Царствование Людовика XI - Шарль Эдмон Пти-Дютайи

регентшей, а вместе с ней государством управлял кардинал Пьер де Фуа, получавший от Людовика XI пенсию. Это маленькое королевство, обезлюдевшее и разоренное феодальной анархией, было обречено на поглощение Францией либо Кастилией. Фердинанд и Изабелла оказывали мощное сопротивление козням французского короля. Коммин, говоря о влиянии, какое оказывал в Испании Людовик XI, очень справедливо пишет, что часть Наварры делала то, что он пожелает[122]. В самом деле, одна из наваррских клик подчинялась Людовику, а другая — Фердинанду. Что касается осторожной Мадлен, то она вела политику уступок и проволочек. В связи с браками Франциска Феба и особенно его сестры Екатерины, наследовавшей ему в январе 1483 г., происходила ожесточенная дипломатическая борьба. Людовику XI было важно не допустить, чтобы первенец Арагонской династии стал главой дома Фуа.

Род Альбре в Наварре

Наконец, вскоре после восшествия Карла VIII на престол, Екатерина вышла за Жана д'Альбре, предки которого «доблестно служили короне Франции». Эта посмертная победа Людовика XI и завоевание Руссильона заставили Коммина сказать, что имя его повелителя наводило страх на Испанию. Он не мог предвидеть, что эти выигрыши недолговечны и не уравновесят опасности, возникшей из-за объединения Испании, как не предвидел и того, что брак Фердинанда и Изабеллы, а в придачу еще и брак Максимилиана и Марии Бургундской на долгие века поставят под угрозу безопасность Франции и мир между христианами.

Людовик XI и Италия

Людовик XI всю жизнь интересовался итальянскими делами, разбирался в переплетении переговоров, союзов и локальных войн, то успокаивавших, то сотрясавших полуостров. Его обширная переписка с заальпийскими тиранами, на которых он так походил, дает понять, какое удовольствие он получал, распутывая клубок их хитроумных ухищрений и используя их раздоры. Но король избегал авантюр и довольствовался неустанной дипломатической активностью, обеспечившей ему в конечном счете в Италии роль покровителя и арбитра. Правда, в начале царствования казалось, что он предпочтет аннексионистскую политику: Людовик XI взялся возвращать себе Геную, но в 1463 г. отказался от своих прав в пользу любимого друга, Франческо Сфорца. Он даже попытался вытеснить из Асти Орлеанский дом ради того же герцога Миланского, и если нужды борьбы, какую он вел во Франции с мятежными феодалами и в Испании с Арагонским домом, заставляли его поощрять притязания Анжуйцев на Неаполь, тем не менее он ухитрялся не предоставлять им солдат.

Планы Людовика XI насчет Савойи

Возможно, одна только Савойя пробуждала в нем жажду завоеваний. Его брак с дочерью герцога Людовика, брак его сестры Иоланды Французской с наследником престола Амадеем, «очень ничтожное и дурное правление» его тестя и попытки его шуринов, особенно неугомонного Филиппа де Бресса, захватить власть постоянно давали ему поводы для вмешательства: он даже два года (1464–1466) продержал Филиппа в заключении в замке Лош. Потом началось беспокойное регентство Иоланды Французской, правившей во время болезни мужа, эпилептика Амадея IX, и в малолетство сына — Филиберта I. В 1643 г. Людовик заявил швейцарским посланцам: «Говорят, что я желаю господства и владычества над Савойским домом, о чем я никогда не помышлял, сколь бы легко ни было бы мне этого добиться, поскольку все виднейшие бароны Савойи на моей стороне, но я этого не хочу и не намерен туда идти, разве что [меня пригласят] по доброй воле». Какие у Людовика XI были понятия о доброй воле — известно. Независимость Савойи, несомненно, спасли опасности, каким он подвергался в борьбе с Карлом Смелым, а также мужественная твердость Иоланды Французской.

Италия и Карл Смелый

Успехи Карла Смелого в период с 1468 по 1475 гг. ослабили престиж Людовика XI в Италии. Венеция, которой французский король внушил неприязнь, уступив Геную семейству Сфорца, не допустила, чтобы он оказался среди членов Лиги, заключенной 17 июня 1468 г. для сохранения мира на полуострове, и тем самым навлекла на себя морскую войну; платонический реванш за огромный ущерб, нанесенный ее торговому флоту французскими корсарами, она взяла, позволив герцогу Бургундскому формально войти в число ее союзников. Преемник Франческо Сфорца, лицемер Галеаццо, которого Людовик XI эффективно защитил от зависти Венеции, вступил, как мы видели, в сношения с Карлом Смелым, в то же время заверяя французского короля в «доброй и верной любви». Неаполитанский король Фердинанд, еще один коварный властитель, лавировал меж обоих противников: он искал, по его собственным словам, «возможность удовлетворить одну из сторон без того, чтобы этим мы вызвали неудовольствие другой». Иоланда Французская, обеспокоенная набегами швейцарцев и милостью, какую теперь ее брат выражал в отношении Филиппа де Бресса, обратилась к герцогу Бургундскому, и Карл Смелый как раз шел к ней на помощь, когда его разбили при Грансоне. Как только он потерпел поражение, итальянские князья уже только и искали повода, чтобы его покинуть.

Протекторат Людовика XI над Савойей...

Иоланда, которая была «очень мудрой женщиной, истинной сестрой короля»[123], первой стала добиваться дружбы Людовика XI. 27 июня 1476 г. Карл Смелый внезапно приказал ее похитить. Людовик XI, решив бросить все силы на завоевание бургундских владений, проявил великодушие, освободил сестру и довольствовался тем, что в шутку назвал ее «госпожой бургундкой». Не аннексируя Савойю, он отныне обращался с ней как властитель.

...над Миланом...

В Милане после убийства тирана Галеаццо и в малолетство его сына Джан Галеаццо Людовик XI тоже взял управление герцогством под свой контроль и в надежде (впрочем, напрасной) найти в лице брата Галеаццо, Лодовико Моро, покорное орудие французской политики поддержал переворот 1479 г., в результате которого Лодовико стал регентом.

...над Флоренцией

Из всех итальянских князей самыми верными союзу с Людовиком XI оказались Медичи. «Флорентийцы, — говорил король, — всегда выказывали себя истинными и верными французами и не скрывали этого». Страшный кризис, потрясавший их республику с 1478 по 1480 гг., окончательно превратил их в клиентов Франции. Папа Сикст IV, желая отомстить Джулиано и Лоренцо Медичи, поддержал заговор, сплетенный против них семейством Пацци. 26 апреля 1478 г. Джулиано был убит во Флорентийском соборе, но Лоренцо ускользнул от убийц, которые позже были перебиты, — одного из заговорщиков, епископа Сальвиати, в тот же день повесили в его священническом облачении. Папа использовал это как предлог, чтобы бросить на Тоскану своих кондотьеров и кондотьеров своего союзника, короля Неаполя. Тщетно Людовик XI грозил ему созывом вселенского собора и созвал в Орлеане галликанский собор: Сикст IV ставил условием мира изгнание Лоренцо. Наконец, король преодолел его упорство, помирив Неаполь и Флоренцию, и спас дом Медичи, не послав в Италию ни одного солдата.

Людовик XI — арбитр в Италии

Его послы заявляли, что