волосы.

– О, Ромка, – в спину врезался Дэн, так, что я едва не сбил девушку с ног, но смог вовремя затормозить, – Познакомься, это Инга – подруга Алиски.

Я оглянулся – Алиса, забыв о подруге, улепетывала по подсвеченному льду от Алекса – потом повернулся к Инге – светлые, неопределенного цвета из-за сменяющихся бликов глаза, плотно сжатые губы. Она выглядела странно серьезной и не очень вписывалась в бесшабашно веселящуюся компанию.

– Не хотите прокатиться? – предложил я, только чтобы нарушить затянувшееся молчание.

Инга какое-то время оценивающе меня осматривала, словно сомневаясь, можно ли мне доверять, и, видимо что-то решив, кивнула.

Мы прокатились один круг, затем второй. Инга держалась отстраненно, и двигалась аккуратно, а я, хоть и совсем не хотел этого, вспоминал абсолютно расторможенную тебя. Как ты смеялась над моими неуклюжими шутками и принимала условия игры.

Проехав еще пару кругов, Инга сказала, что устала и остановилась. Когда я затормозил рядом, она потирала руки в тонких перчатках и посматривала на празднично светящиеся кафешки. Перехватив ее взгляд, я предложил погреться, и она не отказалась.

Пока пили кофе с пирожным, Инга больше молчала. Кажется, стеснялась. Как она попала в компанию моих шумных и развеселых друзей, для меня было загадкой. Но зато односложные ответы на ее редкие вопросы не мешали полностью погрузиться в свои мысли, которые, конечно же, вернулись к тебе.

Вскоре к нам присоединились остальные, и пришлось включаться в общее веселье. Инга оказалась прижатой ко мне, но, кажется, не была против, только постоянно приглаживала блестящие, как зеркало, волосы, а я вспоминал твои растрепанные кудряшки.

Хоть мы с Ингой и находились в личном пространстве друг друга, она оставалась такой же замкнутой и скованной, поэтому, сославшись на завтрашнее дежурство, я покинул веселящихся друзей и собрался домой. Каково же было мое изумление, когда Инга неслышно подошла, сказала, что я ей понравился и предложила обменяться телефонами.

То, что девушка не вызвала у меня никаких чувств, ничего не значило. Благодаря тебе, я в то время вообще ничего не чувствовал, но она была приятной, и я решил дать нам шанс.

***

На следующий день я даже не вспомнил об Инге, а дежурство, как и надеялся, не оставило времени думать о тебе – новогодние празднования как правило сопровождаются большим количеством травм. Надо ли говорить, что вырвался только на обед.

– Слушай, приезжай завтра с Кристинкой к нам. Все-таки собирались посидеть, – поспешно сметая содержимое тарелки и не замечая ставший привычным запах дезинфекта, с набитым ртом предложил Пашка.

Не очень хотелось распространяться, но приятель слишком пристально всматривался в меня.

– Боюсь, не получится. Кристина уехала домой, – аккуратно ответил я.

– Ну и что? – Пашка непонимающе вскинул брови. – Вызвони ее, и приезжайте. Ведь так и не получилось встретиться.

– Кажется, мы не успели обменяться телефонами, – я невидяще смотрел в тарелку. Белые стены столовой отступили, и я стоял в собственной ванной, в клубах лавандового пара и в хлопьях выплеснутой тобой пены. Телефон делал вид, что он субмарина, а ты, с кожей, глянцево поблескивающая от стекающей потоками воды, и путаясь в мокрых волосах, обвивших тебя темными змеями, торопливо извинялась и шарила по дну ванны.

– Как так? – Пашка даже отложил вилку и буравил меня тяжелым взглядом. – Она на что-то обиделась? Ленка говорила, что она туго сходится с людьми. Кажется, кто-то когда-то сделал ей крупную гадость.

– Не знаю, – я пожал плечами, отгоняя маячащий перед глазами растерянный серый взгляд. – Она ничего не говорила, но когда я вернулся из супермаркета, ее уже не было.

– Вот коза! – Пашка с в сердцах с такой силой воткнул вилку в котлету, что отломившийся кусок упал на стол, оставив жирный томатный след. – Учти, я был против, – он посмотрел на часы, вытер губы