Любовь под запретом - Юлианна

Адиль спрятал усмешку под густой бородой, тогда как Саид хмуро смотрел на него.

— Так и будешь смотреть, как моего мужа бьют? — злилась Ирада, толкая Эмина в бок.

— Как я могу вмешиваться в это, он их брат? — развел руками Эмин, чувствуя благодарность к ним за это.

Лея покачала головой, и он нахмурился.

— Прошу, давайте закроем тему и оставим Джамиля в покое. Лея чувствует вину, а я чувствую ее вдвойне, — каялся Эмин.

— Как скажешь зять, — кивнула Джамиля и все уставились на нее. — Что? Не могу же я злиться на зятя?!

Выругавшись, Джамиль встал и вышел из гостиной, а вслед за ним и Ирада.

— Клянусь, Джамиля, иногда мне кажется, что ты специально придираешься к нему?! — прошипела Лея. — Оставьте его уже в покое, иначе я не стану говорить с вами.

— Ты посмотри на нее? — улыбнулась Джамиля. — Малышка-то подросла, зубки стала выпускать.

— Джамиля, ну хватит? — попросила Наиля.

— Лея если ты в порядке, мы бы поехали. Амина уже два часа без нас, — сказал Адиль, и она кивнула.

— Конечно. Джамиля вы тоже можете поехать домой. Как видите со мной все в порядке. Мой муж присмотрит за мной. Да и Ирада с.., - она замолчала, смотря на то, как напряглась сестра и Эмин. — В общем, здесь есть кому за мной присмотреть.

Как только сестры с мужьями уехали, Ирада с Джамилем вернулись в гостиную.

— Посиди здесь немного, я приду за тобой и отнесу в комнату потом, — сказал Эмин. — Мне нужно сделать пару звонков.

— Я и сама могу подняться, — улыбнулась Лея.

— Нет. Дождись меня.

Как только он ушел, Лея посмотрела на Джамиля.

— Прости меня за это.

— Нормально, — отмахнулся он и Лея посмотрела на Ираду.

Она качала головой. Не нормально.

— И все же, я прошу прощения. Не хотела, чтобы так получилось. Извини меня.

Джамиль кивнул, а после вышел из гостиной.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила Лея и Ирада кивнула головой.

— Лучше. По утрам сильный токсикоз, а к обеду немного отпускает.

— Может нам устроить пикник на природе? Возьмем раскладные кресла, свежий воздух, мясо на гриле, что скажешь? — предложила Лея. — К тому же и тебе, и папе, и даже мне, это будет полезно. Быстрее восстановимся.

— Отличная идея, — улыбнулась Ирада.

— Только мы. Без Хасановых. Иначе боюсь, этот пикник закончится криками и дракой, — улыбнулась Лея и Ирада благодарно закивала.

Когда Эмин отнес ее в спальню, она предложила ему идею пикника ссылаясь на то, что папе и Ираде сейчас нужны свежий воздух и положительные эмоции.

— Как скажешь. Я и сам хотел предложить тебе съездить куда-нибудь, чтобы немного развеяться.

— Только прошу без моих сестер. Только мы.

— Серьезно? — удивился Эмин.

— Я просто не хочу, чтобы Джамиль снова слушал претензии сестры. Ты же знаешь, она никогда не упустит возможности кому-нибудь поугрожать.

— Хорошо. Мне нужно поговорить с отцом.

— Если вдруг он откажется, скажи, что это ради меня, — улыбнулась она, понимая, что тот не откажет ей.

— Ну что за женщина? Дьявол просто, — он коснулся ее губ своими, и она обвила его шею руками, заставляя остаться чуть дольше.

Через пару дней пикник организовали в загородном доме, где Лея еще не была. Удивленно смотря на особняк, Лея подозревала, что Эмин специально снял его, но Ирада сказала, что они здесь родились.

— Почему ты мне никогда не говорил о нем? — спросила Лея, когда они поднялись в комнату.

— Слишком много воспоминаний связано с этим местом.

— Здесь что-то случилось? — догадалась Лея и Эмин кивнул, не вдаваясь в подробности. — Если вам некомфортно, мы можем уехать.

— Нет. Все нормально. Это отец настоял.

— Я схожу к нему после того, как разложу вещи.

— Здесь есть кому разложить вещи, — улыбнулся он. — Лучше переоденься и спускайся к бассейну.

— Это приказ? — улыбнулась Лея.

— Так точно. Считай это рекомендацией своего лечащего врача. Солнце, свежий воздух и безалкогольные напитки.

Улыбнувшись своему мужу, Лея сделала как он и сказал, и переодевшись в купальник спустилась к бассейну, где уже резвились Ирада с Джамилем.

— Малышка, твой муж организовал тебе отдельное вип-ложе в самом дальнем углу. Видимо, чтобы я не достал тебя, — улыбался Джамиль.

— Не говори глупостей, — сказала Ирада, поворачиваясь к Лее. — Он просто отвел тебе место рядом с отцом, чтобы вам было не так скучно. Вы единственные кому запрещено посещать бассейн, вот он и сдвинул ваши с папой кресла поближе.

Лея заметила, что господин Халиль уже там и пошла к нему навстречу. Похлопав по креслу, он протянул ей бокал с соком.

— Сын сказал, что врач прописал тебе покой.

— Эмин всегда преувеличивает. Нам всем нужен покой и отдых, хотя бы на пару дней.

— Ты права, — улыбнулся он. — После того, как твой дядя Искандер выписался из больницы, он практически не вылезал из домов отдыха проходя курс реабилитации. Ты же знаешь в нашем возрасте опасно болеть, а уж ломать что-то в аварии.., - он усмехнулся и Лея кивнула.

— Именно поэтому я и попросила Эмина. Нам всем нужен отдых. Ираде это пойдет только на пользу, как и вам.

— И тебе, — улыбнулся он.

— И мне, конечно. И Эмину, и госпоже Марьем.

Он улыбнулся, смотря на то, как Джамиль катал на руках Ираду по воде. Лея заметила, как он обвел взглядом весь особняк и сад, и улыбка постепенно угасала на его лице.

— Папа? Все в порядке?

— Да. Всего лишь воспоминания.

— Судя по лицу, они неприятные, — тихо сказала Лея.

Он кивнул, а потом улыбнулся.

— Хороших воспоминаний без плохих не бывает. Иначе мы бы не ценили их так сильно, — он замолчала, а потом посмотрел на Лею. — Ты знала, что у Эмина был брат?

— Брат? — удивилась Лея, качая отрицательно головой.

— Ему было два месяца, когда он умер. Мы так сильно горевали, что не могли здесь больше оставаться и уехали. А потом, спустя несколько лет родилась Ирада.

Глаза Леи наполнились слезами, и она сжала руку отца, пытаясь хоть немного облегчить его боль.

27. Незаживающие раны

Услышав о том, что у Эмина был брат, Лея несколько минут молча смотрела на дядю Халиля, понимая, какое горе они пережили в прошлом. Было видно, как тяжело даются ему воспоминания об этом.

Сжав его руку, она осторожно приподнялась со стула и поцеловала его в морщинистую щеку, стирая с лица слезы.

— В глубине души я все еще переживаю его потерю, — глухо прошептал он, сжимая ее руку. — Потому что не знаю кем