Жена злодея - Виктория Рогозина

Глава 21. Антарес

Лес древний свои законы знает, и человек свои:

но не всяк закон к добру ведёт, ежели путь не избран верно.

Я открыла глаза, ощущая, как меня укачивает на ходу. Мои веки были тяжелыми, а тело словно налилось свинцом. Я лежала поперек седла, движения лошади передавались через каждую кость, заставляя мышцы ныть. Когда я с трудом повернула голову, заметила, что рядом на другой лошади, так же поперек седла, лежал князь Берендей. Его руки были связаны, как и мои. Мои похитители молчали, не переговариваясь между собой, лишь короткими жестами подавая друг другу знаки.

Час за часом мы двигались сквозь сгущающуюся тьму, пока, наконец, не остановились на привал. Меня бесцеремонно сбросили с седла и посадили у дерева. Рядом положили Берендея, который выглядел безжизненно. Похитители всё также не обращали на нас никакого внимания, будто мы были просто ненужными вещами, привязанными к их плану.

Я прислонилась спиной к холодной коре дерева, пытаясь унять волнение и осознать, что же делать дальше. Внезапно я услышала тихий шепот, который заставил меня вздрогнуть:

- Бежать сможешь, ведьма?

Это был Берендей. Он был в сознании, но его голос был слабым, едва слышным, чтобы не привлечь внимания похитителей. Сердце забилось быстрее, и я едва заметно кивнула, показывая, что поняла его и готова. Мы оба знали, что другого шанса у нас может не быть.

Берендей, казалось, ничего не предпринял, но в следующую секунду его пальцы начали ловко расшатывать узлы на веревках, которыми были связаны его руки. Я наблюдала, как он с удивительной ловкостью освободился от пут. Его движения были осторожными и быстрыми, почти неуловимыми в слабом свете угаснувшего дня. Освободив себя, князь сразу же принялся развязывать мои веревки. Его руки были сильными и уверенными, и вскоре я почувствовала, как ослабли путы, сковывавшие меня.

Похитители, по-видимому, не ожидали от нас ничего подобного. Они были заняты своими делами, сидя у небольшого костра. Один из них поправлял огонь, подбрасывая хворост, а другой нарезал куски вяленого мяса. Они выглядели расслабленными, полностью уверенными в том, что их пленники не представляют никакой угрозы. Эта самонадеянность сыграла нам на руку.

Я, едва ощутив свободу движений, повернулась к Берендею и встретилась с его решительным взглядом. Мы понимали друг друга без слов. Теперь нужно было действовать, и действовать быстро.

Берендей двинулся первым. С быстротой и точностью, он оказался позади одного из похитителей, ударив его по голове рукоятью кинжала. Мужчина рухнул на землю, не успев даже вскрикнуть. Второй похититель обернулся, но поздно — князь уже был рядом, и второй удар также отправил его в бессознательное состояние. Берендей, не теряя времени, забрал свой меч, который лежал у ног одного из мужчин.

Пока князь действовал, я поспешила к лошадям. Быстро развязывая их, я ощутила прилив адреналина. Мы должны были успеть, пока похитители не пришли в себя. Освободив лошадей, я вскочила на одну из них, и в этот момент Берендей уже сел на другую.

Мы бросились в бега, но темень леса была настолько густой, что впереди ничего не было видно. Сложно было понять, куда мы едем, и я ощутила, как нарастающая тревога сжимает сердце. Но в этот момент я щелкнула пальцами, и перед нами зажегся мягкий свет магического шара. Он плыл впереди нас, словно фара, освещая путь и отгоняя тьму. В его свете деревья становились тенями, расступающимися перед нами, и нам удалось двигаться быстрее, избегая опасностей ночного леса.

Как только мы углубились в лес, тьма вокруг нас словно ожила. Из теней послышалось тихое рычание, хруст веток, и земля под копытами лошадей начала дрожать. Внезапно с обеих сторон из леса вырвались темные силуэты — волколаки и вурдалаки. Их глаза светились в темноте, и они приближались к нам с пугающей скоростью.

В этот момент всё пошло наперекосяк. Лошадь подо мной вдруг заржала и взвилась на дыбы. Я попыталась удержаться, но силы оказались недостаточны, и я вылетела из седла, ударившись о землю и покатившись по ней. Боль пронзила тело, но я заставила себя подняться, осознавая, что времени на слабость у нас нет. Вурдалаки уже приближались, обнажая свои острые, как лезвия, зубы.

Берендей, не задумываясь ни на миг, оказался рядом, прикрывая меня своим телом. Его меч был обнажен, и он принял боевую стойку, готовый встретить с врагом лицом к лицу. Казалось, что нас загнали в ловушку, и вокруг нас замкнулся круг из волколаков и вурдалаков, которые готовы были в любой момент ринуться в атаку.

— Я не дам им тебя тронуть, — тихо сказал Берендей, не отводя взгляда от приближающихся чудовищ. В его голосе слышалась уверенность и решимость, но я понимала, что шансы на выживание минимальны.

В тот момент, когда первая волна тварей ринулась на нас, я ощутила прилив магической силы. Я вытянула вперед руки, и от кончиков моих пальцев вспыхнули голубые молнии, ударившие в ближайших вурдалаков. Те завизжали и отпрянули, но за ними уже шли новые.

Берендей начал рубить налетавших волколаков, сдерживая их натиск, но их было слишком много. Мы стояли спина к спине, окруженные со всех сторон. Я чувствовала, что силы быстро убывают, а каждый новый удар и всплеск магии давался мне всё труднее.

— Мы не уйдем отсюда, если не придумаем что-то немедленно, — прошептал Берендей, отбивая очередную атаку.

Но выхода не было видно, и казалось, что тьма окончательно поглотит нас.

Когда тьма сгущалась, и казалось, что спасения нет, я вскинула руки к небу, сосредотачиваясь на своих внутренних силах. Черный дым, густой и плотный, начал клубиться вокруг меня, наполняя воздух тяжестью магии. Это была моя энергия, моя сила — та, что я редко использовала, но которая сейчас была необходима для спасения.

Дым окутал нас с Берендеем, создавая вокруг непроницаемую завесу. Нечисть, почуяв мощь этой силы, замедлила свои атаки, а затем начала исчезать в клубящейся тьме, словно растворяясь в ней. Волколаки и вурдалаки один за другим исчезали в этой чёрной материи, их вопли затихали, пока лес вновь не погрузился в мертвую тишину.

Я опустила руки, и дым начал рассеиваться. Обернувшись, я встретилась с ошеломленным взглядом Берендея. Он стоял неподвижно, его меч опущен, а глаза — пристальные, изучающие, будто он впервые видел меня по-настоящему.

— Это… — начал он, но я, смутившись от его взгляда, быстро ответила:

— Я редко использую магию. Но иногда... бывают ситуации, когда без нее не обойтись.

Берендей кивнул, не