Семь слонов - Игорь Патанин

В этот момент в наушнике раздался голос Дорохова:

— Анна, ты должна это увидеть! В его телефоне — переписка с контактом под именем «С.». Судя по всему, это и есть наш «Стратег».

Анна поспешила обратно. Дорохов протянул ей телефон Кравченко, на экране которого была открыта переписка в одном из защищенных мессенджеров.

«Объект С.В. проявляет нестандартную реакцию на препарат. Наблюдается частичная резистентность».

«Это ожидаемо. Продолжайте наблюдение. Её ДНК содержит уникальные маркеры».

«Доктор К. настаивает на применении протокола V-18. Считаю это преждевременным».

«К. получила разрешение. V-18 в её распоряжении. Вы отвечаете за сбор данных. В случае нейтрализации объекта — обеспечьте сохранность тканей для последующего анализа».

Последнее сообщение было отправлено всего час назад.

— Боже, — выдохнула Анна. — Они говорят о Софье как о подопытном образце. Как о вещи.

— И похоже, что этот «Стратег» — научный руководитель всей программы, — кивнул Дорохов. — Он дает указания, одобряет планы, контролирует процесс. Но делает это дистанционно.

— Проверь, есть ли в телефоне фотографии этого человека. Или голосовые сообщения. Что-то, что поможет нам установить его личность.

Дорохов пролистал переписку, затем проверил галерею и диктофон.

— Только текстовые сообщения. Никаких фото, никакого голоса. Он очень осторожен.

— Тогда проследи по метаданным. Откуда приходили сообщения? Может быть, геолокация?

— Шифрование на высоком уровне, — Дорохов покачал головой. — Нужны специалисты, чтобы взломать.

— Хорошо, — Анна взяла телефон и спрятала его в специальный контейнер для улик. — Отправим в лабораторию. Может быть, они что-то найдут.

Внезапно в наушниках раздался голос командира группы спецназа:

— Внимание всем! Обнаружен подземный уровень! Повторяю: под основным подвалом есть ещё один уровень! Вход замаскирован за фальш-стеной в архиве!

Анна и Дорохов переглянулись.

Замаскированный вход в подземный уровень находился в дальнем конце архива, за массивным шкафом с документами. Только случайность помогла обнаружить его — один из спецназовцев, помогая эвакуировать документы, оперся о шкаф, и тот неожиданно отъехал в сторону, открывая узкий проход.

Анна и Дорохов спустились по крутой металлической лестнице. Воздух здесь был сухим и прохладным, пахло озоном — как в серверной. Тусклое аварийное освещение бросало красноватые отблески на стены.

— Похоже, система затопления сюда не распространяется, — заметил Дорохов. — Значит, здесь хранится что-то действительно важное.

Коридор привёл их в просторное помещение, заставленное серверными шкафами и компьютерным оборудованием. Несколько мониторов на стенах отображали графики и диаграммы, смысл которых было сложно понять с первого взгляда.

— Центр обработки данных, — Анна осмотрелась. — Здесь они хранили результаты своих экспериментов.

— И не только, — Дорохов указал на дверь в дальнем конце серверной. — Там ещё что-то.

Они прошли через серверную и оказались в следующем помещении, напоминающем личный кабинет. Просторный стол из тёмного дерева, эргономичное кресло, книжные полки, уставленные научными журналами и монографиями. На стене — большая карта мира с разноцветными флажками, воткнутыми в различные точки.

— Чей это кабинет? Кравцовой? — предположил Дорохов, осматривая бумаги на столе.

— Не думаю, — Анна покачала головой. — Взгляни на эти книги. Большинство на английском, немецком, японском. И почерк в заметках совсем другой — не такой, как в бумагах Кравцовой, которые мы видели наверху.

Она подошла к столу и включила стоящий на нём ноутбук. Экран загорелся, запрашивая пароль.

— Попробуй подключить к нему телефон Кравченко, — предложила Анна. — Возможно, там есть что-то, что поможет обойти защиту.

Дорохов достал смартфон покойного и подключил его к ноутбуку через USB-кабель. К их удивлению, это сработало — экран мигнул и открыл доступ к системе.

— Похоже, в телефоне был сохранён ключ авторизации, — пробормотал Дорохов. — Повезло.

На рабочем столе ноутбука было всего несколько иконок. Одна из них привлекла внимание Анны — файл с названием «Протокол «Семь слонов».

— Взгляни, — она указала на иконку. — Это же их программа. Весь проект.

Дорохов открыл файл. На экране появился многостраничный документ с подробным описанием экспериментов, целей программы, достигнутых результатов и планов на будущее.

— Господи, — выдохнул он, пролистывая текст. — Всё гораздо масштабнее, чем мы думали. Это не просто эксперименты на случайных людях. Это целая программа по созданию… послушной элиты? Людей с программируемым сознанием?

— Скопируй всё, — Анна уже доставала из кармана свою флешку. — Каждый байт информации. Это будет ключевым доказательством.

Пока Дорохов занимался копированием, Анна продолжила осмотр кабинета. На одной из полок она заметила странный предмет — стеклянный кубический контейнер, внутри которого, словно в миниатюрном музее, стояли семь фарфоровых слонов. Белый, синий, зелёный, красный, жёлтый, фиолетовый и оранжевый — полная коллекция.

Рядом с контейнером лежала небольшая книжка в кожаном переплёте. Анна осторожно взяла её. На обложке тиснением был изображён слон и инициалы: «М.З.». Она открыла книжку и обнаружила, что это личный дневник, записи в котором велись аккуратным, убористым почерком.

«12 марта. Кравцова докладывает о прогрессе в разработке препарата V-15. Смертность снизилась до 12 %. Это приемлемый показатель, учитывая масштабы трансформации. Беркут проявляет нетерпение, хочет расширить программу, но я настаиваю на осторожности. Этап внедрения в ключевые структуры должен проходить постепенно, без спешки».

«29 апреля. Тревожные новости. Один из трансформированных (объект R-7) проявляет признаки дестабилизации. Частичное восстановление исходной личности, сопротивление установкам. Кравцова уверяет, что это временно, но я сомневаюсь. Если сбой в программировании возможен — мы должны выявить причину и устранить её».

«15 мая. Визит в «Питомник». Объект R-7 нейтрализован. Вскрытие подтвердило нарушения в синаптических связях префронтальной коры. Необходима корректировка формулы. Беркут становится всё более неуправляемым, увлечён собственными идеями. Придётся ограничить его доступ к программе».

«3 сентября. Новый объект привлёк наше внимание. Шестнадцатилетняя девочка, Софья Величко. Предварительные тесты показывают высокую нейропластичность и необычный паттерн активности в лимбической системе. Идеальный кандидат для V-17. Беркут взялся за подготовку через мать объекта».

«17 ноября. Полиция проявляет интерес к деятельности «Беркута». Следователь Свиридова умна и настойчива. Возможно, стоит рассмотреть её как потенциальный объект для программы? Ценный кадр при правильном программировании».

Последняя запись была датирована вчерашним днём:

«19 ноября. Ситуация вышла из-под контроля. Беркут арестован, существует угроза разоблачения программы. Инициирован протокол «Чистая вода» — эвакуация ключевых сотрудников и данных из «Питомника». Кравцова продолжит работу в резервной лаборатории. Особый интерес представляет образец ДНК объекта С.В. — там может быть ключ к улучшению стабильности трансформации».

— Анна! — голос Дорохова оторвал её от чтения. — Я кое-что нашёл. Взгляни.

Он указал на экран ноутбука, где была открыта папка с видеофайлами. Один из них назывался «Трансформация. Соколов И.Д. Финальная фаза».

Анна подошла ближе. Дорохов запустил видео.

На экране появилось изображение уже знакомой им лаборатории — той самой, где они обнаружили Соколова в кресле. На записи Игорь был в