Рабыня Шейха. Пепел надежды - Ульяна Соболева

они живут здесь, как змеи в кустах. Я знаю, что они шепчут обо мне, но не говорят это в лицо. Это хуже, чем прямые оскорбления. Это будто ты стоишь на краю обрыва и не знаешь, толкнут тебя или нет.

Что-то изменилось. Это невозможно не заметить. Я больше не слышу "рыжая" с насмешкой за спиной. Никто не кидает в меня оскорбления. Я даже слышу "госпожа" от одной из служанок. Госпожа. Я? Я даже не знаю, как на это реагировать.

Но вместо радости я чувствую тревогу.

"Я не верю в тишину. Я не верю в доброту."

Я больше не могу позволить себе расслабиться. Я слишком хорошо знаю это место. Оно умеет притворяться, играть в доброту и милосердие, но за этим всегда что-то скрывается. Я чувствую это в воздухе. Он густой, как дым, который ты не можешь выдохнуть.

Я сажусь на край кровати и кладу голову на руки.

"Что теперь? Что они задумали? Почему всё так затихло? И почему мне так страшно?"

Я слышу свои собственные мысли, как крик в пустоте. Эта тишина разрывает меня. Не унижения, не насмешки. Тишина.

И в этой тишине я слышу своё сердце. Оно бьётся слишком громко, слишком быстро. Оно напоминает мне, что всё, что я видела, всё, что со мной сделали, — это ещё не конец.

"Я не верю, что это закончилось. И я не верю в мир. Этот дворец не создан для мира. Здесь нет места для света."

Но я знаю одно: это затишье не навсегда. Буря приближается. Я чувствую её шаги. Она ещё не здесь, но она уже бросает тень.

"И мне придётся выжить снова. Потому что я не могу позволить себе проиграть."

***

Я не поверила своим глазам.

Служанка, худенькая девушка с опущенными глазами, вошла в мою комнату и положила на стол аккуратно сложенное платье. Я узнала это платье, каждую его деталь. То самое платье, которое я носила, когда только попала в этот дворец. Когда я была кем-то… кем-то ещё. То самое платье, которое мне подарили в самом начале.

Моя первая мысль была странно резкой и пустой: "Его не вышвырнули не сожгли?"

Я подошла ближе, как будто не верила, что это действительно моё. Пальцы касались ткани медленно, осторожно. Всё было точь-в-точь, как я помнила. Слишком идеально. Кажется, даже запах оставался тем же — тонкий аромат жасмина, который был моим любимым когда-то.

"Как будто ничего не изменилось."

Но я знала. Всё изменилось.

Я смотрела на это платье, и воспоминания вспыхнули передо мной, словно кто-то открыл дверь, которую я пыталась держать запертой. Тот день, когда оно исчезло, был днём, когда моя жизнь тоже исчезла. Когда меня раздели до нитки, не оставив даже чувства собственного достоинства. Когда я стала игрушкой всевластного монстра.

И теперь это платье снова передо мной. Почему?

Я резко подняла голову, взглянув на служанку, но та быстро отвела взгляд.

— Кто сказал тебе принести это? — мой голос звучал резче, чем я ожидала.

Девушка вздрогнула, но ответила тихо, почти шёпотом:

— Мне приказали, госпожа.

Госпожа. Опять это слово. Оно звучало, как издёвка, как что-то чуждое, что теперь не принадлежало мне.

— Кто приказал? — я сделала шаг ближе, но она только покачала головой, не глядя на меня.

— Фарида… а ей приказал Шейх.

Эти слова застряли в воздухе, тяжёлые и громкие, как удар гонга. Моё дыхание сбилось. Шейх. Это он приказал вернуть это платье.

"Зачем? Почему?"

Я опустила взгляд на ткань. У меня внутри всё разрывалось. Это был жест, слишком тихий, слишком аккуратный, чтобы быть простым совпадением. Он хотел сказать этим что-то. Но что? Это был знак примирения? Или… Это была ещё одна его игра?

Я не знала.

Моё сердце билось так громко, что казалось, его слышно во всей комнате. Я чувствовала себя раздавленной. Раздавленной этим простым куском ткани, этим тихим знаком, который, возможно, был просто иллюзией.

"Я не могу доверять ему. Я не могу доверять ничему, что исходит от него."

Но, чёрт возьми, этот жест заставил меня задрожать. И я ненавидела это. Ненавидела его за то, что он знал, куда ударить. Ненавидела себя за то, что это платье заставило моё сердце дрогнуть.

Через час в комнату пришли двое слуг. Они ничего не объяснили, просто сказали, что я должна следовать за ними. Я не сопротивлялась, но каждый шаг по коридорам был наполнен тревогой.

Мы остановились перед дверью, которую я знала слишком хорошо. Моё прежнее жилище. Комната, где я когда-то чувствовала себя… собой. Отданная мне, шикарная, огромная, светлая. Они открыли дверь, и я вошла внутрь.

Всё было так, как я помнила. Ничего не изменилось: мягкие подушки, аккуратно расставленные вещи, запах свежих цветов.

Но всё это казалось мне чужим. Как будто это не моё. Как будто я больше не принадлежу этому месту.

— Госпожа, вам выделена Зухра, — сказала одна из служанок, быстро уходя.

Через несколько минут появилась девушка. Я ее знала. Когда-то она отнеслась ко мне с теплотой. И…это кто-то заметил. Как е страшно за тобой наблюдают из каждой щели. Она держала в руках стопку полотенец и халат, который выглядел слишком мягким, слишком дорогим.

— Госпожа, я здесь, чтобы помочь вам, — сказала она тихо, опуская голову.

Я смотрела на неё, чувствуя странное давление внутри. Зачем мне служанка? Почему он решил выделить мне её?

— Не называй меня так, — выдохнула я, но мой голос прозвучал слишком слабо. Она не подняла глаз. – Я уже давно не госпожа…

Зухра положила полотенца и халат на кровать, будто не услышав моих слов. Её движения были чёткими, осторожными. Она ушла так же быстро, как появилась, оставив меня одну в этой комнате, где стены будто сжимались вокруг меня.

Я села на край кровати, чувствуя, как мои руки дрожат.

"Зачем он делает это? Почему он возвращает мне всё, что забрал?"

Это не было похоже на извинение. Это было что-то другое. Что-то, что я не могла понять. Он играет в свою игру… а я должна играть в свою. Это первые шаги обратно…туда откуда меня скинули. Но разве это место может быть спокойным?

"Я не могу позволить себе расслабиться. Не могу позволить себе снова поверить."

Я провела рукой по мягкой ткани халата. Моё сердце дрожало, как и мои пальцы. Всё это — вещи, которые он забрал. Теперь он их возвращает. Но он