Тренер Гильдии Фамильяров - Сергей Харченко

Денис первым прервал тягостное молчание. Атлет резко остановился, сделал пару глотков воды, а затем с раздражением откинул бутылку с водой в сторону.

— Какой вообще во всём этом смысл? — процедил он, бросив на меня злой, обиженный взгляд. — Без Муромцева нас размажут по Бетонке в первый же день. У нас нет тяжёлого танка. Нам крышка, тренер.

Я остановился напротив него. В моём арсенале было много ролей. Сейчас требовалось включить жёсткого диктатора. Авторитет, заработанный вчерашним спасением Желешки, давал мне право это сделать.

— Смысл вот в чём, Денис. Ты будешь делать то, что я скажу, — мой голос прозвучал для атлета, словно удар хлыста. — Прямо сейчас. Неон! Барьер!

Барс инстинктивно дёрнулся, но щит не поставил. Он взглянул на меня красивыми глазами, затем повернулся к Дэнни. Питомец ждал подтверждения команды от своего хозяина.

Атлет поджал губы, но всё же положил руку на холку зверя и кивнул. Хрустальная броня вспыхнула с характерным звоном.

— Я вывел на браслет ваши показатели, — поднял я руку со смарт-браслетом, активируя голограмму. — Ядро Неона работает на тридцать процентов от номинала. Ты бережешь его, Дэнни. Заставляешь спринтера стоять в глухой обороне. И это неправильно. В общем, мы меняем тактику. С этого момента разучиваем новый приём — «Хрустальный маятник».

— Чего? Маятник? — непонимающе моргнул Денис.

— Ты не ослышался. А суть этого приёма проста, — я начал расхаживать вокруг тандема. — Твой барс слишком лёгкий, чтобы встречать прямой удар вражеского танка. Да и против крупного зверя он может не выстоять.

— Я бы поспорил, — замотал головой Дэнни. — Неон довольно крупный зверь, и он может…

— Ты зря меня перебиваешь. Я ещё не договорил, — с упрёком взглянул я на Ветрова. — Неону не хватает массы, это факт. Значит, он не будет встречать атаку в лоб. Барс должен уходить с линии атаки, в самый последний момент. Буквально за доли секунды до контакта. И сразу же бить в незащищённый бок противника, используя его же инерцию. Понял?

— Да ну, это же бред! Это невозможно рассчитать! — возмутился Дэнни. — Он просто не успеет!

— Успеет, если ты перестанешь дёргать поводок, как будто прогуливаешь болонку, и начнёшь чувствовать его ритм, — жёстко оборвал я его речь, затем повернулся к замершему в стороне потускневшему Белову.

Попробую-ка я применить старый и довольно действенный приём. Может это как-то приведёт в чувство бывшего наставника?

— Артём Сергеевич, запускайте одиночный манекен, — бросил я Белову, обращаясь к нему уже на «вы». — Максимальная скорость!

Бывший тренер услышал свои имя и фамилию. Он так удивился, что не смог скрыть реакцию. Брови бывшего тренера поползли вверх, а глаза слегка округлились. Но он промолчал.

— Дэнни, соберись и работаем! — обратился я к замершему в стороне Денису.

Как бы я не надеялся, как бы Искорка не подбадривала своим шипением Неона, тренировка превратилась в локальный филиал ада. Дэнни раз за разом ошибался с таймингами.

Неон, следуя неуверенным командам хозяина, то отпрыгивал слишком рано, позволяя манекену пролететь мимо целым и невредимым, то запаздывал, получая в ответ от кожаной груши тяжёлые, глухие удары то в правый бок, то в левый.

Барс злился, Дэнни психовал, обильно потея и стирая ладони в кровь о жёсткий поводок.

Я же стоял рядом, непрерывно сканируя состояние зверя. Голографические цифры на браслете плясали: уровень стресса Неона полз вверх, энергия Ядра стремительно падала.

— Не спать, Ветров! — рычал я, перекрывая гул манекена. — Ты опять передал ему свой страх! Сбрось напряжение! Отпусти поводок! Дай ему свободу! Он же гораздо быстрее тебя!

Параллельно я решил загрузить работой Смирнова.

— Костя! Бери вёдра, — указал я щуплому парню в дальний угол зала, уровень которого был ниже относительно остальной поверхности. — Вылей вон туда ровно пятьдесят литров воды! — скомандовал я.

— Ровно? А зачем такая точность? — удивился Костя.

— Делай, что говорю, — пристально взглянул я на парня, и тот, не задавая лишних вопросов, принялся таскать воду из душевой.

Не буду же я ему объяснять, как пришёл к такой цифре. Предел впитывания влаги у слаймов был разным. В мелких слаймов помещалось не больше десяти литров до грани, после которой они благополучно и неконтролируемо превращаются в кисель. Средние слаймы могли в себя поместить до шестидесяти литров, большие — до ста пятидесяти.

Желешка была средним слаймом. С учётом её светло-зелёного цвета, влаги в ней было около десяти литров. Так я и вывел итоговую цифру.

Вскоре в дальней части зала появилась глубокая лужа.

— Задание для Желешки — впитать в себя всю эту влагу, — я указал в сторону воды, медленно растекающейся по полу. — Она должна стать максимально тяжёлой и плотной.

— Просто гениальная тактика, Горай, — язвительно прогнусавил бывший тренер. — Выставим против разъярённых врагов губку для мытья посуды. Ха! Соперники на Бетонке просто умрут со смеху.

— Артём Сергеевич, не отвлекайтесь. А то у вас мешок сейчас упадёт, — заметил я, и бывший наставник вновь замер, услышав уважительное к себе обращение, затем охнул, переключаясь на пульт.

Я же вновь переключился на Желешку. Слайм медленно, с неохотой, опасливо посматривая на Костю, елозил по полу и втягивал в себя жидкость. Экран смарт-браслета показывал, что ядро слайма работало на пределе, пытаясь удержать возрастающую массу.

— Костя, смотри на данные, говори Желешке, чтобы не спешила. Контролируй Ядро, — сухо подчеркнул я.

— Да-да, контролировать ядро, — закивал растерянный парень. — Желешка! Не спеши!

Слайм булькнул в ответ, подтверждая, что услышал хозяина, замедлился.

Искорка пару раз высовывала любопытную мордочку из своей переноски, стоявшей на скамейке. Саламандра внимательно наблюдала за суетой, недовольно фыркала на шумного барса, возмущённо выпускала пузыри в сторону неповоротливой Желешки, а затем снова пряталась, не понимая, зачем я трачу время на этих неумех.

Результаты пришли далеко не сразу. Лишь к концу пятого часа изматывающей работы наметился крошечный, но осязаемый сдвиг.

Денис тяжело дышал и выглядел совершенно вымотанным. Наконец-то он перестал дёргать поводок. Немного отпустил контроль. Летящий на огромной скорости манекен был в сантиметре от морды Неона. И барс, почувствовав свободу, инстинктивно скользнул вправо. Груша со свистом пронеслась мимо него. Зверь извернулся, выкинул лапу в бок манекена.

— Пэ-э-э-эб! — звуковой сигнал разнёсся по залу одновременно с точным ударом Неона.

— Есть! — хрипло выдохнул Дэнни, падая на колени рядом с питомцем. — Да! У нас получилось, Неон!

Я бросил взгляд на браслет. Резкий скачок резонанса. Ядро барса, наконец-то, начало работать правильно, направив энергию в манёвр, а не в глухую защиту.