Бастардорождённый - DBorn

Ближе к полуночи Хардинг в первый раз за день смог вздохнуть спокойно. Он, несмотря на усталость, отчаяние и потери, таки довел своих людей до брода, оставалось лишь перейти реку. Лоялисты короны не настолько наглые и самоуверенные, чтобы преследовать его и на том берегу. Да и Железная Дубрава в дне-двух пути.

Остатки войска спешно начали переходить реку. Хардинг с Корбреем остались в тылу, ожидая от северян очередной подлянки. Прошла минута, вторая, третья, но её не следовало. Рыцари Долины уже было поверили, что всё в порядке и проблемы закончились, однако это было не так.

Крик, паника и свист стрел в очередной за день раз разорвали тишину. Из-за деревьев, камней, кустарников полился на переходящих реку град стрел и арбалетных болтов. Стреляли что с левого берега, что с правого.

Люди Амберов, потратившие последние два дня на подготовку засады, наконец могли насладиться сражением, а вместе с ними и Рыцари Белой Гавани вместе с изголодавшимися по битвам тяжёлыми кавалеристами Ройсов. Робб Старк ударил основными силами. И начался бой, в котором вода смешалась с кровью.

* * *

Марширующие на войну или едущие в патруль солдаты почти всегда были прекрасным зрелищем. Ровные ряды марширующей пехоты с поднятыми к небу копьями, большими щитами на спине и топорами на поясе внушали не меньше, чем гораздо более малочисленные кавалеристы. Блеск вычищенного оружия, узоры на щитах и знамёнах, геральдика дворянских домов на броне — за этим можно было наблюдать почти бесконечно. Вот только вид поверженного войска почти всегда был печальным.

— Жалкое зрелище, — дал свой комментарий увиденному лорд Джорах.

Уставшие, раненые и униженные солдаты, с ног до головы измазанные в грязи, крови, пыли и чем-то похуже, редко могли шагать в колонне. Оружие у пленных изымалось, доспехи и ценности, очевидно, тоже. Трофеи — неотъемлемая часть каждой войны, однако сильнее всего многих солдат беспокоила отнятая воинская гордость. Пленные долинники, измотанные защитой лагеря, ночным переходом и кровопролитным боем, всё равно пытались держать строй и идти в колоне. Этого северяне отнять у них не могли.

— Вы так думаете? — спросил у него Робб Старк.

Двое мужчин наблюдали, как кавалеристы сопровождают захваченных пленных обратно на восток. Места в темницах Рунстоуна, Редфорта и Серой Лощины вполне хватит на всех.

— Это третья война на моём веку, милорд, и, скорее всего, не последняя. Мало что внушает солдату больший страх, чем лобовая атака тяжёлой кавалерии противника. Заставить себя убивать этих богов войны легче, чем смотреть, как они превращаются в это.

— Каждый из них отправился на войну, ища что-то. Кто подвиг, кто боевую славу и трофеи.

— Другие отправились воевать по зову долга, милорд.

— Вы позвали меня поговорить о долге, лорд Джорах?

— О верности, милорд.

— Можете начинать, — Мормонт криво усмехнулся.

— Как вы знаете, дом Мормонт обязан Старкам почти всем, что имеет. Остров, титулы, положение — всё это нам даровал Родрик Старк.

— А в ответ дом Мормонт вошёл в число наиболее верных и важных знаменосцев Старков.

— Истинно так. Эту верность привил мне отец и я сделал всё, чтобы привить её вашему брату и моей кузине. Однако за пять сотен лет Старки могли забыть, что верность тверда, пока она обоюдна.

— У меня есть повод сомневаться в вашей верности, лорд Джорах?

— Нет. Дом Мормонт привел людей на эту войну, как на все другие, моя тётя назвала дочь в честь леди Лианны, а кузина — первенца в честь короля Родрика. Но в ответ вы послали Дейси и лорда Джона в самое пекло.

— Многие из лордов готовы вцепиться друг другу в глотки, чтобы возглавить авангард. Трудно найти право почетнее, чем первым пролить кровь противника.

— Верно, милорд. Ваш брат достоин этой чести, но отправлять его в бой после бессонной ночи, проведённой в вылазке… Вы очень плохи в интригах, милорд.

— Ваши обвинения… — зашипел Старк.

— Поверьте, не только Мормонты заметили неладное между вами, — перебил его Джорах. — В преддверии истинной войны Северу удалось забыть о старых обидах. Он един и силен, как никогда раньше: Болтоны верны, с помощью Лиры с ними можно договориться, Рисвеллы и Дастины отважно проливают кровь за дом Старк, Север примирился с одичалыми и пустил их за Стену. Я не знаю, что вами движет, милорд, обиды, подозрения или обыкновенная зависть, но знаю, что вы рискуете разрушить все достижения вашего отца и брата.

Глава 56

Арья Старк часто представляла себе войну, равно как и многие дети. В их неокрепших умах война — прекрасная возможность заполучить желаемое, начиная от вещей возвышенных, будь то подвиг, боевая слава, свобода или радужное будущее и заканчивая более приземлёнными: банальное солдатское содержание или трофеи с известностью.

Что может быть проще молниеносного победоносного шествия бравых солдат родного королевства, сражающихся за всё хорошее против всего плохого? Благородные воины в сияющих доспехах, словно только что закончившие маршировать на параде, бросятся в бой против превосходящих числом орд врагов и непременно победят, закончив войну одним решающим ударом, а дальше звон фанфар, бардовские песни и триумфальное возвращение домой к семьям.

Грёзы о прекрасной войне не учитывали довольно много различных факторов, зачастую хорошо знакомых любому ветерану или простому человеку, косвенно или напрямую с этой войной связанных. Сожженные и разоренные города и деревни, сотни вдов и сирот, лишившихся кормильцев, голод, смерти, изнасилования, болезни, разруха, никому не нужные по окончанию боев калеки, жизни которых можно считать оконченными.

Последних Арья Старк увидела воочию и неоднократно. Кассандра Старк навещала раненых солдат в лагере, а ее немногочисленные фрейлины следовали за ней, среди них была и Арья. Юнцы, жаждущие славы и бахвалившиеся боевыми навыками, зачастую рыдали, как малые дети, и звали матерей, когда молчаливые сестры и дочери Мары отнимали им руки и ноги или прижигали раны. Участь тех, кому не могли помочь лекарства и припарки, была весьма незавидна, и эти картины произвели на Арью неизгладимое впечатление. Ей стало стыдно перед старшим братом, да и рваться в самую гущу схватки с рапирой наперевес, зная, чем все может закончиться, уже хотелось не так сильно.

Девочке еще не довелось увидеть, что война делает с простым людом, все же войско северян большую часть сухопутной кампании находилось на землях дома Ройс. С селянами расплачивались за еду, не забирали мужчин в ополчение насильно (незачем, Ройсы уже рекрутировали всех, кого можно было) и передавали жалобы крестьян благородным. Хотя,