На изломе десятилетия - Алекс Русских

нужен такой эффект. Тут сразу усилитель и две колонки, небольшие, но орут отлично и звук чистейший. Можно их снять и шире разнести. Кстати, пишет тоже хорошо, микрофон в комплекте, можно сохранить выступление на кассету.

— Да ты чего? — Жуков замигал, — Дорого же.

— Не дороже денег, — отрезал я, — Все в порядке, мне гонорар выплатили, вот и потратил, а то ребята жаловались, что нормального звука нет. Я тут и кассет пару десятков привез.

Ну, а чего? Для меня деньги сравнительно небольшие, а ребята давно жаловались на дубовый звук. В пятницу специально в рамках шопинга в тридцать вторую комиссионку на Садово-Кудринской заехал. Там каких только электроприборов нет, в том числе и из-под полы продавцы могут предложить товар. Я еще пару плееров в «Березке» взял, один отдам Алисе, а второй себе, буду его в качестве диктофона использовать. Кстати, в комиссионке хорошую импортную фотопленку купил, черно-белую и цветную. Там часто сдают, спрос на нее стабильный, вот народ специально из-за границы везет. А то наша не слишком хорошего качества. Нередко бывает такое, что сам снимок по композиции отличный, но никуда не годится — пленка подкачала. Черно-белая еще ничего, вот с цветной проблема.

— Да, по поводу агитбригады. Спасибо, что передал сценарий с Урбаном. Ребята наши уже подготовили выступление, надо бы посмотреть, — напомнил мне Жуков.

— Вот на выступлении и посмотрю, — отказался я, — Я им и тебе полностью доверяю.

В конце разговора сувенир подарил, да ретировался, а то дел еще много. Вышел за дверь, виски помассировал, немного прогоняя боль. Я на Ваню не стесняясь воздействовал, благо он один в кабинете был. Мне он нужен в качестве союзника, так, чтобы у него не зависть при мысли обо мне возникала, а мысль о том, что я с свой в доску парень.

Я и в субботу в Москве еще свою способность вовсю использовал. Ну, а с чего еще интуристовский делавар Возняк вдруг таким откровенным со мной стал? Конечно, то, что он в подпитии был и расслабился, мне помогло, но если бы не надавил, то ничего бы он важного не сказал. Зато теперь он психологически себя моим должником числит, потому как я выслушал и никому ничего не сказал, а ведь он откровенно признавался в нарушении нынешней уголовной статьи 88, она же «бабочка» на криминальном жаргоне. А там вплоть до расстрела. Я еще добавил установку на чувство благодарности, парень у меня в планах присутствует, пригодится. Не с одними же писателями и артистами знаться?

Теперь на занятия, нужно в первый день показаться на лекциях, оказать внимание преподавателям. По пути Веронику Семеновну, англичанку нашу, встретил — духи ей преподнес.

В аудитории наши студенты налетели, всем интересно, что и как. Я по-быстрому мелкие сувениры раздал. Кому сигарет, кому жвачку, девчонкам по пузырьку хороших духов.

Парфюмерия середины 80-х

Только Павлова отказалась от презента, таким ненавидящим меня взглядом окатила, вот прямо сразу видно, что раньше и так меня не любила, а сейчас я ее кровником стал. М-да, это не есть хорошо. Но делать нечего, попробую после Нового Года поговорить, а там уже видно будет, что и как.

Бур сразу на меня внимание обратила. Пришлось вставать и делать краткий доклад о том, чему я учился в Анкоридже, в основном упирая на геологию.

— Ты уже думал над темой курсовой? — поинтересовалась Бур.

— Если вы, Елена Павловна, не возражаете, я бы мог рассмотреть золотодобычу на Аляске. Я собрал довольно много информации, в том числе той, которая обычно не публикуется.

Бур заинтересовалась, решив, что действительно, тема достойная, но попросила сразу после праздников ознакомить ее с материалами.

— Экзамен будешь переносить? — последовал новый вопрос.

— Я у ректора разрешение получил на сдачу сессии в общем порядке. Мне Урбан учебники привез и комплект конспектов ваших лекций за прошлый год.

— Ну, хорошо, я не возражаю, — кивнула головой преподаватель, — Но учти, гонять буду по всем темам, как сидорову козу.

А то я этого не знаю! Обязательно будет, человек она требовательный, но профессионал мощнейший, за что ее и уважаю. После пары задержался, подарил хорошие духи и игрушки для внуков. Для себя бы она не приняла, но от детских вещей отказаться не смогла. Я в шутку попросил не рассматривать мой подарок, как взятку, потому что это не более чем мой знак уважения.

И так вот весь день, заодно и к девочкам в кадровый отдел и в бухгалтерию забежал, тоже по мелочи отдарился из косметики. Людям приятно, нынче губную помаду подарил — уже для девушки праздник, потому как хорошая импортная косметика ценится в СССР весьма и весьма, а товар-то копеечный, если честно.

Косметика 80-х

Разве что на кафедре марксизма-ленинизма меня встретили без особого тепла. Но презенты и там сделал, елей в уши преподавателям налил, и согласие на допуск к экзаменам получил.

День жутко заполошный получился. Из института сразу же в редакцию помчался, там тоже нужно обязательно отметиться, творческие люди — они очень обидчивые. С редактором поболтал, отдал пару статей, фотографу похвастался своими новыми фотоаппаратами. Редактору тоже Паркер старинный — он же коллекционер завзятый, фотографу — несколько кассет хорошей пленки, импортную фотобумагу. Заодно и издательство посетил. Что характерно, там все уже веселые, все налить норовят, целая проблема оказалась — уклониться от чрезмерного хлебосольства, но и не обидеть. Но я вроде справился.

Вроде все с визитами? Да как бы не так. Осталось самое главное и ответственное на сегодня — посещение любимой девушки. Вернулся в общежитие, привел себя в порядок, переоделся и на верном «Запорожце» покатил в общежитие педагогического института, пока еще не поздно и посторонних туда пускают. Я, конечно, там уже давно не какой-нибудь там «Посторонним В.» [1], меня вахтеры в лицо знают, только они все равно после девяти вечера меня в шею погонят.

Никогда бы не подумал, что Алиса способна генерировать визг такой мощности. Постучал в дверь, вошел, девчонки на кухне что-то готовят. Селезнева ко мне спиной стояла с руками в муке, поворачивается, посмотреть, кто там пришел и ка-ак выдаст, меня аж в коридор вынесло и об стену шваркнуло. Стою, в правом ухе пальцем ковыряю, как наиболее пострадавшем, пытаясь слух возвратить и мучительно думаю, что это вообще было. Нельзя