Запутанный мозг. Путеводитель по нейропсихологии - Ники Хейз

с рождения живущие среди природы и находящиеся в постоянном контакте с ней, обычно обладают очень острым обонянием. Аборигены Австралии, например, традиционно воспитывают у своих детей навыки определения и распознавания явлений окружающего мира по запаху – вроде того, как дети, живущие в индустриальном мире, с рождения развивают слух и зрение с помощью ритмов, красок и картин. Английский язык – это продукт индустриального мира, поэтому многие слова в нем описывают этот мир. Однако слов в языке недостаточно для описания того, что собой представляет и что в себя включает принятая у аборигенов тренировка обоняния. Зная, каких возможностей можно достичь через пластичность мозга и как совершенствуется мозг с помощью тренировки, можно со всей определенностью сказать, что распознающая запахи обонятельная кора у придерживающихся традиционного воспитания австралийских аборигенов развита гораздо лучше, чем у типичного европейца. По крайней мере, в ней значительно больше нейронных связей.

Вкус

Часто мы слышим, якобы вкус и обоняние неотделимы: мол, если нос заложен, то и вкуса нет, и любая еда кажется на вкус одинаковой. Однако вкус (а точнее, вкусовое ощущение) все же не тождественен обонянию: мало того, что вкусовые рецепторы отличаются от обонятельных, но и управляют обеими этими функциями различные части мозга. Однако они действительно тесно связаны между собой, поскольку в горле находятся клетки, распознающие запах, и эту информацию они объединяют с той, которая была получена вкусовыми рецепторами, расположенными на языке. Некоторые люди действительно чувствуют, что, утратив обоняние, они утратили и вкус, но на самом деле вкус просто стал гораздо более слабым, поскольку они в основном полагаются на свое вкусовое ощущение там, где привыкли дополнять его запахом. Те, кто в меньшей степени полагается на чувство обоняния (а это, как правило, люди, страдавшие в детстве хроническим катаром или перенесшие инфекцию носоглотки), даже схватив простуду, не испытывают особых проблем с вкусовыми ощущениями, поскольку давно уже привыкли концентрироваться только на них.

Вкус начинается с вкусовых рецепторов, часто называемых вкусовыми сосочками. У нас во рту тысячи таких рецепторов: большинство из них расположены на бугорках в передней части языка, а другие – в задней его части и по сторонам, а также на нёбе и в полости горла. Исследователи расходятся во мнениях относительно того, сколько всего типов рецепторов существует. Одни считают, что основных рецепторов пять: на соленое, сладкое, кислое, горькое и умами (вкус высокобелковых веществ, мяса или бульона); другие же полагают, что таких рецепторов шесть, добавляя к вышеперечисленным пяти еще один – на жирное. Различные сочетания рецепторов позволяют нам определять широчайший спектр вкусовых ощущений, причем как приятных, так и неприятных.

С точки зрения человеческого опыта на вкус, разумеется, влияют и многие другие факторы. Выше мы уже рассказали о том, как запах способен воздействовать на вкус, но он с таким же успехом может воздействовать и на температуру пищи, на ее плотность, остроту («жгучесть» перца чили или горчицы) и «прохладность» (вроде той, которую создает во рту мята). Не забудьте добавить к этому и чисто социальные факторы: едите вы с друзьями или в одиночестве, находитесь в шикарном ресторане или устраиваете торжественный обед дома и прочее и прочее, – из чего с очевидностью следует, что вкусовые ощущения могут быть мощным мотиватором нашей жизни.

Вкусовые рецепторы состоят из специализированных клеток, откликающихся на различные комбинации веществ посылкой электрического импульса, который они передают по афферентному (центростремительному) нерву в костный мозг. Эта прямая связь с костным мозгом указывает на древнее происхождение вкуса: как говорилось выше, вкус, вероятно, был одним из первых «внешних» чувств; а костный мозг, о котором говорилось в главе 1, был одной из самых древних частей мозга, подвергшихся эволюции. Из костного мозга вкусовая информация передается в зону на задней стороне таламуса, которая, в свою очередь, соединена с первичной вкусовой корой.

Исследования вкусовой коры показали, что она состоит из двух частей: лобной покрышки в основании лобных долей и передней островковой доли, расположенной в подвернутой вниз части лобной доли. Однако обе части переходят одна в другую и работают, судя по всему, сообща, а не раздельно. Нейроны в этой зоне, судя по результатам экспериментов, реагируют на соленые, сладкие, кислые и горькие вещества, что видно по степени активности, с которой они реагируют на ярковыраженный вкус этих веществ. Исследования реакции вкусовых нейронов на различные стимулы показали, что вкусовые нейроны связаны с другими нейронами, вызывающими чувство удовольствия, причем связанного как со вкусовыми ощущениями, так и с похвалой, вознаграждением и прочими отличиями. Отсюда следует, что наша реакция на вкус (на то, находим мы его приятным или неприятным) является изначальным аспектом этого чувства, а не поздней эволюционной добавкой.

Все это, безусловно, связано с эволюционным предназначением вкуса, суть которого в том, чтобы мы были настороже относительно той пищи, которую принимаем внутрь, и умели определять, вредна она для нас или полезна. Сладость обычно указывает на пищу, придающую нам энергии и сил, тогда как горечь указывает на потенциально ядовитые или токсичные субстанции, которых лучше избегать. В природе одновременно жирные и сладкие продукты встречаются крайне редко, хотя как источники питания они очень полезны. Вот почему, считают ученые, пищу, сочетающую в себе сахар и жиры (пирожные, пудинги, сладкие закуски и прочее), мы находим крайне привлекательной. Но в современном мире наблюдается избыток всевозможной пищи и разных продуктов питания, поэтому нам не следовало бы упиваться этими источниками энергии. Но мы, однако, ими упиваемся и делаем это потому, как считают некоторые исследователи, что вкус к ним мы унаследовали из эволюционного прошлого.

Вкус, как известно, воспитывается традициями и культурой. Великое разнообразие вкусовых ощущений, поставляемое различными культурными сообществами, только добавляет радостей жизни в том многокультурном мире, в котором мы живем. Одни культуры отдают предпочтение крайне острой еде, тогда как другие предпочитают более сладкую пищу или пищу, отличающуюся вкусовым разнообразием. Но во всех культурах избегают вкусовых ощущений, создаваемых вредными для организма соединениями. Вот еще одна ценность пробы на вкус в борьбе за выживание: она заставляет нас избегать продуктов питания, которые для нас вредны или ядовиты. Хотя в различных культурах у людей различные вкусовые предпочтения, и к одной и той же пище они могут относиться по-разному, однако горькую на вкус пищу все они находят равно неприятной. Частично это объясняется тем, что горечь обычно указывает на присутствие в пище азотистых соединений, которые могут причинить немалый вред организму при употреблении в большом количестве. Неспелые ягоды или фрукты и некоторые растения тоже могут быть ядовитыми, поэтому и на