Не могу (не) любить - Мария Свами

Саша облегчённо вздохнула — мама выглядела гораздо лучше: щёки порозовели, в глазах появился живой блеск, а улыбка была такой искренней, какой Саша не видела уже давно.

— Ну, наконец то! — радостно воскликнула мама, заметив дочь. — А мы тут с Любой как раз про тебя говорили…

— Вижу, вы тут веселитесь без меня, — шутливо нахмурилась Саша, ставя пакеты на стул.

— Да мы не без тебя, а про тебя! — рассмеялась баба Люба.

В этот момент в сумке у Саши зазвонил телефон.

— Василий Васильевич, здравствуйте, — ответила она, слегка удивившись. — Что то случилось?

— Нет нет, Александра Максимовна, всё в порядке, — поспешил успокоить её собеседник. — Я просто хотел узнать, когда вы планируете вернуться на работу.

— Господин Петров, я постараюсь вернуться как можно скорее, — ответила Саша, невольно понизив голос, чтобы мама не услышала. — Но, понимаете, моя мама сильно заболела, и я пока должна с ней оставаться.

— О боже, Саша… Я не знал, — в голосе Василия Васильевича прозвучало искреннее участие. — Пусть всё будет хорошо с вашей мамой. Крепкого ей здоровья!

— Спасибо, — тепло поблагодарила Александра. — Я вам обязательно сообщу, как только ситуация стабилизируется.

Мама, которая слышала часть разговора, дождалась, пока дочь завершит звонок, и мягко сказала:

— Сашенька, нам нужно поговорить.

Она взяла дочь за руку и продолжила:

— Тётя Люба предложила мне переехать к ней в дом, пока нога не заживёт. У неё и просторнее, и помощь рядом всегда. Так всем будет лучше: и мне комфортнее, и ей веселее. А ты сможешь приезжать на выходные или когда у тебя будет время. Не придётся бросать работу и сидеть тут целыми днями.

Саша задумалась. С одной стороны, ей хотелось быть рядом с мамой всё время. С другой — она понимала, что это действительно разумное решение.

— Мам, а ты точно этого хочешь? — осторожно спросила она.

— Конечно, милая, — улыбнулась мама. — И не переживай за меня. Люба — моя самая близкая подруга, мы с ней ещё в школе вместе учились. Она обо мне позаботится, вот увидишь.

Баба Люба кивнула в подтверждение:

— Всё будет хорошо, Сашенька. Мы со Светланой Семёновной найдём, чем заняться. Может, даже вязать начнём или цветы на подоконнике выращивать.

Саша посмотрела на них обеих, почувствовала, как напряжение последних дней понемногу отпускает, и улыбнулась:

— Хорошо, мам. Если ты так решила, я согласна. Но я всё равно буду приезжать как можно чаще!

Сергей.

Накануне днём Сергей Викторович вернулся домой и почти полдня, а затем всю ночь провалялся в постели. Он чувствовал себя уставшим и разбитым — словно все силы разом покинули тело. В голове крутились обрывки мыслей, а в сердце затаилась непонятная тоска, тяжёлая и вязкая, будто осевший на дно души туман.

Сон не приносил отдыха. Сергей часто просыпался, вздрагивая от собственных сновидений. Во сне вновь и вновь появлялась Александра: она улыбалась, подходила ближе, целовала его в губы, обнимала так тепло и нежно, что просыпаться не хотелось. Её голос звучал так отчётливо, что на мгновение он верил — она рядом. Но реальность безжалостно возвращала его в пустую квартиру, где тишина давила на уши, а за окном лишь изредка слышался гул проезжающих машин.

Он встал очень рано — ещё до рассвета, когда город только начинал пробуждаться. Тусклый свет пробивался сквозь плотные шторы, отбрасывая на пол неровные полосы. Сергей подошёл к окну, провёл рукой по прохладному стеклу и тяжело вздохнул. Не чувствуя голода, он выпил чашку крепкого кофе, даже не притронувшись к завтраку, и поехал на работу.

Когда он приехал, в офисе было тихо и пусто — никто из сотрудников ещё не появился. Сергей прошёл в свой кабинет, включил боковой свет, который отбрасывал резкий круг на стол, и, не теряя времени, взялся за документы. Он решил поработать, надеясь, что рутина поможет отвлечься от навязчивых мыслей. Но буквы расплывались перед глазами, а строчки сливались в одну сплошную линию.

Через час в приёмной послышались шаги — это пришла Ольга. Она вошла в офис, замерла на мгновение, увидев, что господин Орлов уже вовсю трудится. Её глаза расширились от удивления: обычно босс появлялся позже, да и выглядел куда более бодрым. Она невольно поправила блузку и тихо проговорила:

— Доброе утро, Сергей Викторович…

— Ольга, позовите мне Петрова, — резко бросил Орлов, не отрываясь от бумаг.

Ольга тут же связалась с Василием Васильевичем и пригласила его к шефу на аудиенцию. Через несколько минут Петров уже стоял на пороге кабинета.

— Здравствуйте, Сергей Викторович, — вежливо произнёс он, входя и аккуратно прикрывая за собой дверь.

— Проходите, Василий Васильевич, — спокойно сказал Орлов и подошёл к окну, глядя на просыпающийся город. — Скажите, Александра Максимовна уже вернулась?

— Нет, Сергей Викторович, ещё не вернулась, — ответил Петров, слегка нахмурившись.

— Я не понимаю, почему сотрудники отсутствуют на работе так долго, когда столько важных дел! — голос Орлова зазвучал громче, в нём появились раздражённые нотки. Он резко повернулся к собеседнику, и в его глазах мелькнуло что то тревожное.

— Ну, господин Орлов, давайте я свяжусь с ней и уточню, как долго она ещё будет отсутствовать, — предложил Василий Васильевич, стараясь говорить ровно и спокойно.

— Хорошо. Связывайтесь. И потом мне доложите, — удовлетворённо произнёс Сергей Викторович, снова усаживаясь за стол.

Василий Васильевич внимательно посмотрел на генерального директора — на его бледное лицо, тёмные круги под глазами, напряжённую позу. Он слегка улыбнулся, как будто что то понял про себя, и молча вышел из кабинета.

Оказавшись в коридоре, Петров достал телефон и набрал номер Саши. После пары гудков она ответила. Василий Васильевич вежливо поздоровался и уточнил, когда она планирует вернуться на работу. Саша объяснила, что уехала к матери — та серьёзно заболела, и сейчас ей нужна помощь дочери. Голос девушки звучал устало, но твёрдо.

Вернувшись в кабинет к начальнику, Петров передал содержание разговора:

— Александра Максимовна ухаживает за матерью, она серьёзно больна. Саша вернётся, как только сможет.

Сергей Викторович замер. Внезапно его охватило чувство стыда. Он вдруг отчётливо осознал, что нервничал из за отсутствия Алекс, не зная истинной причины. Всё его раздражение и недовольство показались ему сейчас мелочными и неуместными. Перед глазами всплыло лицо Александры — её улыбка из сна, такая живая и настоящая.

— Василий Васильевич, прошу вас, не говорите госпоже Сергеевой, что это я просил вас ей позвонить, — тихо произнёс Орлов, опустив взгляд.

— Хорошо, — согласился Петров с мягкой улыбкой и вышел из кабинета, аккуратно притворив за собой дверь.

Оставшись один, Орлов злился на самого себя. Раздосадованный собственной