Сделано в СССР. Материализация нового мира - Коллектив авторов

был выполнен на 74%, духовых инструментов – на 78%, гармоней – на 83%18. «Бурный рост зажиточной жизни как в городе, так и в деревне», по мнению выступавших на специальном заседании о состоянии организации музыкальной промышленности в СССР, был далеко не единственным источником острого дефицита музыкальных инструментов. Не внедрялись привозимые зарубежные образцы и технологии, было слабо развито производство запасных частей и предметов обслуживания музыкантов. Да и «внешнее оформление инструментов далеко отставало от «культурного назначения музыкального инструмента»19.

Утверждалось, что производство музыкальных инструментов демонстрировало едва ли не самые худшие показатели по выполнению второго пятилетнего плана среди всех остальных отраслей промышленности СССР. И все же основной причиной плачевной ситуации аналитики КПДИ назвали существовавшую тогда децентрализованную, полукустарную и подчиненную местному управлению систему организации производства с очень слабой специализацией и кооперированием.

Ориентиром для подражания были выбраны США – в силу того что действовавшая там модель организации производства музыкальных инструментов позволяла производить ежегодно (до начала Великой депрессии) 300–400 тысяч клавишных инструментов в год, тогда как в СССР в 1936 году было запланировано производство всего лишь 10 тысяч пианино и роялей. Был взят курс на специализацию, механизацию и рациональное территориальное распределение производственных мощностей и процессов.

Предлагалось, в частности, наиболее значимые и сложные компоненты пианино – клавиатуру и механику – производить в специализированных, давно себя зарекомендовавших и высокопрофессиональных центрах, а производство резонансных дек организовать по месту произрастания и разделки деревьев. Для понимания логики формирования в СССР широкой сети фабрик по производству клавишных инструментов важно следующее положение совещания, состоявшегося 15 декабря 1936 года: «По месту потребления – во всех крупных, густо населенных центрах СССР требуется организовать сборочные фабрики, которые должны заниматься только оформлением инструмента, получая готовую клавиатуру, механику, деки со специализированных фабрик»20.

Именно эта идея лежит в основе первой волны открытий фабрик по производству музыкальных инструментов во многих областях Советского Союза в 1937 и 1938 годах. Впрочем, как и предложения по передаче ряда ведущих музыкальных производств, таких, например, как фабрика клавишных инструментов «Красный Октябрь» в Ленинграде, в подчинение Наркомату лесной промышленности. Строительство сушилок, лесоскладов, разделочных станций, цехов механической деревообработки является неотъемлемым компонентом производственной цепочки при производстве фортепиано. Поэтому ведомства лесной и деревообрабатывающей промышленности некоторое время выступали организационным, управленческим и проектным центром по реорганизации производства музыкальных инструментов21. Однако впоследствии функции управленческого центра фортепианного музпрома были переданы ведомству местной промышленности.

Производство фортепиано – это сложный технологический процесс, который должен учитывать массу нюансов, начиная с резонансной древесины, произрастающей при определенных условиях солнечного освещения и влажности. Не менее важна сборка инструмента, при которой все должно быть сделано так, чтобы выстраивались тональный ряд и гармония, поскольку в противном случае можно создать инструмент, который будет крайне затруднительно настроить.

Промышленное производство акустического фортепиано связано с подготовкой узких специалистов, таких как механик, струнник, интонировщик. Само помещение для производства должно отвечать климатическим требованиям: в нем следует поддерживать достаточно низкую температуру и влажность. Соблюдать такие условия непросто и затратно.

Среди новых советских мощностей по производству пианино первыми и самыми значимыми стали предприятия-«ретроинновации». Они создавались на технологической базе, традициях, деловых связях, кадрах специалистов известных и успешных фабрик дореволюционной Российской империи. Таким было флагманское предприятие «Красный Октябрь» в Ленинграде (Санкт-Петербурге), наследующее традиции одной из самых известных российских фортепианных мануфактур Якоба Беккера. Опыт производства пианино и роялей фабрики купца Д. Юманова в Перми не напрямую, но все же послужил основой Пермского музпрома, созданного в 1935–1936 годах и ставшего впоследствии фабрикой (производственным объединением) «Кама»22.

Ко второму типу советских фабрик клавишных инструментов относятся предприятия, возникшие на базе производств, которые никакого отношения к музпрому ранее не имели. Многие из таких предприятий возникли на второй волне расширения советской музыкальной промышленности в середине 1950–1960‑х годов (о чем речь пойдет позднее). Так, во Владимире предшественником фабрики музыкальных инструментов оказался сначала епархиальный свечной завод (1879), затем фабрика по производству ваты (1919) и мебельная фабрика (1951). На этом специфическом фундаменте в 1956 году начала работу музыкальная фабрика, которая, по восторженным откликам региональных журналистов, работала так, что «уже в 1958 году инструмент с маркой „Владимир“ можно было встретить во всех уголках России: в квартирах, клубах, театрах, школах, детских садах»23.

Но эти презентационные показатели впереди. В 1930‑х же годах предприятия наркоматов местной и лесной промышленности по производству музыкальных инструментов длительное время сосуществовали с артелями и кооперативами промкооперации, что было в первую очередь характерно для отдаленных от Москвы и Ленинграда территорий Сибири, автономных и национальных республик. К примеру, в систему музпрома Красноярского края входили артели «Нармуз», «Симфония новосибирская», «Коллективный труд», «Красный музыкант» и артель «Утилизатор», занимавшаяся производством щипковых инструментов24.

В предвоенное десятилетие, таким образом, советский музпром выработал экономическую модель специализации, централизации управления и территориальной децентрализации производств. Была создана сеть периферийных сборочных фабрик по производству наиболее престижных музыкальных инструментов – пианино и роялей. Спрос на них был стабильно высоким, в том числе среди таких заказчиков, как Политическое управление РККА и ГУЛАГ. Для этих структур в 1937 году планировалось поставить 150 пианино, 50 роялей и 11 пианино и 11 роялей соответственно25.

Фортепиано из нэпмановского и буржуазного музыкального инструмента трансформировалось в легитимный атрибут домашнего интерьера советского человека. В годы Великой Отечественной он будет служить антитезой экстремальной ситуации войны, символизировать мирную жизнь, нормальность, семью, дом, как в стихотворении «Музыка» Маргариты Алигер (1942):

Я в комнате той,

на диване промятом,

где пахнет мастикой

и кленом сухим,

наполненной музыкой и закатом,

дыханием, голосом,

смехом твоим.

Я в комнате той,

где смущенно и чинно

стоит у стены,

прижимается к ней

чужое разыгранное пианино,

как маленький памятник жизни твоей.

В 1941–1945 годах многие музыкальные фабрики были закрыты или перепрофилированы. Квалифицированные рабочие и специалисты музыкальной фабрики «Красный Октябрь» в Ленинграде либо погибли, либо, будучи представителями давно обрусевших, но все же немецких фамилий, уволены и высланы из города. И все же, несмотря на сложности военного времени, производство фортепиано в Ленинграде было возобновлено уже в 1943 году.

В послевоенный период пианино обладало в глазах советских потребителей инвестиционным потенциалом: в 1947 году в ходе денежной реформы во многих местах граждане СССР вкладывали стремительно обесценивающиеся сбережения в покупку пианино, наряду с часами, мехами, мотоциклами и другими предметами статусного потребления. Действительно, хороший музыкальный инструмент стоил дорого, ценился высоко и был в дефиците. Один характерный пример: в Челябинской области в Миасской школе Уральского завода им. Сталина на 55 учеников было всего три инструмента. В силу этих обстоятельств многие ученики занимались на дому у своих преподавателей26.

В 1949 году клавишные инструменты в СССР производили только четыре фабрики: «Красный Октябрь» в Ленинграде, фабрика музыкальных инструментов в Ростове-на-Дону, Горьковская фабрика клавишных инструментов и фабрика музыкальных инструментов в Калуге. Клавиатуру и механику для работы сборочных фабрик на периферии выпускали только в Ленинграде на «Красном Октябре»27.

В 1952 году уже десять фабрик занимались производством пианино и роялей в Ленинграде, Ростове-на-Дону, Калуге, Горьком, Молотове, Свердловске, Чернигове, Одессе, Тбилиси и Борисове. Из них Ростовская, Калужская, Горьковская, Молотовская и Свердловская фабрики были исключительно сборочными, собирающими пианино из деталей и узлов производства фабрики «Красный Октябрь», она же по-прежнему обеспечивала остальные фабрики готовыми механизмами и клавиатурой28. Это было самое крупное, наиболее модернизированное предприятие, определявшее качественный уровень советских клавишных инструментов, служившее «школой фортепианостроения» для остальных производств.

На вторую половину 1950‑х и 1960‑е годы приходится вторая волна открытия