«Синао» - «промывание мозгов» - Михаил Георгиевич Степанов

3. Развертывание движения на фабриках в основном не должно влиять на производство, запрещается приостанавливать работу для ведения больших собраний по критике Линь Бяо и Конфуция.

4. В деревне при условии, если это не влияет на весенние полевые работы, и в зависимости от обстановки большие собрания по критике Линь Бяо и Конфуция проводить три раза в неделю, главным образом в вечернее время.

5. В армии и на фронте культуры и образования необходимо проводить глубокую критику, через день проводить большие собрания и каждый день собрания, учебы и обсуждения.

6. Должным образом вести работу по критике Линь Бяо и Конфуция среди молодежи, отправленной в сельские и горные районы, чтобы молодежь могла спокойно работать в деревне.

7. Сосредоточить наступление на ревизионистские пролиньбяоские элементы и твердолобых, которые составляют 5 процентов населения (5 процентов населения КНР — свыше 40 миллионов человек. — М. C.).

8. Держать под наблюдением лиц, относящихся к пяти категориям (согласно маоистской пропаганде — бывшие помещики и владельцы предприятий, богатые крестьяне, правые элементы и контрреволюционеры. — М. C.), предотвращать их провокации и контрнаступления. Произвести проверку прописки, ликвидировать „черных людей“ с „черной пропиской“».

Авторы этого документа, хотели они того или нет, показали в нем, какое брожение умов царит в Китае, какие противоречия раздирают страну, какому упорному «промыванию мозгов» подвергают население Китая.

Вместе с тем авторы документа явно стремились заранее снять с себя ответственность за насилие, которое неизбежно возникнет в ходе кампании («борьба силой», «самосуд»), насилие, которое они сами провоцировали. Они пытались также снять с себя ответственность за тот вред, который кампания нанесет экономике страны.

Но, увы, инициаторам кампании не удалось избежать ни вреда экономике, ни взрывов массового насилия. И эти факты вынужден был признать вскоре сам ЦК КПК. Мы имеем в виду уже упоминающийся нами другой его документ — «Документ ЦК КПК № 21», изданный 1 июля 1974 года и распространенный в Китае вплоть до уездов.

В нем отмечалось и невыполнение государственных планов за первое полугодие 1974 года многими крупными предприятиями, и огромные затруднения, возникшие в угольной промышленности и на железнодорожном транспорте, и саботаж в промышленности и сельском хозяйстве, и наличие в стране целых банд грабителей, воров и убийц, и вражда различных группировок. «Сегодня группы устанавливают нелегальные контакты с другими группами за пределами своих районов или вступают в борьбу друг с другом… Они открыто призывают к прекращению работы», — говорилось в «Документе ЦК КПК № 21».

Такие вот плоды приносят маоцзэдуновские массовые кампании. И все-таки они продолжают следовать одна за другой. «Промывание мозгов» не прекращается. Интенсивность обработки людей в маоцзэдуновском Китае всегда была очень высока. Так, 15 июля 1975 года радиостанция Внутренней Монголии,[13] касаясь изучения очередного «указания» Мао Цзэ-дуна, заявила: «Чтобы хорошо осмыслить это указание, люди недосыпают и недоедают».

Само здоровье людей приносится в жертву «промыванию мозгов»!

«И-чжан-и-чи»

Мао Цзэ-дун в своей внутренней политике всегда стремился варьировать периоды напряженности и разрядки, внешнего показного спокойствия и откровенных свирепых чисток, идеологического послабления и яростного давления. Этот прием очень и очень не нов. Им пользовались китайские императоры седой древности. В старинных китайских книгах он получил название «и-чжан-и-чи» (напряженность и разрядка). Журнал «Хунци» в передовой статье, опубликованной в мае 1973 года, возводил этот прием императорской политики в ранг «закона революционной борьбы»: «Председатель Мао… говорит о теории чередования напряженности и разрядки („и-чжан-и-чи“) и наглядно объясняет один из законов революционной борьбы». А в следующем году, касаясь той же темы, «Хунци» пошел еще дальше и высказался в том духе, что этот прием не что иное, как подлинный диалектический материализм — классический пример того, как древняя китайская мудрость претворяется в марксизм.

На практике использование приема «и-чжан-и-чи» означало, что страна попадала то под ледяной, то под горячий идеологический душ. Это выбивало людей из колеи, притупляло их бдительность и превращало в более легкую добычу политических манипуляторов. Мао Цзэ-дун многократно пользовался этим коварным приемом. Ограничимся одним примером.

C начала 1965 года китайские власти допустили некоторые идеологические и бытовые послабления. Было сокращено количество политических собраний, меньше времени уделялось политзанятиям. Власти полуофициально давали понять, что можно немного больше, чем обычно, тратить денег на одежду и сладости, что за это никто не подвергнется критике. А «Жэньминь жибао» 21 июня 1965 года даже выступила с передовой статьей, озаглавленной «Чередовать работу и досуг». Газета напоминала населению страны о том, что оно должно еще и отдыхать. Случай воистину редкий.

Короче говоря, во внутренней политике наступало явное потепление. Простые китайцы немного распрямили натруженные плечи, облегченно вздохнули… Люди хоть какое-то время могли принадлежать сами себе. Постылое «промывание мозгов» поуменьшилось… Откуда было знать людям, особенно молодым, что Мао Цзэ-дун в очередной раз прибегает к приему «и-чжан-и-чи»? Откуда было знать им, что короткая оттепель обернется для них совсем скоро долгой суровой зимой «культурной революции»?

Так вот выглядит, наверное, такой же старый, как сама власть, прием «и-чжан-и-чи». Он рассчитан на то, чтобы дать людям время от времени облегченно вздохнуть, но не позволяет им ровно, спокойно и глубоко дышать сколько-нибудь продолжительное время. Поэтому, как правило, пульс у Китая учащенный, дыхание неровное. Мао Цзэ-дун намеренно держал страну в состоянии почти не прекращающейся политической и психологической лихорадки: так ею легче управлять, так ему легче было ловить рыбку в мутной воде политических кампаний.

Как утверждали пекинские идеологи, кампании проводятся, в частности, для того, чтобы «воспитать нового человека». Что же, присмотримся поближе к некоторым приемам этого «воспитания», к психотехнике «промывания мозгов».

«Митинги борьбы»

Прежде всего поговорим о так называемых «митингах борьбы», этом поистине иезуитском изобретении пекинского руководства.

Каждая новая кампания выдвигала новые жертвы. В них никогда не бывало недостатка. Так же как в обвинениях, которые им можно предъявить, в ярлыках, которые на них можно повесить. Эти вот жертвы противопоставляются «революционным массам», то есть коллективу, общему собранию и т. д. «Виновность» жертв считается заранее доказанной. Хотя доказательств в юридическом смысле этого слова как раз никто и не собирал. А в